Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > Причины для беспокойства по поводу поставок туркменского газа в Китай

Причины для беспокойства по поводу поставок туркменского газа в Китай

В середине ноября Китайская национальная нефтегазовая корпорация (CNPC) объявила, что газопровод Туркменистан-Китай на сегодняшний день почти вышел на полную проектную мощность. Для Туркменистана это отличные новости. В пресс-релизе было подчеркнуто, что если мощность газопровода выйдет на 160 миллионов кубометров в день, то это будет вызвано наступлением холодов. Так или иначе, данные тенденции кажутся положительными: Туркменистан начал поставлять газ в Китайскую Народную Республику (КНР) в 2010г., к 2014-16гг. объем экспорта вырос до 28-29 миллиардов кубометров в год, в 2017 составил 31.7 миллиардов кубометров, а в первой половине 2018г. объемы увеличились еще на 18.75% по сравнению с аналогичным периодом прошлого годом, согласно данным китайской таможни.

Таким образом, Туркменистан, который поставляет в КНР 34% от общего объема всего импортируемого газа (природного и сжиженного) стал для Китая основным поставщиком «голубого топлива». В структуре энергопотребления Китая на его долю приходится  всего 7%, но, учитывая размеры экономики страны, этого достаточно, чтобы в следующем году страна стала ведущим импортером газа. Для Ашхабада такая перспектива выглядит весьма вдохновляющей. По данным статического анализа компании BP, потребление газа в Китае выросло на 15% в 2017г., что составляет 32.6% от чистого прироста потребления газа во всем мире. Однако, как ни печально для Туркменистана, будущее экспортных поставок «голубого топлива» в Китай может быть не таким радужным.

Первая причина – это то, что за последнее десятилетие Туркменистан получил Китай в качестве основного экспортного направления, но потерял Россию и Иран. На сегодняшний день Китай является единственным импортером туркменского газа. Закупочные цены, которые Пекин платил за газовые поставки, уменьшались из года в год.  «Ориентировочная цена газа, экспортируемого в Китай на границе с Туркменистаном упала с отметки $300 за тысячу кубометров в 2013-2014гг. до $215 в 2015г., а затем до $165 в 2016г. В 2017г. его стоимость выросла до $185. Кроме того, часть доходов используется для погашения кредитов, выданных китайскими банками для разработки Галкынышского газового месторождения», – сообщает эксперт Симон Пирани в своем отчете, посвященном перспективам развития южного газотранспортного коридора, опубликованном в июле прошлого года Оксфордским институтом энергетических исследований. В результате доходная часть бюджета Туркменистана, который почти на 70% формировался за счет экспортных поставок газа, резко сократилась.

Китай определенно захочет и дальше импортировать газ из Центральной Азии по нынешним закупочным ценам, но вряд ли это удовлетворит Туркменистан. В настоящее время ведется строительство четвертой ветки газопровода через Кыргызстан и Таджикистан с целью увеличения объема экспорта с 55 до 85 миллиардов кубометров в год (реализация проекта была отложена, и газопровод будет сдан в эксплуатацию лишь через четыре года). По различным прогнозам, к 2020г. потребление газа Китаем составит примерно 340 миллиардов кубометров (220 миллиардов собственного производства и 120 миллиардов придется на долю импорта) по сравнению с 240 миллиардами кубометрами в 2017г., к 2030г. планируется увеличение до 520 миллиардов кубометров, а к 2050г.  –  800 миллиардов кубометров. Газ действительно является «переходным видом энергии» для Китая, цель которого – уменьшить долю угля в структуре энергопотребления (60%) с целью снижения  выбросов углекислого газа и увеличения доли природного газа с 7 до 10% к 2020г. Согласно данным МЭА (Международного энергетического агентства), общий объем китайского импорта газа вырастет с 92 миллиардов кубометров в 2017г. до 171 миллиарда в 2023г.

Из-за двукратной разницы в стоимости, Китай вынужден больше полагаться на газ, подаваемый по трубопроводам нежели на закупки сжиженного (СПГ). Однако, из-за ограниченных мощностей газопроводов, объемы импортируемого СПГ растут. Прирост составил 46% между 2016 и 2017гг. (с  35.6 до 52.6 миллиардов кубометров). Подобный скачок наблюдался также и в этом году. В 2019г. Китай станет импортером номер 1 сжиженного природного газа, обогнав Японию. Эти цифры не должны пугать Туркмению, так как географическое положение страны и экспорт газа через газопровод сыграют в ее пользу. Однако, в нашем нестабильном мире и экономике (с непредсказуемыми ценами на нефть, от которых частично зависят и цены на газ), никто не может спрогнозировать сравнительную стоимость природного и сжиженного газа.  Тем не менее, разумно предположить, что у Туркмении на руках все козыри, чтобы остаться основным экспортером газа для Китая. Проблема, скорее всего,  заключается в конкуренции с другими экспортерами природного газа, начиная с России.

В течение долгих лет Москва не высказывала никаких возражений против туркменских проектов по экспорту газа в Китай. Наоборот, «Газпром» стремился не допустить никакой конкуренции на европейских рынках. Когда Пекин и Ашхабад занимались реализацией своих проектов, на Европу (вместе с Турцией) приходилось около одной третей экспортных объемов «Газпрома» и две трети выручки. С такой рентабельностью можно понять, почему Россия делала все возможное, чтобы лоббировать поставки туркменского газа на Восток (в Китай) и в южном направлении (проект ТАПИ – Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия). Но с наступлением украинского кризиса ситуация изменилось.

В 2014г., когда Москва вступила в глубокую конфронтацию с Западом, Россия обратилась к Китаю, чтобы продемонстрировать европейцам, что она может изменить маршрут своих газовых поставок на Восток. Таким образом, в мае 2014г. Москва и Пекин подписали 30-летний контракт на поставку 30 миллиардов кубометров российского газа в год. На первый взгляд это было похоже на блеф. Но в последующие годы сделка становилась все более актуальной для Китая, даже если было невозможно объяснить ее целесообразность для российской стороны. Так родился проект газопровода «Сила Сибири 1» мощностью 38 миллиардов кубометров в год, который планируется ввести в эксплуатацию в конце 2019г. Сложнее ситуация со второй веткой газопровода «Сила Сибири», которая будет проходить через Алтайский край и попытками Пекина  договориться, чтобы цены на газ были привязаны к ценам на нефть.

Несмотря на эти сложности, переориентация России в сторону Азии становится все более реальной, а давление на Туркменистан со стороны Москвы, пытающейся завоевать долю на китайском газовом рынке, усиливается. Близкие к российским властям эксперты все чаще пишут статьи с вескими доводами о том, почему Китаю нужно отказаться от покупки туркменского газа. После многочисленных заявлений о том, что у Туркменистана возникли проблемы с новыми месторождениями, аналитики обычно делают акцент на высоком риске дестабилизации обстановки в стране из-за угроз радикального ислама, присутствию группировок ИГИЛ в соседнем Афганистане или говорят о внутреннем сепаратизме.

Желание Кремля ограничить поставки туркменского газа на китайский рынок проясняет, почему «Газпром» предложил президенту Бердымухаммедову возобновить закупки газа с января следующего года. «Как сырье, конечно, туркменский газ России совершенно не нужен. (…) Не исключено, что «Газпром» пытается подтолкнуть Китай к тому, чтобы он все-таки заключил с нами контракт, методом ограничения возможности поставки газа из Туркменистана в Китай», – заявил ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков. Так как власти Туркменистана не смогли открыть новые экспортные направления в течение последних нескольких лет, будь то через Каспий (Запад) или юг (ТАПИ), у Ашхабада не оставалось другого выбора, как согласиться с предложением России (особенно принимая во внимание сложную финансово-экономическую ситуацию, в которой оказался Туркменистан).

В конечном итоге данное решение может быть и не таким плохим, как может показаться на первый взгляд. Источник, знакомый  с энергетическими проектами Центральной Азии, сообщил, что «Москва рассматривает варианты продажи туркменского газа напрямую европейским импортерам, таким как Германия через Украину. Г-н Путин сможет воспользоваться этим, чтобы донести до Берлина, что Россия будет и впредь поставлять газ транзитом через Украину, на чем так настаивает г-жа Меркель. Но для Путина такой вариант вполне приемлем, так как здесь не идет речь о российском газе как таковом. Это также может быть способом не увеличивать долю российского газа в европейского импорте, которая на данный момент составляет 34%. Этот момент представляется важным, так как европейцы очень чувствительны к идее зависимости от российского газа. Тем не менее, новые поставки газа будут осуществляться в Европу под контролем России.  Не совсем понятно, как это будет реализовано на практике, но идея уже витает в воздухе. Возможно, по этой причине министр иностранных дел Туркменистана недавно совершил рабочую поездку в Берлин». Это не означает, что глава внешнеполитического ведомства г-н Мередов перестанет  часто ездить в Пекин в ближайшие годы. Но там он может столкнуться г-ном Лавровым, Миллером или Путиным. 

Автор: Реджис Генте

Источник: Хроника Туркменистана, 10.12.2018


Специальный доклад:

Организация внутреннего рынка газа в России: тактика «малых дел»

Аналитическая серия «ТЭК России»:

Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2019 году и перспективы 2020 года
Традиционно мы завершаем год итоговым докладом, обобщающим основные события и тенденции прошедшего года. 2019 год четко обозначил новую роль нефтегазового комплекса в России. Теперь это не просто главный донор российского бюджета, но прежде всего основная надежда на разгон экономического роста. Государство окончательно сделало в экономической политике ставку на большие проекты в кейнсианском стиле. Идеи улучшения институтов оставлены до лучших времен - на это просто нет времени, нужен быстрый результат.
«Газпром» на фоне внешних и внутренних вызовов
2019 год оказался для «Газпрома» весьма нервным. Внутри компании впервые с 2011 года прошли масштабные кадровые перестановки, затронувшие основные направления деятельности и ставшие продолжением внутренней реструктуризации блока, ответственного за ключевые стройки и систему закупок. На внешнем контуре весь год продолжался «сериал» под названием «будущее транзита через Украину» и закончившийся подписанием контрактов буквально 31 декабря. Его сопровождали яростные битвы вокруг «Турецкого потока» и «Северного потока-2». В итоге первый будет открыт 8 января 2020 года, а второй в самом конце 2019 года попал под американские санкции – пока в нем «дырка» в 160 км по двум ниткам. Зато на восточном векторе совершен серьезный прорыв – заработал газопровод «Сила Сибири».
Фискальная политика в нефтегазовом секторе: жизнь в режиме Википедии
Налоговая система в нефтегазовом комплексе продолжает испытывать радикальные изменения. 2019 год начинался с введения нового налогового режима – налога на дополнительный доход. Этот эксперимент должен был начать перевод нефтяной индустрии на новаторский принцип налогообложения: с прибыли, а не с выручки. Казалось бы, найдена новая магистральная дорога. Однако уже в 2019 году Минфин начал откровенное наступление на НДД. Страх выпадения доходов из бюджета здесь и сейчас гораздо сильнее угрозы обвалить нефтедобычу в среднесрочной перспективе из-за нестимулирюущей инвестиции налоговой системы. Минфину гораздо симпатичнее ускорение налогового маневра, которое приносит в бюджет дополнительные деньги. Нефтегазовые компании отвечают на это частным лоббизмом – попыткой пробить для своих проектов особые условия.
Украинский газовый узел – развязка близка
Меньше месяца остается до «часа X»: в 10 утра 1 января завершают свои действия договоры на транзит газа через Украину, а также на поставку российского газа в эту страну. Российско-украинские переговоры держат в напряжении весь европейский газовый бизнес. Все ждут новой «газовой войны». Есть ли еще шанс договориться? А если нет – справится ли «Газпром» со своими обязательствами по доставке газа в Европу? Блефует ли Россия, уверяя, что новая инфраструктура и газ в подземных хранилищах позволят ей обходиться без украинского транзита уже в ближайшую зиму? И что произойдет в начале 2020 года с самой Украиной? На эти вопросы мы пытаемся ответить в нашем новом докладе.
Цифровизация и ее последствия для нефтегаза: мифы и возможная реальность

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики