«Сообщения об остановке поставок с мая нефти из Казахстана по «Дружбе» выглядят довольно странно и вызывают множество вопросов. От кого исходит эта инициатива? Что послужило поводом к такому возможному решению?» – отметил Игорь Юшков, эксперт Фонда национальной энергетической безопасности и Финансового университета при правительстве РФ.
Он напомнил, что в последнее время Украина неоднократно атаковала порт Усть-Луга, а также объекты Каспийского трубопроводного консорциума (КТК) в Новороссийске, через которые в том числе и Астана экспортирует свои энергоресурсы. «В такой ситуации, казалось бы, Казахстан должен заказать у России большую прокачку по «Дружбе» в Германию», – рассуждает собеседник.
В то же время Киев перекрыл южную ветку нефтепровода. Это приводит к удорожанию прокачки казахстанской нефти по центральной ветке (инфраструктура разделяется на две артерии в Белорусии). «Экономическая логика следующая: чем меньше по трубе вы качаете, тем дороже прокачивать каждую тонну нефти», – пояснил эксперт.
«Получается, что когда Украина заблокировала поставки в Венгрию и Словакию, то системой пользовался де-факто только Казахстан. Возможно, встал вопрос о повышении тарифа на прокачку в сторону Германии. В таких условиях Астана могла счесть более перспективными другие маршруты экспорта и приостановить поставки по «Дружбе», – детализировал Юшков.
«Если предположить, что дела обстоят именно таким образом, стоит дождаться также заявлений из Берлина. Насколько Германии важно сохранить эти объемы и готова ли страна, например, платить больше Казахстану? Вместе с тем, если бы ФРГ готова была бы по любой цене покупать казахскую нефть, то стороны бы договорились об увеличении поставок», – отметил он.
Собеседник допустил, что Германия – в отсутствие выгодных для Берлина поставок по «Дружбе» – будет больше закупать энергоресурсов танкерами. «Казахстан же, по всей видимости, перенаправит нефть на экспорт через, например, Усть-Лугу. То есть для России транзитные объемы не снизятся», – заключил Юшков.
Ранее стало известно, что Астана получила неофициальную информацию о невозможности транзита нефти по трубопроводу «Дружба» в мае. Об этом пишет ТАСС со ссылкой на главу Минэнерго Ерлана Аккенженова. По его словам, российская сторона показала Казахстану планируемый показатель поставок на второй квартал — «по всем трем месяцам ноль».
«Российская сторона, опять-таки по неофициальным источникам, заявляет о неимении технической возможности по прокачке казахстанской нефти. Скорее всего, это связано с недавними ударами по российской инфраструктуре, я делаю такое допущение», – сказал министр.
Аккенженов сообщил, что Казахстан не ожидает снижения добычи нефти, отметил чиновник. По его словам, Астана имеет возможность перераспределить весь объем углеводородов по другим маршрутам – система Каспийского трубопроводного консорциума, Усть-Луга, Китай.
Накануне про майскую приостановку транзита со ссылкой на источники писало агентство Reuters. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков не стал комментировать сообщения. Он отметил, что по этому вопросу нужно обращаться в соответствующие российские компании.
Агентство отмечало, что экспорт нефти из Казахстана в Германию по российскому трубопроводу составил около 43 тыс. баррелей в день в 2025 году, что на 44% больше, чем в 2024 году. Полное прекращение транзита приведет к потере примерно 17% из 12 млн метрических тонн нефти в год, перерабатываемых немецким нефтеперерабатывающим заводом PCK.
Напомним, Венгрия и Словакия с 27 января не получают российскую нефть по «Дружбе» из-за блокировки со стороны Украины. Россия технологически готова к возобновлению транзита, отмечал Песков. «Все зависит от киевского режима: откроют ли они трубу и прекратят ли они шантаж», – подчеркивал он.
Будущий премьер-министр Венгрии Петер Мадьяр в этой связи обращался к Владимиру Зеленскому с требованием разблокировать транзит и отказаться от политики давления на европейские страны. Газета ВЗГЛЯД рассказывала, как Россию вынуждают искать новый подход к экспорту энергоносителей.
Автор: Анастасия Куликова
Источник: Взгляд, 22.04.2026
В новом докладе ФНЭБа мы сделали акцент на двух ключевых моментах «войны санкций»: борьбе западных стран с морскими перевозками российской нефти, а также на попытках убрать российскую нефть с рынка Индии. Это главные направления санкционного удара конца 2025 – начала 2026 годов.
2025 год оказался крайне непростым для нефтяной индустрии. Начался он с последних санкций предыдущей администрации США, а закончился еще более неприятными санкциями нового президента Трампа. Теперь четыре крупнейших российских ВИНК оказались в самом жестком SDN-листе. Это привело к резкому росту дисконтов на российскую нефть, а также к проседанию поставок в Индию. События начала 2026 года вроде бы развернули ситуацию. Однако дело не только в ценах. Важно понять, как были переструктурированы экспортные потоки российской нефти и нефтепродуктов. Какие новые рынки сумели занять российские поставщики в условиях усиливающихся санкций. И какова позиция российских регуляторов относительно нефтяной индустрии и ее проблем.
2025 год стал особенно непростым для «Газпрома». С 1 января 2025 года был прекращен транзит через Украину, что привело к еще более заметному падению поставок газа в Европу. Кроме того, цены на углеводороды оказались заметно ниже 2024 года.
Все это привело к заметному проседанию финансовых показателей «Газпрома». Но, что еще тревожнее, остается открытым самый главный вопрос: какова будет среднесрочная стратегия развития монополии?
Первая сделка в формате ОПЕК+ была заключена в 2016 году. Так что в 2026 году мы отметим 10-летний юбилей соглашения. Оно переживало разные моменты. Так, в начале 2020 года сделка даже развалилась, однако обвал цен вернул Россию к кооперации с Саудовской Аравией. В новом докладе ФНЭБ дается акцент на трех ключевых сюжетах, которые во многом и определят будущее не только сделки ОПЕК+, но и в целом мирового рынка нефти. Это нефтяная стратегия Саудовской Аравии, ситуация в добычном комплексе США и перспективы роста спроса со стороны крупнейшего импортера нефти - Китая.
Анализируя влияние санкций, мы прежде всего смотрим на состояние государственных финансов. Обращаем внимание, не упали ли бюджетные нефтегазовые доходы, соответствует ли цена Urals той, что заложена в бюджете. А вот корпоративный сектор отошел в тень. В докладе мы анализируем финансовое состояние основных российских вертикально-интегрированных компаний.
