Чей газ придет в Китай быстрее, российский или туркменский

Впрочем, растет импорт не только из нашей страны. По данным Bloomberg, за четыре месяца этого года Китай закупил природного газа от всех поставщиков на 21% больше, чем с января по апрель прошлого года. Более того, на 13% вырос также импорт Китаем угля. Мировые цены на газ и уголь после почти трех лет рекордов опустились если не до минимума, то до уровня чуть выше среднего докризисных времен. Но дело не только в возможности сделать запасы. Благодаря падению котировок газ и уголь опять стали выгодны для использования в энергетике.

Как отметил в беседе с "РГ" руководитель проектов компании "Имплемента" Иван Тимонин, в этом году ожидается ощутимый рост потребления природного газа в Китае, в первую очередь, за счет сегмента электроэнергетики. Генерация электричества по итогам года может вырасти примерно на 8%, в том числе, в связи с погодными условиями - в стране ожидается теплое лето. Это напрямую транслируется в рост спроса не только на природный газ, но и на уголь, объясняет Тимонин.

Газ Китай добывает сам, импортирует по трубам из России, Туркмении и Мьянмы, а также покупает в виде сжиженного природного газа (СПГ). Но СПГ в большинстве случаев оказывается дороже трубопроводного газа, а у Мьянмы возможности для увеличения поставок ограничены. Поэтому нарастить импорт газа возможно за счет его прокачки из нашей станы или Туркмении. Но действующая инфраструктура близка к выходу на пик своей мощности. 

Из России в Китай сейчас работает один газопровод "Сила Сибири". Как поясняет замглавы Фонда национальной энергетической безопасности Алексей Гривач, в этом году продолжается плановое увеличение поставок по "Силе Сибири" в рамках действующего контракта. Это дало основной прирост экспорта. Но также Китай, где в этом году заметно увеличился спрос на газ, выставляет дополнительные заявки, что приводит к превышению плановых объемов поставок и контрактных обязательств.

Вырос и экспорт в Китай российского СПГ, уточняет Гривач. Это позволило нам стать крупнейшим поставщиком газа в эту страну. "Сила Сибири" выйдет на проектную мощность в следующем году (38 млрд кубометров). Кроме того, у нас уже подписан договор на поставки по дальневосточному маршруту (10 млрд кубометров). Так что есть потенциал роста примерно в 1,5-2 раза от текущего уровня в ближайшие годы. Для дальнейшего наращивания потребуются новые контракты и проекты, которые обсуждаются. 

Основной, самый перспективный проект газопровода, который обсуждается Россией и Китаем - "Сила Сибири-2" (50 млрд кубометров). Маршрут и технические характеристики проекта согласованы, но нет контрактов на поставки газа, что не позволяет начать строительство. Главный конкурент "Силы Сибири-2" - это четвертая ветка газопровода из Туркмении "Центральная Азия - Китай" (ЦАК). У китайских компаний в Туркмении есть большие экономические интересы, к тому же Китай крупный кредитор Ашхабада.

По мнению Тимонина, Китай стремится к диверсификации источников природного газа на фоне ожидаемого долгосрочного роста спроса. В связи с этим с высокой вероятностью реализованы будут оба проекта: на горизонте до 2030 года спрос на "голубое топливо" в стране может увеличиться до уровня порядка 500 млрд кубометров (в 2023 году - 394 млрд кубометров), и удовлетворяться он будет как за счет наращивания собственной добычи, так и за счет новых объемов импортного СПГ и трубопроводного газа.

Вопрос состоит лишь в сроках запуска и выхода на заявленные мощности ожидаемых проектов. Учитывая достигнутый прогресс, новая ветка газопровода из Средней Азии, вероятно, будет запущена раньше, считает Тимонин.

С точки зрения Гривача, Пекин заинтересован в создании конкуренции между поставщиками и будет использовать эту карту в переговорах. Но Китаю нужны оба проекта для удовлетворения долгосрочных нужд и создания гибкого и надежного портфеля газоснабжения страны. Цена один из аспектов переговоров, но это не ключевой вопрос. Китай импортирует огромные объемы СПГ, который в среднем ему обходится в 1,5 раза дороже трубопроводного газа.

Автор: Сергей Тихонов

Источник: Российская газета, 14.05.2024