В ходе двухдневной конференции «Партнерство по трансатлантическому энергетическому сотрудничеству» в Афинах премьер-министр Греции Кириакос Мицотакис предложил ввести в Евросоюзе полный запрет на импорт российского газа, включая поставки по газопроводу «Турецкий поток».
По его словам, «США рассматривают Грецию как ворота к энергетическим потребностям Европы». В связи с этим премьер выразил уверенность, что Европа должна ускорить введение этого запрета. «Российский природный газ не может попадать туда через заднюю дверь, через Турцию. Мы должны быть готовы с "Вертикальным коридором", который начнется в Греции и закончится на Украине», – заявил Мицотакис.
Концепция «Вертикального коридора» («Юг – Север») предусматривает использование национальных газотранспортных систем стран-участниц для диверсификации поставок и организации транзита. Проект развивается как альтернатива российскому газовому импорту, включая поставки по «Турецкому потоку». Меморандум о создании коридора в январе прошлого года подписали операторы ГТС Украины, Болгарии, Греции, Румынии, Венгрии, Словакии и Молдавии.
По оценке премьер-министра, Греция превращается в ключевой хаб для приема газа, способного заместить российские объемы. В настоящее время газ поступает в страну через пункт Сидирокастро по болгарской системе, которая также питается от «Турецкого потока». Дополнительными источниками являются азербайджанский газ по Южному газовому коридору и морские поставки СПГ.
«Греция – естественная точка входа для американского СПГ, который заменит российский газ в регионе», – подчеркнул Мицотакис.
Страна последовательно наращивает импорт сжиженного газа из США для снижения зависимости от российских поставок. Подписанное в ноябре 20-летнее соглашение предусматривает ежегодные поставки 0,7 млрд кубометров СПГ с 2030 года. Совместно с Exxon Mobil планируется разведка ресурсов на шельфе Ионического моря с потенциальным началом добычи в начале 2030-х. Греческие власти также намерены использовать СПГ-инфраструктуру, включая плавучую регазификационную установку в Александруполисе, для транзита в соседние государства.
«Турецкий поток» – российский экспортный газопровод через Черное море в Турцию и страны Южной и Юго-Восточной Европы проектной мощностью 31,5 млрд куб. м в год. После прекращения с начала года транзита российского газа через Украину эта магистраль стала единственным маршрутом поставок «Газпрома» в европейском направлении.
Согласно данным Европейской сети операторов газотранспортных систем (ENTSOG), объем транспортировки по «турецкому коридору» в январе-августе демонстрирует рост почти на 7% в годовом исчислении. За восемь месяцев текущего года поставки достигли 11,5 млрд куб. м, что на 6,7% превышает показатель аналогичного периода прошлого года.
«Греция стремится увеличить доходы от газового транзита и укрепить статус ключевого энергетического хаба для Европы. Однако в этой роли с ней конкурируют Турция, а также Польша и Хорватия, где на острове Крк функционирует плавучий терминал СПГ», – отметил Игорь Юшков, старший преподаватель кафедры политологии Финансового университета при правительстве РФ, ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности.
По его словам, реализация греческого предложения о запрете российского газа приведет к дефициту голубого топлива на Балканах: «Возникнет вопрос логистики – как обеспечить поставки сжиженного газа из США, Катара и других стран».
«Евросоюз уже утвердил план полного отказа от закупок российских энергоносителей с 2028 года. Фактически продвигается запрет и на трубопроводный газ, хотя официального решения пока нет. Балканский регион пострадает сильнее других, поскольку остальные страны уже адаптировались к жизни без российского газа», – добавил эксперт.
Сейчас потребителями российского газа из «Турецкого потока» являются Болгария, Босния и Герцеговина, Сербия, Венгрия, Словакия, Северная Македония, Греция и Румыния. «Греция ежегодно импортирует 2-3 млрд кубометров российского газа. Вероятно, Мицотакис рассчитывает, что доходы от транзита компенсируют потери от отказа от прямых поставок. Однако текущая схема экономически выгодна Афинам – очевидно, здесь преобладают политические мотивы», – пояснил Юшков.
Эксперт напомнил, что принятый летом 19-й пакет санкций ЕС ограничивает доходы России от энергетики, включая будущий запрет на импорт СПГ с 2027 года. «Запрет трубопроводного газа пока остается на уровне дорожной карты ЕС. Инициатива не стала законом из-за позиции Венгрии и Словакии, блокирующих санкции против российской трубопроводной нефти и газа», – заключил аналитик.
«Что касается Мицотакиса, то его сложно назвать убежденным русофобом – в Греции таких немного. Однако и симпатий к России он не проявляет.
Нынешний премьер – выходец из богатой чиновной семьи, получивший западное образование и связанный с англосаксонскими фондами. Его риторика о полном запрете российского газа закономерна», – отмечает политолог Вадим Трухачев, кандидат исторических наук.
Эксперт подчеркивает, что Греция, пережившая долговой кризис, зависит от финансирования ЕС и инвестиций из Германии, Нидерландов и Швеции. Поэтому окончательное решение по газу будет приниматься в Брюсселе. «Полный отказ от российского газа маловероятен, но возможны количественные ограничения. Вероятнее всего, поставки СПГ сохранят, а трубопроводный газ ограничат», – прогнозирует Трухачев.
Политолог полагает, что Греция объективно не готова к полному отказу от российского газа. «Однако надо помнить, что правящая партия имеет устойчивое парламентское большинство, и Мицотакиса придется терпеть еще полтора года, до выборов 2027 года. Уже сейчас следует работать над тем, чтобы его премьерство не продлилось. Греческое общество в целом настроено к России благоприятнее, чем Словакия или Чехия, но для укрепления позиций требуется более активная работа с этой страной», – заключил эксперт.
Автор: Андрей Резчиков
Источник: Взгляд, 07.11.2025











В новом докладе ФНЭБа мы сделали акцент на двух ключевых моментах «войны санкций»: борьбе западных стран с морскими перевозками российской нефти, а также на попытках убрать российскую нефть с рынка Индии. Это главные направления санкционного удара конца 2025 – начала 2026 годов.
2025 год оказался крайне непростым для нефтяной индустрии. Начался он с последних санкций предыдущей администрации США, а закончился еще более неприятными санкциями нового президента Трампа. Теперь четыре крупнейших российских ВИНК оказались в самом жестком SDN-листе. Это привело к резкому росту дисконтов на российскую нефть, а также к проседанию поставок в Индию. События начала 2026 года вроде бы развернули ситуацию. Однако дело не только в ценах. Важно понять, как были переструктурированы экспортные потоки российской нефти и нефтепродуктов. Какие новые рынки сумели занять российские поставщики в условиях усиливающихся санкций. И какова позиция российских регуляторов относительно нефтяной индустрии и ее проблем.
2025 год стал особенно непростым для «Газпрома». С 1 января 2025 года был прекращен транзит через Украину, что привело к еще более заметному падению поставок газа в Европу. Кроме того, цены на углеводороды оказались заметно ниже 2024 года.
Все это привело к заметному проседанию финансовых показателей «Газпрома». Но, что еще тревожнее, остается открытым самый главный вопрос: какова будет среднесрочная стратегия развития монополии?
Первая сделка в формате ОПЕК+ была заключена в 2016 году. Так что в 2026 году мы отметим 10-летний юбилей соглашения. Оно переживало разные моменты. Так, в начале 2020 года сделка даже развалилась, однако обвал цен вернул Россию к кооперации с Саудовской Аравией. В новом докладе ФНЭБ дается акцент на трех ключевых сюжетах, которые во многом и определят будущее не только сделки ОПЕК+, но и в целом мирового рынка нефти. Это нефтяная стратегия Саудовской Аравии, ситуация в добычном комплексе США и перспективы роста спроса со стороны крупнейшего импортера нефти - Китая.
Анализируя влияние санкций, мы прежде всего смотрим на состояние государственных финансов. Обращаем внимание, не упали ли бюджетные нефтегазовые доходы, соответствует ли цена Urals той, что заложена в бюджете. А вот корпоративный сектор отошел в тень. В докладе мы анализируем финансовое состояние основных российских вертикально-интегрированных компаний.
