Если США будут добывать меньше сланцевой нефти, это постепенно будет приводить к ограничениям в добыче газа. А по нему они стали нетто-экспортером и выдавливают Россию с мирового рынка, заставляя европейцев окончательно отказаться от российского сырья. Если американские объемы будут ограничены, естественно, это скажется на предложении. Аргументов, почему надо отказаться от нашего газа и вводить антироссийские санкции, у Штатов будет значительно меньше. Поэтому для РФ в любом случае снижение добычи нефти в США — это благо, — пояснил Юшков.
Он указал, что сейчас на рынке и внутри ОПЕК наблюдается переизбыток предложения. По словам энергетика, в связи с этим увеличить добычу сложно, так как это всегда ведет к снижению цен. Эксперт подчеркнул, что чем меньше нефти добывают США, тем больше может добывать Россия без риска переизбытка и удешевления.
Уход американцев хотя бы частично с мирового рынка — это позитивно для России. Если снижение добычи будет происходить стремительно, США будут корректировать свою внешнюю политику. Когда они наращивали объемы за счет сланцевых проектов, это приводило к сокращению импорта. Они так и не стали нетто-экспортерами нефти, но уменьшали поставки благодаря росту собственной добычи и сокращали их прежде всего с Ближнего Востока, чтобы стать менее зависимыми от этого региона и более смело вести себя в нем, — добавил Юшков.
Ранее стало известно, что Евросоюз планирует ввести санкции против портов третьих стран. Кроме того, ЕС намерен включить в черный список 42 танкера в рамках нового, 20-го пакета санкций против России. Под ограничения могут попасть грузинский терминал Кулеви и индонезийский порт Каримун, поскольку их подозревают в участии в операциях с российской нефтью.
Источник: NEWS.ru, 11.02.2026











В новом докладе ФНЭБа мы сделали акцент на двух ключевых моментах «войны санкций»: борьбе западных стран с морскими перевозками российской нефти, а также на попытках убрать российскую нефть с рынка Индии. Это главные направления санкционного удара конца 2025 – начала 2026 годов.
2025 год оказался крайне непростым для нефтяной индустрии. Начался он с последних санкций предыдущей администрации США, а закончился еще более неприятными санкциями нового президента Трампа. Теперь четыре крупнейших российских ВИНК оказались в самом жестком SDN-листе. Это привело к резкому росту дисконтов на российскую нефть, а также к проседанию поставок в Индию. События начала 2026 года вроде бы развернули ситуацию. Однако дело не только в ценах. Важно понять, как были переструктурированы экспортные потоки российской нефти и нефтепродуктов. Какие новые рынки сумели занять российские поставщики в условиях усиливающихся санкций. И какова позиция российских регуляторов относительно нефтяной индустрии и ее проблем.
2025 год стал особенно непростым для «Газпрома». С 1 января 2025 года был прекращен транзит через Украину, что привело к еще более заметному падению поставок газа в Европу. Кроме того, цены на углеводороды оказались заметно ниже 2024 года.
Все это привело к заметному проседанию финансовых показателей «Газпрома». Но, что еще тревожнее, остается открытым самый главный вопрос: какова будет среднесрочная стратегия развития монополии?
Первая сделка в формате ОПЕК+ была заключена в 2016 году. Так что в 2026 году мы отметим 10-летний юбилей соглашения. Оно переживало разные моменты. Так, в начале 2020 года сделка даже развалилась, однако обвал цен вернул Россию к кооперации с Саудовской Аравией. В новом докладе ФНЭБ дается акцент на трех ключевых сюжетах, которые во многом и определят будущее не только сделки ОПЕК+, но и в целом мирового рынка нефти. Это нефтяная стратегия Саудовской Аравии, ситуация в добычном комплексе США и перспективы роста спроса со стороны крупнейшего импортера нефти - Китая.
Анализируя влияние санкций, мы прежде всего смотрим на состояние государственных финансов. Обращаем внимание, не упали ли бюджетные нефтегазовые доходы, соответствует ли цена Urals той, что заложена в бюджете. А вот корпоративный сектор отошел в тень. В докладе мы анализируем финансовое состояние основных российских вертикально-интегрированных компаний.
