Акции «Русагро» могут изъять в доход государства в рамках иска к Мошковичу

В суде 4 мая прошла беседа по иску, на 5 мая назначено его рассмотрение по существу. Сообщается, что в доход государства могут обратить деньги, недвижимость, а также акции «Русагро» и доли в уставных капиталах организаций, принадлежащих ответчикам или аффилированных с ними. Чем все это может закончиться для активов, связанных с миллиардером?

Акции «Русагро» могут изъять в доход государства в рамках антикоррупционного иска Генпрокуратуры к основателю агрохолдинга, бизнесмену Вадиму Мошковичу. Суд наложил обеспечительный арест на все имущество Мошковича, а также на 100% акций «Русагро». Прокуратура оценила стоимость имущества «Русагро» более чем в 550 млрд рублей, валовую прибыль — более чем в 70 млрд рублей.

«Русагро» — один из крупнейших в России производителей подсолнечного масла, свинины и сахара. Вадим Мошкович был основным владельцем агрохолдинга до 2022 года. После того как в отношении предпринимателя ввели санкции, сообщалось, что он снизил свою долю в бизнесе до 49%.

Также Мошкович — сооснователь одного из крупнейших столичных девелоперов Level Group. Там уверяли, что сейчас он не имеет отношения к компании, однако каналы в соцсетях, посвященные недвижимости, обсуждают, что антикоррупционный иск Генпрокуратуры может затронуть и этот актив. Среди ответчиков — не только сам миллиардер, но и его супруга, два бывших топ-менеджера «Русагро» и две компании.

Кроме того, миллиардер — основатель одной из лучших частных школ России «Летово», где многие ученики обучаются практически бесплатно, за счет стипендиального фонда. Целевой фонд «Летово» на момент создания школы в 2018 году составлял 120 млн долларов, были планы увеличить его до полумиллиарда. Но вопрос в том, что будет со школой дальше. Проректор по науке в Московском государственном психолого-педагогическом университете Сергей Косарецкий знаком с руководством «Летова» и пару месяцев назад участвовал в конференции на ее базе:

«В моем общении и на конференции, и во время коммуникации с коллегами на площадках нашего университета относительно планов сотрудничества я не почувствовал никаких сигналов неуверенности в будущем. Напротив, мы обсуждали планы именно долгосрочного сотрудничества. Насколько я знаю, у школы есть круг партнеров, которые продолжают оказывать ей поддержку. На мой взгляд, школа по-прежнему находится среди лидеров российского образования, и, хотя международное сравнение в последние годы затруднительно, уверен, что она продемонстрировала бы достойные показатели в международном сравнении».

Изначально Мошковичу были предъявлены обвинения по классической предпринимательской статье — «мошенничество в особо крупном размере». Позже добавились еще статьи о легализации денежных средств и преднамеренном банкротстве. Обвинение считает, что Мошкович и бывший гендиректор «Русагро» Басов купили права требования к компании «Солнечные продукты» и затем обанкротили ее, чтобы не платить кредиторам. Сами они отрицают вину, оба в СИЗО с прошлого марта. Мошковичу грозит более 20 лет лишения свободы. Еще одно обвинение — о даче взятки бывшему вице-губернатору Тамбовской области: следствие считает, что бизнесмен передал ему за покровительство немецкий охотничий карабин за более чем 2 млн рублей.

Теперь же появился антикоррупционный иск Генпрокуратуры. Сейчас параллельно идут два противоречивых процесса, комментирует профессор Финансового университета Константин Симонов:

«С одной стороны, РСПП, крупный бизнес пытаются пролоббировать закон, который определяет предельный срок нарушений по приватизационным сделкам, и рассчитывают, что это станет зонтиком для крупного бизнеса и решит все проблемы, связанные с переделом собственности. А с другой стороны, мы видим огромное количество кейсов, связанных с изъятием активов. Начиналось это с относительно среднего бизнеса регионального. Потом все более крупные истории были. Опять же, в настоящее время мы понимаем, что никакие предельные сроки приватизации и прочие юридические защитные механизмы бизнесу не помогут, потому что сейчас четко совершенно мы видим тенденцию, что можно обвинить бизнес в коррупционных схемах, в наличии иностранных граждан, влияющих на компанию, в наличии иностранных бенефициаров и так далее, и так далее. Самое простое — это просто зафиксировать какую-то коррупционную составляющую. В этом плане, кстати, возвращаясь к приватизации, тоже смешно, потому что если нарушение подать как коррупционное — все, оно уже под этот защитный зонтик не подлезет».

Но сейчас одним из главным вопросов становится судьба ПАО «Русагро». Акции компании на Мосбирже после новостей про иск Генпрокуратуры растут: утром 4 мая на открытии торгов рост в моменте составлял 7%.

Источник: BFM.RU, 03.05.2026