Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > К. Симонов: «Музыку» Чубайса и Грефа будут оплачивать граждане России

К. Симонов: «Музыку» Чубайса и Грефа будут оплачивать граждане России

В Минэкономразвития заявили, что причиной стагнации в российской экономике стала пролонгация соглашения ОПЕК+. Падение объёмов добычи углеводородов привело к столь плачевным результатам. Экономический обозреватель телеканала "Царьград" Юрий Пронько проанализировал ситуацию на одном из важнейших направлений — рынке углеводородов — с президентом Фонда энергетической безопасности Константином Симоновым

Юрий Пронько: Действия руководства нефтегазового комплекса — действительно та причина, которая обвалила российскую экономику в ноябре, или это ошибка в методологии Росстата? Министр экономического развития Максим Орешкин сказал, что в связи с ОПЕК+ мы получили печальный итог и по октябрю, и по ноябрю. Можете как эксперт нам пояснить ситуацию?

Константин Симонов: Довольно занятное было заявление. Ещё в октябре начинались информационные вбросы о том, что виновата эта сделка. Можно ограничиться известной фразой про танцоров, но посмотрите, соглашение начало действовать с начала 2017 года. При этом в качестве отправной точки этого соглашения мы взяли, как известно, октябрь 2016 года, когда добыча нефти вышла на пик. Мистер Новак гордится тем, что мы это сокращение начали считать не год к году, а именно к октябрю, взяв суточную добычу. Мы вышли на рекорд, добывая в начале 2016 года. Росли-росли, вышли на рекорд, а потом от него отступили. Если взять цифры год к году, то в нефтяном комплексе у нас добыча не сократится, потому что, повторяю, мы вышли на октябрьский пик и от него уже отложили эти 300 000 баррелей. По моим оценкам, может быть, добыча статистически не сократится. В этом плане нельзя сказать, что на совокупное промпроизводство повлияла эта сделка, и мы сократили добычу. В 2018 году, когда сделка будет продлена, действительно придётся идти на какие-то ограничения, но пока не нефть виновата в спаде промышленного производства.

Ю.П.: Заявления о том, что бюджет получит от 1,5 до 2 трлн рублей — это видение министра Новака или реальные подсчёты?

К.С.: В этой цифре есть некий элемент условности. Когда мы говорим, что этой сделкой заработали триллион, это означает, что вы должны знать, сколько бы стоила нефть, если бы этой сделки не было. Если вы считаете свою прибыль, это значит, что вы считаете от чего-то.

Ю.П.: Он, по всей видимости, считает от цены, которая заложена в бюджете?

К.С: Нельзя считать от цены, которая заложена в бюджете. В нашей модели должна быть та цена, которая была бы, если бы сделки не было.

Ю.П.: Но, скорее, мы всё-таки заработали?

К.С.: Безусловно, мы заработали, потому что цена пошла вверх с учётом того, что мы идём год за годом примерно на одном и том же уровне. Когда цена барреля перевалила за 60 долларов, мы зарабатываем. В планах бюджета сложно ориентироваться. Вы же знаете, как пишутся такие планы, их сложно оспаривать, поэтому Новак наслаждается этим триумфом. Не буду его в этом обвинять.

Ю.П.: Помню, где-то пару недель назад Борис Титов, выступая на одном из финансовых форумов в финансовом университете, сказал уходящему Силуанову: а чем вы гордитесь, господин министр? Вся заслуга по нормализации экономики принадлежит двум людям: президенту России Владимиру Путину и министру энергетики Владимиру Новаку. Своим соглашением с ОПЕК+ они более-менее сбалансировали поступления в бюджет.

К.С.: Когда цена за баррель перевалила за 60 и приближалась к 65 долларам, прибавка оказалась колоссальной.

Ю.П.: У нас есть ещё одна  государственная контора, которая любит давать долгосрочные  прогнозы. Я имею в виду ЦБ страны. Эльвира Сахипзадовна со своими коллегами уже сделала заявление по окончании соглашения ОПЕК+: в 2019 году нефть будет стоит 45 долларов за бочку, в 2020 подешевеет до 42 долларов. Все мои коллеги из деловых изданий вышли с аршинными заголовками "ЦБ готовит нас к низким ценам на углеводороды". Вы — один из немногих экспертов, которые очень трезво смотрят на всё происходящее. Я понимаю, что ЦБ, как и Минэк, должен давать какие-то показатели, ориентиры и цифры, но у меня возникает вопрос к профессионалу: реальность будет соответствовать прогнозу?

К.С.: У нас подход к планированию строится по принципу: "Вроде как это надо, вроде как нужно делать, но..."

Ю.П.: Вы очень мягко говорите, я обычно говорю: "Вроде надо ляпнуть что-то, вот они и ляпают".

К.С.: Мне нравится, когда строятся прогнозы по цене на нефть в 42 доллара или 42,3 доллара в 2019 году. На самом деле ещё нет настолько точных моделей, которые позволяли бы делать прогноз по нефтяным ценам на два года вперёд. К сожалению или к счастью, это очень волатильный рынок, и на него действует масса факторов: не только рост цен на нефть, не только сделка с ОПЕК, но и масса других вещей. Например, Трамп, который является открытым лоббистом углеводородов и развернул энергетическую политику США. Рынок это оценил тоже как сделку.

Ю.П.: Политика Федеральной резервной системы США по сокращению количественного смягчения...

К.С.: Мы же понимаем, что чем дешевле доллар, тем дороже нефть. Финансово-макроэкономический блок пытается проставить в своей модели более низкие цены на нефть, что позволяет им лоббировать их версию экономической политики с простой логикой: если нефть дешёвая, давайте планировать сокращение бюджетных расходов.

Ю.П.: Но там есть и монетизированный фактор. Чем ниже уровень, на котором формируется бюджет, тем выше доходы, которые будут получены при иных ценах. А поступление — вновь в резервы.

К.С.: Исходя из консервативного прогноза, мы должны чётко зафиксировать наш уровень расходов, и если вдруг повезёт, мы опять наполним резервы на "чёрный день". Это известная дискуссия о том, куда направлять деньги: в кубышку или на развитие. Люди из Минфина и ЦБ играют в эту игру давно. Их задача — сказать, что надо планировать консервативно, потому что изначально они в свои прогнозы закладывают такие цифры. Их спрашивают: почему консервативно? Ответ: нефть будет дешёвая. Плюс к этому представители прогрессивной части человечества всё время возвращаются к давней байке на тему того, что скоро нефть никому будет не нужна. Хотя ЦБ об этом не говорит, многие думают именно так. Герман Греф об этом рассказывает наиболее эмоционально и открыто.

Ю.П.: Он скоро договорится до того, что и банки никому не будут нужны.  

К.С.: Кроме одного. Они психологически в будущем отказывают нефти как товару. С удовольствием закладывают различные гадкие сценарии по отношению к ней, потому нефть у них обязательно будет дешёвой и никому не нужной в перспективе. Нефть у них вообще не будет товаром, и это якобы произойдёт уже к концу следующего десятилетия, о чём открыто говорится. Я намерен дожить до конца следующего десятилетия специально для того, чтобы людям это напомнить. Когда я слышу, что к 2030 году нефть вообще не будет потребляться, у меня уши сворачиваются. Я понимаю, что, наверное, в 2030 году будет непросто отловить того же Германа Оскаровича Грефа и задать ему вопрос: что вы говорили осенью 2017 года на энергетической неделе? Будете ли вы отвечать за слова, которые вы произносите? Мы знаем, что не будет и поэтому легко делает прогнозы.

Ю.П.: С вашего позволения вернёмся из 2030 года в 2018-й. От ваших же коллег периодически слышу мнение о том, что кто первый соскочит с ОПЕК+, тот срубит сливки, простите за жаргонизм. Дескать, Россия — чуть ли не первый игрок, который пытается выйти, и это проскальзывает в деловой прессе. Что на самом деле?

К.С.: Вы правы, действительно, переподписание сделки оказалось очень странным. Мы даже не успели насладиться и сразу стали говорить, как из неё выходить. Действительно очень оригинальная форма.

Ю.П.: Чуть ли не в тот же день появились все эти комментарии.

К.С.: Я и говорю, не успели недельку попить шампанское, как тут же все начали говорить, что "но самое главное — выйти". Естественно, когда все начинают думать, как из неё выйти, рынок на это реагирует. Ребята уже решили, что сделки не будет на 2019 год, и сценарий выхода получается основным. Очевидно, что в ожиданиях трейдеров эта мысль будет. Стратегию выхода из сделки надо очень грамотно продумывать. Вы сказали, что кто-то должен кого-то обязательно "кинуть" и может заработать в текущем моменте. Но мы понимаем, что речь идёт либо о нас, либо о Саудовской Аравии. В этой сделке два крупных игрока, им и решать, что будет. Вот так нарастить добычу и выкинуть дополнительные объёмы на рынок мы не сможем, пока ещё нефть дорогая. У нас нет, к сожалению, для этого возможностей. Мы не сможем нарастить добычу резко, а саудиты могут. В этом плане вариант игры в рост объёма на дорогом рынке больше свойственен им. Кстати, они в такие стратегии играли, повышая добычу и на падающем рынке пытаясь заработать на растущем объёме. Но у них есть одно ограничение — провести IPO Saudi Aramco. Пока они этого не сделают, из сделки не выйдут.

Ю.П.: Вы прямо ход моих мыслей отслеживаете, потому что следующий мой вопрос был о Saudi Aramco. Китайцы войдут в компанию?

К.С.: Они хотели бы это сделать.

Ю.П.: До этого они сказали, что им не нужна никакая биржа, они готовы и без IPO войти.

К.С.: Это будет предметом для очень серьёзных спекуляций. Пока принято решение о том, что IPO пройдёт в Нью-Йорке, и это было самой значимой частью первого визита Трампа в Саудовскую Аравию. Многие сфокусировались на теме оружия, но мы видим, что никаких сделок пока нет. Упустили тему, что IPO будет проводиться на нью-йоркской бирже, и стратегически США не хотели бы появления китайцев на Saudi Aramco. Это будет предметом переговоров Вашингтона и Эр-Рияда. Как себя поведёт новое руководство Саудовской Аравии — вопрос. На мой взгляд, там очень странный молодой руководитель, он уже наломал дров. Вчера я прочитал, что у него, оказывается, во Франции нашли замок за 300 млн. Я думаю, он про себя много чего узнает в ближайшее время. Он привык наслаждаться позитивным пиаром на Западе, из него там делают чуть ли не борца за зелёную энергетику и ветряные станции. Как только он начнёт подавать странные идеи — "давайте продадим китайцам, да еще и без IPO", — у него и замок найдут во Франции, и золотые унитазы, и что угодно.

Ю.П.: Речь идёт о наследном принце?

К.С.: Да, наследном принце Саудовской Аравии.

Ю.П.: Я правильно понимаю, саудиты первые выйдут из темы ОПЕК+?

К.С.: Я склоняюсь к тому, что сделки в 2019 году не будет. Наши компании уже не скрывают, что они недовольны сделкой. Несмотря на то, что компании тоже выигрывают от роста цен, мы всё-таки понимаем, что больше всего выигрывает бюджет. Так устроена  налоговая система: цена растёт, зарабатывает бюджет. Нефтяные компании вынуждены будут сокращать добычу физически, отказываться от плана ввода новых месторождений. "Газпромнефть" на совещании открыто заявила об этом, правда потом сказала, что они ничего такого не говорили, но дыма без огня не бывает.

Ю.П.: Скорее всего, говорили.

К.С.: Что касается саудитов, как только они проведут Saudi Aramco во второй половине 2018 года или продадут под столом китайцам, надо будет внимательно следить за руками. Я не исключаю, что они могут выйти из сделки. Все опасаются, что в момент её нарушения цена нефти резко пойдёт вниз. Кстати, я не думаю, что так будет. Но все этого опасаются, и саудиты тоже. Тем не менее и в 2019 году сделки не будет, я думаю, что это уже практически решённый факт.

Вопрос зрителя: "Просьба прокомментировать новость: китайская корпорация получила влияние над российской компанией, которая занимается выработкой электричества — получила 51% акций, а доля российского предприятия стала 49%".

Ю.П.: Так там надо смотреть. В ЦГК-2 тоже участвуют зарубежные инвесторы. Что скажете?

К.С.: На самом деле присутствие китайских инвесторов в российском энергетическом комплексе становится крайне заметным и на глазах увеличивается. Случай с ЦГК-2, может, и не столь принципиален, но он в ряду очень громких историй. Раньше российские власти аккуратно относились к приходу китайских инвесторов. Первая сделка, когда они вошли в "Удмуртнефть", была для них огромным счастьем, потому что куда бы они ни тыкались, какие бы деньги ни предлагали, им везде был от ворот поворот. Теперь я думаю, что всё поменялось, и в немалой степени этому способствует и внешняя конъюнктура. "Хуасинь" — теперь акционер 14% с хвостиком акций "Роснефти", китайцы вошли в ряд крупных проектов "Роснефти", они же — акционеры Ямал СПГ. Собственно, мы в Китай больше всех продаём нефти — более 50 млн тонн в этом году. Теперь они приходят в электроэнергетику. Сходите на любую нефтегазовую выставку, там вы давно уже не найдёте крупных американских сервисных компаний. Китайцы вам предлагают, что хочешь — и трубы, и буровые работы, так что они уже здесь. К этому можно по-разному относиться, но я не являюсь активным поклонником китайского присутствия в российском нефтегазе. Честно скажу, это та реальность, с которой мы уже имеем дело в нефтяном и газовом сегментах. Теперь это касается и электроэнергетики. Если вы испытываете дефицит западных инвестиций, вы компенсируете их на Востоке.

Ю.П.: Более того, вы тем самым диверсифицируете. Я имею в виду поставки нефти и газа с рискового европейского рынка на азиатский.

К.С.: Абсолютно логичный ход. Мы уже сделали поставок сырой нефти на 50 млн тонн. Напомню, что в 2020 году у нас заработает трубопроводный проект "Сила Сибири", но некие сомнения в его реализации есть.

Ю.П.: У меня тоже есть. Ещё несколько вопросов хотел бы с вами обсудить.

К.С.: Давайте про зелёную энергетику несколько слов скажем. Что касается упомянутых персонажей, например, Германа Оскаровича Грефа. Я — принципиальный противник развития зелёной энергетики в России. И не потому, что я кондовый, несовременный. Я просто пытаюсь мыслить по логике тех людей, которые эту тему активно продвигают. А кто её продвигает сегодня? Герман Греф, Анатолий Чубайс — вот главные лоббисты альтернативной энергетики в России. Прекрасное с точки зрения откровенности интервью Чубайса в "Российской газете" вызвало много шума. Почитайте, он прямым текстом говорит: "Я буду настаивать на государственном финансировании этих проектов". Слушайте, вы нам всё время говорили: "Не надо государственных инвестиций". Анатолий Чубайс и Герман Грефпостоянно говорят, что "государственные инвестиции — плохие, государственная собственность — плохая".

Ю.П.: Они же всё время сидят на них — и тот, и другой.

К.С.:  Анатолий Чубайс ни дня ни работал в частном секторе, но при этом ассоциируется именно с частным бизнесом. Он постоянно говорит, что частный бизнес прекрасен, но как только дело его касается, он говорит: "Прошу профинансировать зелёную энергетику". Я спрашиваю: "А почему?", а он отвечает: "Так делают все страны". Слушайте, ну это же ерунда какая-то. Если в Эквадоре выращивают бананы, мы тоже должны их выращивать?

Страна обладает крупнейшими газовыми запасами, имеет колоссальные запасы нефти и угля. Так какого чёрта мы должны вкладывать безумные деньги в развитие зелёной энергетики? И главный их аргумент заключается в том, что в Европе или в Америке делают то же самое. Хотя в Америке делают далеко не то же самое. Если вы посмотрите на цифры, увидите, как там двукратно выросло производство нефти буквально за последние годы. Тут мы переходим к вопросу о сланце — как Америка до сих пор наращивает производство газа и нас обгоняет, как используется газ в той же газохимии и в транспорте, как развиваются нефтехимические проекты по всему миру. А я слышу о том, что, оказывается, наше государство должно субсидировать зелёную, солнечную и ветряную энергетику, потому что на Западе делают то же самое.

Ю.П.: Полное незнание предмета или манипуляция.

К.С.: Это в чистом виде — попытка вытащить деньги из госбюджета, освоить их на всякую ерунду, мотивируя тем, что все делают так, и никому нефть будет не нужна. Газ никому не нужен, мы все идиоты, надо срочно создавать производство зелёной энергетики, а субсидировать это всё будет государство. Только не государство, а мы с вами, потому что это всё закладывается в тарифе. Все договоры на поставку мощности закладываются в тариф на электроэнергию, и туда засовывается уже чёрт знает что!

Ю.П.: Мы с вами и оплатим это?

К.С: Конечно! Вы из своего тарифа всю "музыку" будете оплачивать. Я — решительный противник такого рода отношений. Мне крайне обидно, что люди, которые всё время выступают за отказ от ненужных госинвестиций, громче всех требуют тупых госинвестиций в развитие ненужного сегмента энергетики. США, которых нам всё время ставят в пример, при Бараке Обаме увеличили добычу нефти в два раза. Давайте так и поступим: сделаем смету и увеличим её в два раза, если мы должны делать то же самое, что делают США. По газу они нас обогнали. Что касается сланца, США не участвуют в сделке ОПЕК+, и, по сути дела, сланец в США и Канаде является главной проблемой. Всё очень просто: мы добычу сократили и держим, саудиты пока выполняют свои обязательства в течение года, что уже неожиданно. Но тем не менее США на этом паразитируют — эффект безбилетника. Не является секретом, что они в сделке не участвуют, и по 2017 году мы видим: происходит рост добычи. Пока этот эффект оказывается позитивным, индикатор — цена. Штаты наращивают добычу, цена не рушится — пока этот сланец эффекта не даёт. Но в перспективе очевидно, что именно сланцевая нефть является тем разрушителем, который похоронит сделку. Поэтому Штаты будут наращивать добычу. 60 долларов — это цена, при которой можно реализовывать крупные проекты вроде бакена. В этом плане, когда цена переваливает за 60, инвестиции снова возвращаются в сланец. Если саудиты выйдут из сделки, и цена начнёт падать до 50 долларов, инвестиции тут же начнут поступать из сланцевого комплекса. Поэтому цена на сланец очень эластичная, это известное её отличие от проектов традиционной нефти. Если даже у вас тут на шельфе платформу построили, у вас колоссальные капексы, а опексы очень низкие. А там, наоборот, опексы высокие. У нас очень высокие традиционные затраты, надо постоянно бурить. Это не то, что построили дорогущую платформу, она уже стоит, и в неё можно вложить все затраты. Там надо всё время бурить, поэтому другая психология и, естественно, абсолютно другая система принятия решений и реакция на цены. Американский и канадский сланец — тот фактор, который будет играть довольно серьёзную роль в определении трендов на рынке.

Ю.П.: Два коротких вопроса и ваши лаконичные ответы. Премьер-министр Польши сегодня заявил о том, что реализация проекта "Северный поток-2" — смерть Украине. Ваш комментарий?

К.С.: Это, скорее, полусмерть газотранспортной системы Украины. Если руководитель Польши считает, что жизнь Украины сосредоточена в трубе, то тогда да. Сама Украина считает себя Кощеем Бессмертным, потому что как иголка — в яйце, так и жизнь — в трубе. Нет трубы — нет Украины. Но это говорит один из руководителей Польши, что удивительно. В реальности мы готовы даже сохранить 15-20 млрд транзита через Украину, если будут такие же годы, когда мы поставили на европейский рынок 190 с лишним млрд тонн. Какую-то часть транзита Украина может сохранить. Но если бы у меня была возможность задать вопрос польскому товарищу, я бы спросил: а вы о ком больше думаете — об Украине или о безопасности ЕС? Авария в Баумгартене на прошлой неделе показала, что не хватает инфраструктуры. Мы эту инфраструктуру предлагаем, а поляки говорят: "Нет, нам это не нужно, мы готовы последние штаны снять, только чтобы Украине помогать". Что-то я не вижу, чтобы вы помогали Украине. Дайте им два миллиарда долларов, которые можно потерять на транзите, а мы построим эту трубу, и успокойтесь. Если вы так болеете за Украину, то дайте эти деньги ей.

Ю.П.: Насколько я понимаю, розничные цены на топливо в следующем году будут расти благодаря решению Минфина по индексации акцизов на топливо?

К.С.: Это самый простой прогноз, который можно дать. Вопрос в том, что будет с ценами на внутреннем рынке. Цены растут всегда.

Ю.П.: Нефть падает — они растут, поднимается — тоже растут.

К.С.: При любых мировых ценах на внутреннем рынке цена будет расти. Это прогноз очень лёгкий, его даже национальный банк может сделать. Цена на внутреннем рынке, конечно, будет расти. Это связано с акцизами, с определённой монополизацией рынка. Тут ничего не меняется, поэтому мы можем спорить только о процентах. Рост, конечно, будет.

Ю.П.: Кратный?

К.С.: Ваш нелюбимый ЦБ довёл инфляцию до такого уровня...

Ю.П.: "Довёл" — ключевая фраза, хорошо сказано. Эльвира Сахипзадовна довела инфляцию до нуля. Это почти как отрицательный рост — не моё определение, а Минэкономразвития. Спасибо вам большое за интервью!

Источник: Царьград, 19.12.2017


Аналитическая серия «ТЭК России»:

Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2017 году и перспективы 2018 года
«Газпром» на внутреннем и внешнем рынках газа: как поделить газовый «пирог»
Положение «Газпрома» весьма противоречиво. С одной стороны, после нескольких лет сокращения добычи из-за обострения конкуренции на внутреннем рынке и негативных тенденций на рынках внешних «Газпром» вновь наращивает производство газа. И ставит рекорд за рекордом на европейском рынке, покрывая дополнительный спрос. Атаки независимых производителей, требующих реформирования отрасли или хотя бы их допуска к трубопроводному экспорту, были в очередной раз отбиты. Компания получила некоторую передышку. С другой стороны, политическое сопротивление «Газпрому» в Европе только усиливается. Разворачивается финальная схватка за позиции на европейском рынке в будущем. Оппоненты бросают все силы на то, чтобы остановить или затормозить строительство «Северного потока - 2». Да и внутренние производители газа сдаваться не намерены. Кроме того, серьезно ухудшилось финансовое положение «Газпрома».
Российский нефтегаз в 2025 году: картина будущего
Все мы хотим знать, что ждет нефтегазовую промышленность в ближайшие годы. Известны два основных подхода к будущему, в том числе и будущему нефтегазовой промышленности. Первый – попытаться понять, что же ждет отрасль впереди исходя из текущих трендов. Второй - заняться конструированием этого самого будущего. Начертать план, которому нужно следовать, чтобы избежать проблем и минимизировать риски. Новый доклад ФНЭБ позволит понять, у каких развилок стоит отрасль и по какому пути нефтегазовую промышленность пытаются провести.
Фискальные новации: от налогового маневра к новым экспериментам
Нефтехимия и газохимия: непростой путь к высоким переделам

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики