«Сопротивление попыткам задерживать в нейтральных водах суда под флагом РФ или другой страны с грузом, который нужен России, будет продолжаться. Запад реально может остановить «теневой флот» на Балтике, только если перейдет к силовым методам. А такой переход – это рискованная история, на Западе не будут торопиться этого делать, потому что иначе это будет похоже на морскую блокаду, что станет прямым поводом к боевым действиям», – считает Станислав Митрахович, ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ), научный сотрудник Финансового университета при правительстве РФ.
В мае Эстония попыталась с помощью авиации НАТО и своих военно-морских сил остановить в нейтральных водах в Финском заливе танкер Jaguar, шедший в российский порт Приморск под флагом Габона. «Эта попытка закончилась тем, что прилетел российский Су-35 и довольно быстро эстонцы отступили», – напомнил Митрахович.
Собеседник подчеркнул, что термин «теневой флот», которым на Западе часто называют танкеры с российской нефтью, довольно туманен. «Тем не менее некоторое время назад усилиями западных стран Международная морская организация (ИМО) приняла резолюцию, где присутствует этот термин. Но он по-прежнему нагружен сомнительным смыслом. Под судами, которые следуют не по установленным правилам судоходства, например, с отключенными транспондерами, можно много чего подразумевать. Все это расплывчатые критерии», – пояснил эксперт.
Кроме того, резолюция ИМО носит рекомендательный характер и не дает странам право останавливать иностранные суда вне пределов своих территориальных вод. «У той же Финляндии нет права задерживать вне своих территориальных вод танкер, который зарегистрирован в России, Индии, Либерии, Габоне и т.д. Тем не менее есть тонкий момент. В Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, устанавливающей правила свободного прохода судов за пределами территориальных вод, оговорены моменты, при которых прибрежные страны получают дополнительные права в серой зоне в случае, например, возникновения угроз экологической безопасности», – отметил спикер.
По его словам, в международном праве нередко возникают ситуации, когда одни принципы противоречат другим, «но все-таки с российской точки зрения, нельзя мешать проходу гражданских судов за пределами территориальных вод». «Эта позиция адекватна», – убежден Митрахович.
Ранее посол России в Оттаве Олег Степанов прокомментировал недавнее совместное заявление МИД Канады и Финляндии относительно «теневого флота» России. В нем говорилось, что обе страны будут уделять особое внимание в том числе «рискам, исходящим от «теневого флота» России».
По мнению посла, Канада и ее союзники не обладают реальными возможностями для подобных действий и сами осознают это. Он добавил, что властям Канады остается лишь наполнять публичные заявления «пустыми лозунгами».
«Думаю, они прекрасно понимают, что любые попытки покушения на наши торговые суда встретят моментальный и крайне жесткий ответ», – подчеркнул Степанов.
Автор: Андрей Резчиков
Источник: Взгляд, 23.08.2025
В новом докладе ФНЭБа мы сделали акцент на двух ключевых моментах «войны санкций»: борьбе западных стран с морскими перевозками российской нефти, а также на попытках убрать российскую нефть с рынка Индии. Это главные направления санкционного удара конца 2025 – начала 2026 годов.
2025 год оказался крайне непростым для нефтяной индустрии. Начался он с последних санкций предыдущей администрации США, а закончился еще более неприятными санкциями нового президента Трампа. Теперь четыре крупнейших российских ВИНК оказались в самом жестком SDN-листе. Это привело к резкому росту дисконтов на российскую нефть, а также к проседанию поставок в Индию. События начала 2026 года вроде бы развернули ситуацию. Однако дело не только в ценах. Важно понять, как были переструктурированы экспортные потоки российской нефти и нефтепродуктов. Какие новые рынки сумели занять российские поставщики в условиях усиливающихся санкций. И какова позиция российских регуляторов относительно нефтяной индустрии и ее проблем.
2025 год стал особенно непростым для «Газпрома». С 1 января 2025 года был прекращен транзит через Украину, что привело к еще более заметному падению поставок газа в Европу. Кроме того, цены на углеводороды оказались заметно ниже 2024 года.
Все это привело к заметному проседанию финансовых показателей «Газпрома». Но, что еще тревожнее, остается открытым самый главный вопрос: какова будет среднесрочная стратегия развития монополии?
Первая сделка в формате ОПЕК+ была заключена в 2016 году. Так что в 2026 году мы отметим 10-летний юбилей соглашения. Оно переживало разные моменты. Так, в начале 2020 года сделка даже развалилась, однако обвал цен вернул Россию к кооперации с Саудовской Аравией. В новом докладе ФНЭБ дается акцент на трех ключевых сюжетах, которые во многом и определят будущее не только сделки ОПЕК+, но и в целом мирового рынка нефти. Это нефтяная стратегия Саудовской Аравии, ситуация в добычном комплексе США и перспективы роста спроса со стороны крупнейшего импортера нефти - Китая.
Анализируя влияние санкций, мы прежде всего смотрим на состояние государственных финансов. Обращаем внимание, не упали ли бюджетные нефтегазовые доходы, соответствует ли цена Urals той, что заложена в бюджете. А вот корпоративный сектор отошел в тень. В докладе мы анализируем финансовое состояние основных российских вертикально-интегрированных компаний.
