На Украине уже попытались оценить масштаб поражения станции. Напомним, что Днепрогэс состоит из двух подстанций - ГЭС-1 у западного берега и ГЭС-2 – у восточного. ГЭС-1 обладала суммарной мощностью в 650 МВт, ГЭС-2 вырабатывала 820 МВт. Западная ГЭС-1 была выведена из строя еще в декабре 2022 года, после ударов по гидроагрегатам и трансформаторам. С тех пор станция не функционировала. Теперь же удар нанесен по машинному залу ГЭС-2. По словам директора «Укргидрэнерго» Игоря Сироты, «на сегодняшний день есть то, что мы теряем станцию. ГЭС-2 в критическом состоянии. ГЭС-1 тоже не работает». По его словам, на данный момент станция остановила свою работу.
Кроме того, была повреждена одна из линий питания Запорожской АЭС - «Днепровская» классом напряжения 750 киловольт. Но ЗАЭС была обеспечена электричеством за счет резервной линии 330 киловольт «Ферросплавная». Несмотря на то, что электроэнергия все еще подавалась, глава «Энергоатома» успел заявить, что станция находится на грани блэкаута. «Такая ситуация крайне опасна и чревата наступлением аварийной ситуации. Если отключится последняя линия связи с отечественной энергосетью, ЗАЭС окажется в очередном блэкауте, что является тяжелым нарушением условий безопасной эксплуатации станции», - заявил он. Однако буквально через пару часов поврежденная линия электроснабжения была восстановлена. Согласно показателям, радиационный фон на станции и прилегающей территории остался без изменений.
Напомним, что недавно ЗАЭС подвергалась атаке со стороны ВСУ. «Зафиксирован обстрел объектов критической инфраструктуры станции. В район забора, за которым размещены баки с дизельным топливом, было сброшено безоболочное взрывное устройство. Если бы попали в баки - это могло бы привести к печальным последствиям», - сообщалось в телеграм-канале ЗАЭС 14 марта. Тогда, к счастью, ни оборудование, ни персонал не пострадали.
На эту атаку отреагировал гендиректор МАГАТЭ Рафаэль Гросси: «То, что когда-то казалось немыслимым - военная активность вблизи атомной электростанции, - стало повседневной реальностью. Ситуация не улучшается, АЭС остается в опасности. По этой причине я вновь призываю к максимальной сдержанности и полному соблюдению пяти конкретных принципов, установленных Советом Безопасности ООН в мае прошлого года».
О том, насколько опасны подобные перепады электроэнергии для ЗАЭС и может ли в целом станция представлять какую-то угрозу, мы спросили у генерального директора Фонда национальной энергетической безопасности Константина Симонова:
«Запорожская АЭС, фактически, уже давно в холодном режиме, поэтому там вряд ли возможны какие-то технологические катастрофы. Она сейчас находится в законсервированном виде и не генерирует электроэнергию. Поэтому даже если сейчас там полностью перестанет подаваться электроэнергия, все будет нормально. Понятно, что она может быть постоянным предметом для обстрелов. Ее уже обстреливали активно, и именно поэтому ее перевели в замороженный режим. В данном случае, я думаю, тема Запорожской АЭС уже немного ушла, объект законсервирован, ракетные удары больше не наносятся. Она уже не является источником угроз».
А вот о том, насколько сильны будут последствия обстрела для Украины, «МК» рассказал политический эксперт, журналист издания «Украина.ру» Василий Стоякин:
«Для того чтобы рухнула украинская энергосистема, бить нужно не по генерирующим мощностям, а по подстанциям большой мощности. Если их выбить – тогда энергетика загнется. Говорят, что одну или две подстанции накрыли. Но сейчас с мест подтверждают, что в основном энергообеспечение постепенно восстанавливается, кроме Харькова, он вообще накрылся. Это говорит о том, что энергокольцо продолжает работать, и эффект не такой сильный, как выглядит внешне. В плане демонстрации возможности – да, безусловно, это сильнейший удар по украинской энергетике, и выглядит это все очень жутко.
По поводу ДнепроГЭСа – это чисто психологический фактор. Станция в целом нерабочая. Я долго жил в Днепропетровске, и мы отлично знали, когда ДнепроГЭС работает. Его включали два раза в сутки во время часов пик. Воды в Днепре не так уж много, и все это время на протяжении суток Днепровское водохранилище наполнялось, и в часы пик его сбрасывали. Насколько я знаю, и в последнее время станция именно так и работала. Да, самая большая, историческая ГЭС, но ее роль в украинской энергосистеме не столь значительная.
Скорее всего, это ответ на удары по российским нефтеперерабатывающим мощностям и по Курской и Белгородской областям. Что мне особенно понравилось: буквально за несколько часов до этого удара появилось сообщение Financial Times о том, что США предупреждали Украину, что удары по российским нефтяным объектам – не очень правильное поведение. Что касается реакции Украины, то руководство страны не может реагировать на такие предупреждения адекватно. Будет дальнейшая эскалация».
Авторы: Елизавета Калашникова
Источник: МК, 22.03.2024
В новом докладе ФНЭБа мы сделали акцент на двух ключевых моментах «войны санкций»: борьбе западных стран с морскими перевозками российской нефти, а также на попытках убрать российскую нефть с рынка Индии. Это главные направления санкционного удара конца 2025 – начала 2026 годов.
2025 год оказался крайне непростым для нефтяной индустрии. Начался он с последних санкций предыдущей администрации США, а закончился еще более неприятными санкциями нового президента Трампа. Теперь четыре крупнейших российских ВИНК оказались в самом жестком SDN-листе. Это привело к резкому росту дисконтов на российскую нефть, а также к проседанию поставок в Индию. События начала 2026 года вроде бы развернули ситуацию. Однако дело не только в ценах. Важно понять, как были переструктурированы экспортные потоки российской нефти и нефтепродуктов. Какие новые рынки сумели занять российские поставщики в условиях усиливающихся санкций. И какова позиция российских регуляторов относительно нефтяной индустрии и ее проблем.
2025 год стал особенно непростым для «Газпрома». С 1 января 2025 года был прекращен транзит через Украину, что привело к еще более заметному падению поставок газа в Европу. Кроме того, цены на углеводороды оказались заметно ниже 2024 года.
Все это привело к заметному проседанию финансовых показателей «Газпрома». Но, что еще тревожнее, остается открытым самый главный вопрос: какова будет среднесрочная стратегия развития монополии?
Первая сделка в формате ОПЕК+ была заключена в 2016 году. Так что в 2026 году мы отметим 10-летний юбилей соглашения. Оно переживало разные моменты. Так, в начале 2020 года сделка даже развалилась, однако обвал цен вернул Россию к кооперации с Саудовской Аравией. В новом докладе ФНЭБ дается акцент на трех ключевых сюжетах, которые во многом и определят будущее не только сделки ОПЕК+, но и в целом мирового рынка нефти. Это нефтяная стратегия Саудовской Аравии, ситуация в добычном комплексе США и перспективы роста спроса со стороны крупнейшего импортера нефти - Китая.
Анализируя влияние санкций, мы прежде всего смотрим на состояние государственных финансов. Обращаем внимание, не упали ли бюджетные нефтегазовые доходы, соответствует ли цена Urals той, что заложена в бюджете. А вот корпоративный сектор отошел в тень. В докладе мы анализируем финансовое состояние основных российских вертикально-интегрированных компаний.
