Стороны согласовали сделку лишь со второй попытки. Встреча ранее была перенесена с 26 на 30 ноября. По данным газеты The Wall Street Journal, крупнейшие производители нефти в Африке - Нигерия и Ангола - сопротивлялись понижению индивидуальных квот на добычу. Этого не хотели также ОАЭ. Эти государства готовы были зарабатывать и на нынешней цене барреля в $80. Однако в итоге альянс показал, что внутренние разногласия ему абсолютно не нужны, поскольку он хочет сохранить контроль над глобальным сырьевым рынком. Дополнительные сокращения призваны компенсировать падение цен на нефть с $98 за баррель в сентябре до $84 на текущий момент.
«ОПЕК+ продолжает занимать активную позицию, учитывая вероятное сезонное ослабление спроса в начале 2024 года», - заметил аналитик UBS Group AG Джованни Стауново. Что касается России, чьи углеводороды остаются уязвимыми из-за санкций, для нее выгодно поддерживать дефицит на рынке и сокращать дисконты при продаже нефти. Даже если это приведет к снижению добычи.
«Решение ОПЕК+ можно объяснить тем, что ряд участников, прежде всего, Саудовскую Аравию, не устраивает нынешний уровень цен $80, - говорит эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. – Чтобы правительству в Эр-Рияде сформировать бездефицитный бюджет страны, ему нужны более высокие котировки. Кроме того, мы видим, что ОПЕК+ старается играть на опережение. События указывают на явную его обеспокоенность по-поводу перспектив мировой экономики в 2024 году. Дело в том, что в последние несколько месяцев Международное энергетическое агентство (МЭА) активно стращало, запугивало общественность якобы нарастающими проблемами в экономике Китая: мол, поскольку Пекин будет снижать объемы потребления нефти, цены упадут в результате переизбытка предложения».
Между тем, в 2023 году Китай, в отличие от Европы, остается одним из главных драйверов мирового спроса на нефть. Однако страны-участницы ОПЕК+, видимо, засомневались в незыблемости его позиции. И, чтобы как минимум удержать цены на нынешнем уровне, приняли решение дополнительно сократить объемы добычи, резюмирует Юшков.











В новом докладе ФНЭБа мы сделали акцент на двух ключевых моментах «войны санкций»: борьбе западных стран с морскими перевозками российской нефти, а также на попытках убрать российскую нефть с рынка Индии. Это главные направления санкционного удара конца 2025 – начала 2026 годов.
2025 год оказался крайне непростым для нефтяной индустрии. Начался он с последних санкций предыдущей администрации США, а закончился еще более неприятными санкциями нового президента Трампа. Теперь четыре крупнейших российских ВИНК оказались в самом жестком SDN-листе. Это привело к резкому росту дисконтов на российскую нефть, а также к проседанию поставок в Индию. События начала 2026 года вроде бы развернули ситуацию. Однако дело не только в ценах. Важно понять, как были переструктурированы экспортные потоки российской нефти и нефтепродуктов. Какие новые рынки сумели занять российские поставщики в условиях усиливающихся санкций. И какова позиция российских регуляторов относительно нефтяной индустрии и ее проблем.
2025 год стал особенно непростым для «Газпрома». С 1 января 2025 года был прекращен транзит через Украину, что привело к еще более заметному падению поставок газа в Европу. Кроме того, цены на углеводороды оказались заметно ниже 2024 года.
Все это привело к заметному проседанию финансовых показателей «Газпрома». Но, что еще тревожнее, остается открытым самый главный вопрос: какова будет среднесрочная стратегия развития монополии?
Первая сделка в формате ОПЕК+ была заключена в 2016 году. Так что в 2026 году мы отметим 10-летний юбилей соглашения. Оно переживало разные моменты. Так, в начале 2020 года сделка даже развалилась, однако обвал цен вернул Россию к кооперации с Саудовской Аравией. В новом докладе ФНЭБ дается акцент на трех ключевых сюжетах, которые во многом и определят будущее не только сделки ОПЕК+, но и в целом мирового рынка нефти. Это нефтяная стратегия Саудовской Аравии, ситуация в добычном комплексе США и перспективы роста спроса со стороны крупнейшего импортера нефти - Китая.
Анализируя влияние санкций, мы прежде всего смотрим на состояние государственных финансов. Обращаем внимание, не упали ли бюджетные нефтегазовые доходы, соответствует ли цена Urals той, что заложена в бюджете. А вот корпоративный сектор отошел в тень. В докладе мы анализируем финансовое состояние основных российских вертикально-интегрированных компаний.
