Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > Российские амбиции в Арктике: вынужденная ставка на глобальное потепление

Российские амбиции в Арктике: вынужденная ставка на глобальное потепление

За последние годы стремительно вырос международный интерес к Арктическому региону.  

Важной причиной этого стали в том числе активно распространяющиеся прогнозы о нарастании тренда на глобальное потепление, что сулит значительное уменьшение площади полярного морского льда. Это открывает новые возможности для развития навигации в морях Северного Ледовитого океана, что позволит приступить к широкому освоению природных богатств Арктики.

Манящий блеск арктического Эльдорадо

К настоящему времени вокруг Арк­тического региона тесно переплелись в сложный противоречивый клубок военные, экономические, политические, экологические интересы целого ряда влиятельных государств. Особые устремления в связи с Арктикой имеются у нашей страны, и тому есть целый ряд причин.

Прежде всего, Арктический регион является настоящей кладовой полезных ископаемых, среди которых важнейшее место занимают месторождения нефти и газа. При этом Северный морской путь (СМП) должен взять на себя роль транспортного коридора для перевозки добываемых ресурсов. Согласно майскому указу Владимира Путина «О национальных целях и стратегических задачах развития РФ», к 2024 году грузопоток по СМП должен увеличиться в четыре раза, до 80 млн т в год. Это должно случиться, главным образом, за счет перевозок СПГ, нефти и конденсата. Как ожидается, около половины этого объема придется на сжиженный газ с проектов НОВОТЭКа.

Стоит упомянуть и о потенциальных выгодах России от преобразования СМП в значимую международную транзитную артерию. Напомним, что эта трасса предлагает кратчайший водный маршрут между Европой и Дальним Востоком. Однако эти перспективы имеют весьма долгосрочный и неопределенный характер. В обозримый период времени СМП не сможет стать полноценным конкурентом транспортному маршруту, проходящему через Суэцкий канал. Основной его задачей будет оставаться обеспечение добычи полезных ископаемых, прежде всего углеводородов.

Наконец, необходимо сказать, что Арктика становится для России значимым инструментом внешней политики. Российские власти будут пытаться его активно использовать для усиления экономического и политического влияния на мировой арене, а также в попытках преодолеть возникшую за последние годы напряженность в отношениях с Западом.

«Борьба за климат» как ключ к благожелательности Запада

Важную роль в развитии международного сотрудничества в Арктическом регионе приобрела проблема климатических изменений. Учитывая озабоченность западных стран этими вопросами, с российской стороны имеет место явная попытка предложить формулу по схеме «борьба за климат в обмен на смягчение санкций». Тем более что нечто подобное уже было в новейшей российской истории. Это – ратификация Россией Киотского протокола в надежде получить от стран Евросоюза поддержку при вступлении в ВТО.

Показательным стало изменение риторики российских властей по отношению к климатической проблеме. В частности, в апреле 2019 года в Санкт-Петербурге на Международном форуме «Арктика – территория диалога» Владимир Путин заявил о том, что Арктика теплеет в четыре раза быстрее, чем остальной мир, и назвал это тревожной тенденцией. Озвученные главой Российского государства темпы повышения температуры оказались в два раза выше цифр, которые назвал в своем выступлении присутствовавший на форуме президент Финляндии Саули Ниинисте. Так что президент РФ проявил даже большую обеспокоенность климатическими изменениями, нежели его финский коллега.

Правда, не стоит все это относить исключительно к хитрой дипломатической «многоходовочке», вызванной желанием понравиться своим зарубежным визави. Не исключено, что в российском руководстве во многом сами склонны верить в подобные прогнозы. «Зачистка» в РАН привела к тому, что теперь число т. н. «климатических скептиков» здесь поубавилось. К примеру, участвовавший в форуме президент РАН Александр Сергеев предупредил о скрытой в Арктике т. н. «метановой бомбе». Суть ее состоит в следующем. Огромные объемы метана, законсервированные сейчас в вечной мерзлоте, из‑за роста температуры высвободятся, и это грозит катастрофическими последствиям всей планете.

Свою приверженность «климатическому курсу» Россия продемонстрировала и чуть позже – в ходе состоявшегося в мае очередного заседания Арктического совета, куда входит семь приарктических стран и Швеция. Особенно выигрышно российская позиция смотрелась на фоне демарша США, которые еще до саммита выступили против включения в совместную декларацию упоминания об изменениях климата. Американская сторона сочла, что подписание текста с такой формулировкой можно будет трактовать в качестве обязательства по борьбе с последствиями климатических изменений в Арктическом регионе. В результате впервые за историю проведения саммитов Арктического совета итоговый документ из‑за разногласий участников так и не был принят.

Природные ресурсы как ключ к благожелательности Востока

Сейчас в геополитическую арктическую гонку вступают страны, территориально не относящиеся к Северу. И если для налаживания отношений с традиционными арк­тическими государствами Россия использует модную нынче климатическую и экологическую проблематику, то по отношению к новым игрокам применяется иной подход. Наша страна стремится стать для них проводником в этот регион и тем самым влиятельным международным модератором арктической политики. Российская сторона постоянно заявляет, что открыта для диалога по вопросам развития СМП и реализации проектов по добыче полезных ископаемых в полярной зоне.

Среди таких новых арктических игроков наиболее важными потенциальными партнерами России выступают Индия и Китай. Для Индии освоение арктической зоны вошло в число приоритетных направлений деятельности на внешней арене. Индийские амбиции в Арктике укладываются в русло той экспансионистской политики в сфере энергетики, которую стремится проводить эта страна. Индия хочет быть не просто покупателем энергоносителей, а непосредственно входить в энергопроекты, что видится залогом укрепления национальной энергобезопасности. Последний пример такого рода – возможное участие индийской стороны в проекте «Арктик СПГ-2».

Новым влиятельным арктическим игроком настойчиво стремится стать и Китай. В 2013 году КНР вместе с Индией получили статус страны-наблюдателя в Арктическом совете. Еще в 2014 году китайским руководством была озвучена цель превращения Китая из «околоарктической» страны в великую полярную державу.

Укрепление позиций КНР в Арктическом регионе является важным компонентом стратегии по укреплению морской мощи страны, что в настоящее время входит в число приоритетов Китая на международной арене. Поэтому Китай внимательно присматривается к возможностям своего участия в превращении СМП в важный международный транспортный коридор. В частности, в опубликованном Госсоветом КНР в январе 2018 года стратегическом документе под названием «Арктическая политика Китая» заявлено о намерении реализовывать проект «Полярного Шелкового пути» в рамках инициативы «Один пояс – один путь (ОПОП)».

Кроме того, арктические амбиции КНР подогреваются и перспективами освоения месторождений природных ресурсов. КНР активно участвует и в разработке месторождений углеводородов в Арктике. Так, Фонд Шелкового пути и Китайская национальная нефтегазовая корпорация (CNPC) являются акционерами «Ямал СПГ».

Вся надежда на глобальное потепление…  

Между тем, на пути арктических амбиций России оказался один весьма непростой барьер. Дело в том, что краеугольным камнем в реализации планов освоения природных ресурсов Арктики является развитие СМП. Несмотря на все прогнозы о глобальном потеплении, обеспечить круглогодичную навигацию по данному маршруту Россия пока не в состоянии.  

Имеющихся у «Росатома» четырех атомных ледоколов для этого недостаточно. Восточная часть Арктики доступна для проходов судов только несколько месяцев в году – летом и в начале осени. Как уверяли в «Росатоме», круглогодичная навигация по СМП сможет начаться лишь к 2030 году, когда будет подготовлена необходимая инфраструктура, а в строй войдет новое поколение атомных ледоколов.   

Особая роль при этом отводится сверхмощным атомным ледоколам проекта «Лидер». В «Росатоме» уверяли, что только такой ледокол способен обеспечить круглогодичную навигацию в восточном секторе СМП. Всего запланировано построить три судна подобного класса, а первый ледокол серии должен быть заложен в следующем году. Между тем, перспективы строительства нового ледокола не вполне ясны. Первоначально заявлялось, что он будет введен в строй в 2024 году, однако сейчас уже называется 2025 год.   

Естественно, что подобная ситуация не устраивает НОВОТЭК. Благодаря уже действующему проекту «Ямал СПГ» и вводу в эксплуатацию «Арктик СПГ-2» компания будет способна в скором времени производить порядка 40 млн т СПГ в год. Однако отсутствие возможностей круглогодичного вывоза сжиженного газа в восточном направлении ставит под угрозу планы компании по экспорту на рынки АТР. Причем «Арктик СПГ-2» должен быть запущен в 2022 году – то есть как минимум за три года до ввода в эксплуатацию ледокола «Лидер».   

Поэтому НОВАТЭК предлагает для организации круглогодичной навигации по СМП пока обходиться без «Лидера», а вместо этого сосредоточиться на строительстве менее мощных атомных ледоколов, а также четырех ледоколов на СПГ. Также компанией лоббировалось смягчение нормативных требований к судам ледового класса, допускаемых для прохода по СМП. 

Таким образом, вольно или невольно, но НОВАТЭК делает ставку на то, что ледовая обстановка на трассе СМП в скором времени станет менее сложной из‑за глобального потепления. Вполне возможно, что эти надежды подогреваются активно муссируемыми научными «страшилками» о нарастании скорости потепления в Арк­тике. Однако насколько подобные данные обоснованы, еще неясно. Не случайно, что глава Минприроды РФ Дмитрий Кобылкин в апреле 2019 года отвел важную роль в развитии Арктического региона науке и точности прогнозов, обратив при этом внимание на проблему недофинансирования Росгидромета. Кроме того, по словам специалистов, даже в том случае, если потепление в Арктике идет, оно лишь несколько облегчит судоходство по СМП.

Автор: Александр Перов, руководитель спецпроектов ФНЭБ

Опубликовано: Энергетика и промышленность России, 11.09.2019 


Специальный доклад:

Организация внутреннего рынка газа в России: тактика «малых дел»

Аналитическая серия «ТЭК России»:

Новая сделка ОПЕК+ и будущее нефтяного бизнеса в РФ
Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2019 году и перспективы 2020 года
Традиционно мы завершаем год итоговым докладом, обобщающим основные события и тенденции прошедшего года. 2019 год четко обозначил новую роль нефтегазового комплекса в России. Теперь это не просто главный донор российского бюджета, но прежде всего основная надежда на разгон экономического роста. Государство окончательно сделало в экономической политике ставку на большие проекты в кейнсианском стиле. Идеи улучшения институтов оставлены до лучших времен - на это просто нет времени, нужен быстрый результат.
«Газпром» на фоне внешних и внутренних вызовов
2019 год оказался для «Газпрома» весьма нервным. Внутри компании впервые с 2011 года прошли масштабные кадровые перестановки, затронувшие основные направления деятельности и ставшие продолжением внутренней реструктуризации блока, ответственного за ключевые стройки и систему закупок. На внешнем контуре весь год продолжался «сериал» под названием «будущее транзита через Украину» и закончившийся подписанием контрактов буквально 31 декабря. Его сопровождали яростные битвы вокруг «Турецкого потока» и «Северного потока-2». В итоге первый будет открыт 8 января 2020 года, а второй в самом конце 2019 года попал под американские санкции – пока в нем «дырка» в 160 км по двум ниткам. Зато на восточном векторе совершен серьезный прорыв – заработал газопровод «Сила Сибири».
Фискальная политика в нефтегазовом секторе: жизнь в режиме Википедии
Налоговая система в нефтегазовом комплексе продолжает испытывать радикальные изменения. 2019 год начинался с введения нового налогового режима – налога на дополнительный доход. Этот эксперимент должен был начать перевод нефтяной индустрии на новаторский принцип налогообложения: с прибыли, а не с выручки. Казалось бы, найдена новая магистральная дорога. Однако уже в 2019 году Минфин начал откровенное наступление на НДД. Страх выпадения доходов из бюджета здесь и сейчас гораздо сильнее угрозы обвалить нефтедобычу в среднесрочной перспективе из-за нестимулирюущей инвестиции налоговой системы. Минфину гораздо симпатичнее ускорение налогового маневра, которое приносит в бюджет дополнительные деньги. Нефтегазовые компании отвечают на это частным лоббизмом – попыткой пробить для своих проектов особые условия.
Украинский газовый узел – развязка близка
Меньше месяца остается до «часа X»: в 10 утра 1 января завершают свои действия договоры на транзит газа через Украину, а также на поставку российского газа в эту страну. Российско-украинские переговоры держат в напряжении весь европейский газовый бизнес. Все ждут новой «газовой войны». Есть ли еще шанс договориться? А если нет – справится ли «Газпром» со своими обязательствами по доставке газа в Европу? Блефует ли Россия, уверяя, что новая инфраструктура и газ в подземных хранилищах позволят ей обходиться без украинского транзита уже в ближайшую зиму? И что произойдет в начале 2020 года с самой Украиной? На эти вопросы мы пытаемся ответить в нашем новом докладе.

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики