«Мы не знаем, какой газ мы де-факто покупаем. Мы точно покупаем российский газ, который поступает через «Турецкий поток» и идёт, например, в Сербию, в Венгрию. Происхождение молекул мы не можем определить», - заметил Кучеренко в эфире украинского телеканала.
Напомним: экспортный газопровод «Турецкий поток» был введен в эксплуатацию в январе 2020 года. Он проходит по дну Черного моря и состоит из двух ниток: по одной газ получает Турция, по другой — страны Юго-Восточной Европы. С января 2025 года, когда истек пятилетний срок действия транзитного договора между «Газпромом» и украинским «Нафтогазом», магистраль остается единственным маршрутом доставки российского газа на территорию ЕС, исключая транспортировку морем СПГ. В январе объем поставок достиг рекордного уровня — 50 млн кубометров в сутки, а к марту снизился до 45 млн кубометров в сутки, сообщал Reuters.
- Украина действительно покупает, по крайней мере, частично, российский по происхождению газ, - говорит эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. – Сейчас она в основном импортирует газ из Словакии, Венгрии и Польши, а в ту же Словакию российские поставки идут через «Турецкий поток». Зачем сейчас в Киеве подняли эту тему – большой вопрос. Вероятно, это некий реверанс в сторону Соединённых Штатов. Часть украинских политических элит и американских компаний лоббирует более масштабное продвижение американского СПГ на европейском рынке. Они хотят, чтобы компании на Украине и в странах Евросоюза подписывали долгосрочные контракты с СПГ-заводами в США, которые сейчас только строятся. Этим предприятиям необходимо заранее законтрактовать определенные объемы газа.
И вот сейчас лоббисты, возможно, стремятся напугать руководство Украины страшилкой о российском трубопроводном газе, который, хоть и в обезличенном виде, но поступает в их страну. Задача – полностью заместить его американским сжиженным газом (подписав долгосрочные контакты), который будет приходить, например, в Турцию, либо в Болгарию, либо в Италию, а уже оттуда – добираться до Украины. Хотя физически это может быть некая газовая смесь, причем необязательно содержащая «молекулы» американского СПГ. Тем не менее, американским производителям был бы гарантирован новый рынок сбыта.
- Можно ли считать откровением слова украинского депутата Кучеренко? Он сообщил нечто доселе неизвестное?
- Нет здесь никакой сенсации: все прекрасно понимают, о чем речь. Поставки российского газа в Венгрию (в первую очередь) и Словакию через «Турецкий поток» продолжаются, причем в достаточно больших объемах. А уже оттуда какая-то их доля приходит на Украину. Вообще, удивительно, что в Словакии к этому относятся совершенно спокойно. Ведь, решив не продлевать транзитный договор с Москвой, Киев нанес словакам значительный материальный урон: раньше они прокачивали российский газ дальше в Австрию и на этом зарабатывали, а теперь такой транзитной опции лишены и сами живут за счет поставок из Венгрии. При этом они не только не прекратили снабжать Украину электроэнергией, но и газ ей продают по-прежнему.
- Кому такая ситуация на руку и как она отражается на европейском газовом рынке?
- То, что Украина импортирует газ из Европы, порождает там определенный ажиотаж, а значит, - и дефицит. Соответственно, цены сохраняются на довольно высоком уровне. Москве на самом деле выгодно, чтобы Украина оттягивала часть газа с европейского рынка на себя. Пускай это будет российское по происхождению сырье, нам всё равно, мы-то продаем его европейским компаниям. Конечно, о газпромовских поставках Киеву напрямую не может быть речи. Кстати, и Украине, и странам ЕС предстоит в этом году закачать много газа в подземные хранилища, а значит, повышенный спрос до следующего отопительного сезона обеспечен.
В заявлении Кучеренко определенно есть политическая составляющая – это месседж в адрес Соединенных Штатов, что Украина представляет прекрасный рынок сбыта для американского СПГ. Поэтому, мол, помогайте нам.
Автор: Игорь Боков
Источник: МК, 23.04.2025











В новом докладе ФНЭБа мы сделали акцент на двух ключевых моментах «войны санкций»: борьбе западных стран с морскими перевозками российской нефти, а также на попытках убрать российскую нефть с рынка Индии. Это главные направления санкционного удара конца 2025 – начала 2026 годов.
2025 год оказался крайне непростым для нефтяной индустрии. Начался он с последних санкций предыдущей администрации США, а закончился еще более неприятными санкциями нового президента Трампа. Теперь четыре крупнейших российских ВИНК оказались в самом жестком SDN-листе. Это привело к резкому росту дисконтов на российскую нефть, а также к проседанию поставок в Индию. События начала 2026 года вроде бы развернули ситуацию. Однако дело не только в ценах. Важно понять, как были переструктурированы экспортные потоки российской нефти и нефтепродуктов. Какие новые рынки сумели занять российские поставщики в условиях усиливающихся санкций. И какова позиция российских регуляторов относительно нефтяной индустрии и ее проблем.
2025 год стал особенно непростым для «Газпрома». С 1 января 2025 года был прекращен транзит через Украину, что привело к еще более заметному падению поставок газа в Европу. Кроме того, цены на углеводороды оказались заметно ниже 2024 года.
Все это привело к заметному проседанию финансовых показателей «Газпрома». Но, что еще тревожнее, остается открытым самый главный вопрос: какова будет среднесрочная стратегия развития монополии?
Первая сделка в формате ОПЕК+ была заключена в 2016 году. Так что в 2026 году мы отметим 10-летний юбилей соглашения. Оно переживало разные моменты. Так, в начале 2020 года сделка даже развалилась, однако обвал цен вернул Россию к кооперации с Саудовской Аравией. В новом докладе ФНЭБ дается акцент на трех ключевых сюжетах, которые во многом и определят будущее не только сделки ОПЕК+, но и в целом мирового рынка нефти. Это нефтяная стратегия Саудовской Аравии, ситуация в добычном комплексе США и перспективы роста спроса со стороны крупнейшего импортера нефти - Китая.
Анализируя влияние санкций, мы прежде всего смотрим на состояние государственных финансов. Обращаем внимание, не упали ли бюджетные нефтегазовые доходы, соответствует ли цена Urals той, что заложена в бюджете. А вот корпоративный сектор отошел в тень. В докладе мы анализируем финансовое состояние основных российских вертикально-интегрированных компаний.
