Сырье не дотекает до рынков

Эскалация конфликта на Ближнем Востоке остро сказывается на мировом нефтегазовом секторе и уже привела к повышению цен на энергоресурсы на основных рынках потребления. Так, если 27 февраля марка Brent торговалась на уровне чуть выше $70 за баррель, то после 2 марта ее цена стабильно превышала $82 за баррель. В последний раз котировки поднимались выше этой отметки более года назад.

Политическая ситуация в регионе сильно обострилась после того, как 28 февраля США и Израиль начали наносить удары по объектам на территории Ирана, в том числе в Тегеране. В ответ Иран ответил обстрелом израильской территории, нанес удары по военным объектам США в ряде стран Ближнего Востока, а также остановил судоходство через Ормузский пролив. Он соединяет Персидский залив с Оманским заливом и Аравийским морем: северное побережье подконтрольно Ирану, южное — ОАЭ и Оману.

Углеводородная блокада

Ормузский пролив — ключевой маршрут поставок нефти и сжиженного природного газа (СПГ) из стран Персидского залива на мировой рынок. Как указывают в NEFT Research, на маршрут через Ормузский пролив приходится 25% мирового трафика нефти и нефтепродуктов (порядка 17–20 млн баррелей в сутки).

Аналитики ЦЭП Газпромбанка напоминают, что ежесуточно через Ормузский пролив проходит около 100 судов, более половины из которых — нефтяные и газовые танкеры. По данным системы слежения за судами MarineTraffic, на 3 марта около 200 танкеров были вынуждены встать на якорь вблизи Ормузского пролива со стороны Оманского залива. В целом в этой акватории находилось более 300 судов.

Через Ормузский пролив идет практически 35% экспортных поставок нефти из Персидского залива.

Основными странами—поставщиками сырья по этому маршруту являются Саудовская Аравия, Ирак, ОАЭ, Кувейт, Катар и Иран. В то же время 70% потребления энергоресурсов с этого направления приходится на страны Азии (Китай, Индия, Япония, Южная Корея).

При этом из стран Ближнего Востока только у Саудовской Аравии и ОАЭ есть действующие нефтепроводы общей мощностью около 6,5 млн баррелей в сутки, по которым можно поставлять сырье на мировой рынок в обход Ормузского пролива, но они не способны полностью удовлетворить спрос, отмечают эксперты.

Саудовская государственная нефтекомпания Saudi Aramco, по данным Bloomberg, уже рассматривает возможность увеличения отгрузок нефти через порт Янбу, расположенный на западе страны, на берегу Красного моря. Компания управляет нефтепроводом «Восток—Запад» мощностью 5 млн баррелей в сутки, который идет от нефтеперерабатывающего центра Абкайк недалеко от Персидского залива до порта Янбу и уже ведет переговоры с потребителями о переориентации потоков сырья.

Рост цен только начинается

Блокировка Ираном Ормузского пролива уже вызвала повышение цен на нефть и нефтепродукты. «На 3 марта цена на нефть Brent составляет $84 за баррель с перспективой повышения до $100 за баррель в краткосрочной перспективе»,— говорит управляющий партнер NEFT Research Сергей Фролов.

При этом эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков указывает на отсутствие резкого скачка цены на нефть свыше $100 за баррель в ходе первых после выходных торговых дней (первые удары США и Израиля по Ирану были нанесены в субботу, когда биржи не работают). По его мнению, это может быть связано с тем, что к понедельнику, когда возобновились торги, у участников рынка прошел первый шок и они успели взвесить ситуацию.

Кроме того, сдерживающим котировки фактором стали существенные запасы нефти в хранилищах и танкерах, которые нефтекомпании и трейдеры придерживали до повышения цены. «Те объемы, которые мир не получает из-за перекрытия пролива, частично компенсируются за счет сырья, выгруженного ранее на танкеры и уже находящегося в море»,— говорит господин Юшков.

Но, отмечает он, по мере истощения этого ресурса в мире будет нарастать дефицит нефти, что подтолкнет вверх ее стоимость. «Иран нацелен на максимизацию цены, разрушая углеводородную инфраструктуру в других странах. Если стоимость сырья будет расти, это повлечет подорожание топлива, в том числе внутри США, что крайне негативно воспринимается избирателями и может добавить шансы демократам на победу в Конгрессе на будущих выборах»,— говорит эксперт.

В то же время в ближайшее время котировки вряд ли достигнут экстремальных значений $150–200 за баррель, потому что это длительный процесс, считает господин Юшков. К тому же по мере роста цен будет сокращаться потребление нефти и мир успеет перестроиться, считает эксперт.

Газ без выхода

Аналогичным негативным образом перекрытие маршрута через Ормузский пролив сказалось на газовом рынке. Через него идет около 20% мировых поставок СПГ без альтернативных маршрутов экспорта для Катара и ОАЭ, указывают в ЦЭП Газпромбанка.

Сжиженный природный газ давно стал одним из ключевых факторов глобальной энергетической безопасности, отмечают эксперты «Имплементы». В 2024 году совокупное потребление СПГ превысило 406 млн тонн, что составляет почти 60% мировой торговли голубым топливом. По оценкам «Имплементы», к 2030году за счет замещения угольной генерации в странах АТР и отказа Европы от российских трубопроводных поставок объем мирового рынка СПГ достигнет уже 556 млн тонн.

При этом ожидается, что существенно вырастет экспорт сжиженного газа именно из стран Персидского залива. Если в 2024 году заводы по сжижению газа Катара и ОАЭ произвели около 84 млн тонн продукта (21% глобального предложения), то после запуска новых мощностей — QatargasNFE, QatargasNFS и RuwaisLNG —– их совокупные отгрузки к 2030году могут вырасти до 157 млн тонн, что будет покрывать уже до 28% нужд мирового рынка.

И поскольку альтернативных маршрутов для таких объемов фактически нет, значение пролива будет только расти вместе с масштабом последствий его возможного закрытия, подчеркивают эксперты.

Ситуацию осложняет то, что конфликт не только затронул экспортные маршруты, но и существенно ограничил производство СПГ. Катарская госкомпания QatarEnergy 2 марта заявила об остановке крупнейшего в мире завода по сжижению газа из-за атаки БПЛА. Подконтрольный компании промышленный комплекс Ras Laffan включает экспортный СПГ-терминал с производственной мощностью 77 млн тонн в год.

Прежде всего выпадение этих объемов скажется на рынке Евросоюза, где Катар занимал третье место по объемам поставок СПГ. В прошлом году на страну приходилось 8,4% всех закупок ЕС и 18% всего мирового рынка сжиженного газа.

Приостановка поставок катарского сжиженного газа уже привела к росту спотовой цены на это сырье на бирже TTF в Европе на 70% за 2–3 марта. «Эскалация конфликта оказывает большое влияние на европейский газовый рынок. Несмотря на то что катарский СПГ шел в основном на азиатские рынки, стоимость газа растет и там»,— отмечает Игорь Юшков. Биржевые цены на газ в Европе 3 марта подскочили на 45% и превысили $780 за 1 тыс. кубометров впервые с февраля 2023 года.

При этом, отмечает эксперт, дефицит газа закладывает в Европе существенные риски на следующий зимний сезон с учетом необходимости до осени заполнить подземные хранилища газа (ПХГ). «Сейчас страны ЕС продолжают активно отбирать сырье из уже и так серьезно опустошенных ПХГ, что может обернуться серьезными проблемами к следующей зиме на фоне предстоящего отказа от закупок российского СПГ»,— поясняет Игорь Юшков.

По данным Ассоциации операторов газовой инфраструктуры Европы, на 1 марта европейские хранилища были заполнены на 30%.

Альтернативы нет

При этом заменить выпавшие катарские объемы за счет других поставщиков невозможно, указывают сами участники газового рынка. Терье Осланд, министр энергетики еще одного крупного производителя газа, Норвегии, 3 марта заявил, что национальный газовый сектор уже работает на полную мощность и в ближайшее время не сможет предложить европейским странам дополнительных поставок на фоне ажиотажного спроса после кризиса в Катаре.

По мнению чиновника, Евросоюз может даже возобновить обсуждение вопроса закупок газа из России.

«ЕС очень четко заявил, что хочет освободить себя от российской нефти и газа, но события последних трех-четырех дней также были сложными. С учетом нынешней геополитической ситуации я считаю, что дебаты возобновятся»,— приводит его слова агентство Reuters.

Замглавы ФНЭБ Алексей Гривач указывает, что нестабильность на Ближнем Востоке также создала риски для обеспечения газом Израиля, Египта и Иордании. По его мнению, теперь есть три варианта развития событий: быстрая деэскалация конфликта, его переход в затяжную форму и стремительное разрастание военных действий. «В первом случае рынки быстро стабилизируются и восстановятся. Во втором — стабилизируются на новом уровне цен, который будет зависеть от того, сколько нефти и газа из региона будет доступно для рынков. В третьем случае будет иметь значение не цена, а выживание»,— говорит эксперт.

Россия в плюсе

С одной стороны, усиление хаоса не сулит ничего хорошего никому, отмечает Алексей Гривач. С другой — обострение ситуации на Ближнем Востоке повышает привлекательность российских энергоносителей, даже несмотря на санкции и ограничения, и создает некоторые дополнительные возможности для развития совместных проектов с Китаем, Индией и другими странами региона.

Игорь Юшков согласен с тем, что в сложившейся ситуации для России есть положительные моменты, так как на фоне сокращения поставок из других стран будет расти конкуренция за ее энергоресурсы (прежде всего между Китаем и Индией) и сокращаться дисконт по отношению к другим бенчмаркам.

То, что США уже лишили Китай нефти из Венесуэлы и теперь Ирана, может сделать Пекин более лояльным к предложениям с севера как по совместным проектам (например, газопроводу «Сила Сибири-2»), так и по поставкам оборудования для российских компаний, в том числе для ямальских проектов НОВАТЭКа по сжижению газа, говорит эксперт. Вице-премьер РФ Александр Новак уже заявил, что индийские политики допускают рост интереса Дели к российской нефти.

Участники рынка и эксперты сходятся во мнении, что дальнейшее развитие ситуации на мировом энергетическом рынке будет зависеть от продолжительности острой стадии конфликта и масштабов реальных разрушений производственных мощностей. «Оперативное возобновление движения через пролив — легко решаемая проблема, в то время как восстановление разрушенной инфраструктуры заводов по сжижению и регазификации может затянуться на многие месяцы»,— считает Игорь Юшков. По его мнению, в случае негативного развития событий цены на газ могут оставаться стабильно высокими до конца 2026 года и дольше.

Автор: Ольга Матвеева

Источник: Коммерсантъ, 05.03.2026