От мягкого отказа до рисков крушения ОПЕК: что будет с ценой на нефть после ухода ОАЭ

Игорь Юшков — о том, как на рынок и Организацию стран — экспортеров нефти повлияет решение ближневосточной страны

Заявление Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) о выходе из ОПЕК (Организация стран — экспортеров нефти) и ОПЕК+ (ОПЕК и другие крупные нефтедобывающие государства) 1 мая стало неожиданностью для мирового рынка нефти. Конечно, недовольство форматом соглашения по регулированию объемов производства нарастало в последние годы. Тем не менее такого поворота событий не предсказывали даже самые смелые аналитики.

Суть недовольства

Проблема заключается в том, что участники ОПЕК и ОПЕК+ согласились сократить добычу в 2020 году, когда потребление спало из-за карантинных ограничений в рамках борьбы с COVID-19. Тогда нужно было сбалансировать рынок и восстановить цены на нефть до приемлемого уровня. В 2023 году восемь стран — членов ОПЕК+ (Саудовская Аравия, Россия, ОАЭ, Ирак, Кувейт, Казахстан, Алжир и Оман) добровольно дополнительно сократили добычу, чтобы вновь поддержать нефтяные котировки на мировом рынке. Но параллельно другие страны — производители нефти, не входящие в ОПЕК+, наращивали свое производство — в частности, США, Гайана, Бразилия и т.д.

Они фактически пользовались результатами усилий стран — участниц соглашения. Например, благодаря относительно высоким ценам на рынке проекты в таких государствах стали рентабельными, и они принимали решения ввести их в эксплуатацию. Более того, на мировом рынке появилась неформальная убежденность, что можно запускать даже низкорентабельные, рискованные проекты, ведь, как считалось, ОПЕК+ выступает гарантом высоких цен. Мол, если котировки на рынках пойдут вниз, то члены организации обязательно сократят свою добычу. Поэтому затратные проекты можно смело запускать, ты точно не прогоришь.

Действия стран-участниц

Подобная ситуация, конечно, не устраивала участников ОПЕК+: они сократили добычу и держали ее на низком уровне, а другие игроки наращивали свое производство, увеличивая свою долю на мировом рынке. В итоге было принято решение в 2025 году постепенно наращивать добычу, поднимая квоту сначала для тех восьми стран ОПЕК+, кто участвовал в дополнительном сокращении в 2023-м, а потом и для всех остальных.

Так удалось не допустить развала ОПЕК+ и держать необходимый темп. Ведь если бы организация распалась, то стоило ожидать, что и все экс-участники станут наращивать производство до максимума и цены на нефть обрушились бы до очень низкого значения.

С апреля 2025 года ОПЕК+ ежемесячно увеличивала квоты на добычу так, чтобы синхронизироваться с автомобильным сезоном в Северном полушарии: чем больше росло потребление топлива, тем больше увеличивалась месячная квота. В итоге за прошлый год объем добычи в рамках ОПЕК+ вырос на 2,88 млн баррелей в сутки. Предполагалось, что аналогичная программа повторится и в 2026-м. Страны — члены организации утвердили увеличение квот на нынешний апрель на уровне 137 тыс. баррелей в сутки, а на май — на 206 тыс. баррелей. Смысл этой стратегии заключался в том, чтобы поднять лимиты до такого уровня, чтобы они не ограничивали участников в реальной добыче.

Можно назвать это мягким отказом от ОПЕК и ОПЕК+. Хотя сам формат сохранился бы на случай необходимости экстренного влияния на рынок, как это было в 2020 году. За счет постепенного увеличения планировалось избежать резкого падения цен.

Риски и парадоксы

Теперь же после решения ОАЭ о выходе из ОПЕК и ОПЕК+ возникают риски крушения договоренностей, причем с лавинообразным характером.

Например, другие участники также могут отказаться от обязательств: почему кому-то можно выйти и добывать столько, сколько тот захочет, а остальные должны стараться за счет ограничения своей добычи удерживать цены? Причем ОАЭ добывает в среднем около 4 млн баррелей в сутки, что делает страну одним из крупнейших игроков и на Ближнем Востоке и в ОПЕК+ в целом. А значит, и в мире.

Парадокс ситуации в том, что ОАЭ, говоря о выходе из ОПЕК+, здесь и сейчас не сможет воспользоваться своим новым положением. Экспорт монархии сегодня ограничен прежде всего не квотами организации, а перекрытием Ормузского пролива. У ОАЭ есть нефтепровод (Абу-Даби, или ADCOP, он же Habshan — Fujairah) в обход Ормуза, приходящий в порт Фуджейра. Но его мощность — 1,5–1,8 млн баррелей в сутки, а этого недостаточно, чтобы экспортировать всю добываемую нефть. Поэтому решение о выходе из ОПЕК и ОПЕК+ выглядит несколько нелогичным. Ведь это толкает цены на нефть вниз. Получается, что теперь ОАЭ не смогут заработать ни с объемов экспорта, ни с цены.

Публичное заявление ОАЭ о том, что страна покидает ОПЕК и ОПЕК+, может быть частью договоренностей эмиратов с США. Именно команде американского президента Дональда Трампа сейчас очень нужно понизить цены на нефть. Ведь дорогая нефть поднимает цены на топливо внутри США, а от этого снижается уровень поддержки избирателями действующей администрации. В ноябре 2026 года в США запланированы промежуточные выборы в Конгресс, где у республиканцев все меньше шансов победить. 20 апреля The Wall Street Journal (WSJ) со ссылкой на источники сообщала, что ОАЭ просили США о финансовой помощи. Глава Центрального банка ОАЭ Халед Мохаммед Балама на встрече с министром финансов США Скоттом Бессентом в Вашингтоне поднял вопрос о возможности открытия линии валютных свопов. Возможно, за подобную помощь Абу-Даби и обещали попробовать понизить цены на нефть на мировом рынке и подорвать ОПЕК и ОПЕК+ изнутри.

Реакция рынка

Пока рынок не отреагировал на новости о решении ОАЭ и цены остались выше $100 за баррель. Ведь не появилось нового предложения. Однако, когда Ормузской пролив будет открыт, другие участники ОПЕК+ должны будут озвучить свое решение: остаются ли они членами соглашения об ограничении добычи или нет.

Если ОПЕК и ОПЕК+ распадутся, то на мировом рынке появятся дополнительные 2–3 млн баррелей по сравнению с тем, сколько добывали участники ОПЕК+ до перекрытия Ормузского пролива (порядка 51,8 млн баррелей в сутки). Это приведет к падению цен.

Подобный сценарий является риском, в частности, для России. Нашей стране увеличить добычу сложнее, чем ближневосточным производителям: требуются новые инвестиции и время. А сокращение нефтегазовых доходов потребует уменьшения расходов для балансировки бюджета, что может оказаться процедурой болезненной.

Однако теперь, когда Иран переходит к постоянному контролю над Ормузским проливом, он может фактически наказать ОАЭ за попытки подорвать ОПЕК и ОПЕК+. Например, принудительно ограничить объемы экспорта за счет установления квот на проход через Ормуз определенного количества танкеров с нефтью и нефтепродуктами ОАЭ. Это позволило бы не допустить резкого роста предложения на мировом рынке и успокоить участников ОПЕК+.

Автор: Игорь Юшков, ведущий аналитик ФНЭБ

Опубликовано: ТАСС, 29.04.2026