Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > Ужесточение норм по хлору до 1 ppm может создать множество проблем нефтяным компаниям

Ужесточение норм по хлору до 1 ppm может создать множество проблем нефтяным компаниям

Игорь Юшков – ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, старший преподаватель Финансового университета при Правительстве РФ

ПАО «Транснефть» 8 сентября выпустило информационное сообщение (https://www.transneft.ru/newsPress/view/id/23511) в связи с поручением Правительства РФ представить позицию на обращение ПАО «НК «Роснефть» «О комплексных мерах по повышению контроля качества нефти в системе магистральных нефтепроводов». Позиции «Транснефти» и «Роснефти по большинству вопросов не совпадают, но схожи в некоторых пунктах.

Игорь, как Вы считаете, насколько обоснованы обвинения «Транснефти» в монополизме? Не скрывается ли за обвинениями «Роснефти» попытка разрушить монополизм «Транснефти» и разрешить добывающим компаниям самим владеть магистральными нефтепроводами? Пойдет ли это на пользу или во вред нефтяной отрасли?

Довольно странно слышать обвинения "Транснефти" в монополизме, так как компания и создавалась как естественная монополия. Государство в свое время утвердило модель нефтяной отрасли в которой транспортная инфраструктура принадлежит государству (естественная монополия, а добыча, переработка и сбыт относятся к потенциально конкурентным секторам и там может быть много компаний. Все что мешает Транснефти выполнять функции естественной монополии - будет мешать нормальному функционированию существующей модели нефтяной отрасли. Модель, где транспортная инфраструктура выделена в естественную монополию государства во-первых присутствует не только в нефтяной отрасли, а есть повсеместно в других секторах: в железнодорожной отрасли пути и вокзалы принадлежат РЖД - она естественная монополия, в электроэнергетике сети принадлежат "Россетям" и т.д. Выделение естественной монополии позволяет исключить нецелесообразную конкуренцию: прокладывать 10-20 параллельных железнодорожных путей нецелесообразно, так же как нет смысла опутывать города кучей параллельных проводов или труб с горячей водой и т.д. Более того, попытка лишить Транснефти статуса естественной монополии ведет к появлению обычной монополии, которая будет тормозить развитие всей отрасли. Т.е. одна из крупных компаний в конечном итоге заберет себе контроль над инфраструктурой и не будет допускать к ней конкурентов. Это мир проходил во времена "Стандарт ойл" и Рокфеллера.

- Насколько, по вашему мнению, необходима предлагаемая «Транснефтью» аккредитация испытательных лабораторий? Должны ли эти лаборатории подчиняться «Транснефти», или их могут организовать и содержать владельцы ПСП? Что делать, если небольшие нефтяные компании не имеют ресурсов для содержания таких лабораторий, должны ли они быть созданы на средства «Транснефти»?

Лаборатории должны подчиняться Транснефти, так как государство требует от компании гарантировать то, что истории подобные хлорорганики не должны повториться. А как Транснефть это может гарантировать, если не контролирует качество нефти на входе в трубу. Поэтому сами пункты приема и лаборатории не обязательно должны принадлежать Транснефти, но компания должна быть уверена, что те данные, которые показывают лаборатории соответствуют действительности. Если небольшие компании не могут содержать лаборатории, тогда это должна делать сама Транснефть, а компании смогут оплачивать только условия анализа. А если и такой тариф нефтяные компании оплатить не могут, то может быть создана госпрограмма поддержка малых нефтяных компаний, которая позволит субсидировать подобные траты.

- Справедливо ли утверждение «Роснефти», что внедрение операционного контроля «Транснефти» над ПСП увеличит расходы нефтедобывающих компаний? На кого следует возложить расходы на такой контроль и ответственность (и какую?) за результаты измерения?

Чтобы ответить на подобный вопрос нужно провести аудит расходов компаний в сегменте сдачи нефти в трубу. В целом возникает вопрос, если компании говорят, что контроль качества и так проводится на пунктах приема, то почему затраты должны вырасти при сохранении этого же контроля только по другим стандартам. В лабораториях же не будет меняться оборудование и увеличиваться персонал. Т.е. по сути для самих компаний ничего не поменяется. Так почему же их затраты вырастут?

- Кто, по вашему мнению, прав по вопросу ужесточения содержания хлорорганики в нефти с 6 до 1 ppm, «Транснефть» или «Роснефть», или существуют определенные положительные и отрицательные стороны у каждой позиции, учитывая, что на сегодня 25% нефтяных компаний не готовы сдавать в систему сырье качества 1 ppm?

Ужесточение норм содержание хлорорганики может создать множество проблем нефтяным компаниям, ведь они периодически сдают в нефтетранспортную систему нефть с содержанием хлорорганики выше 6 PPM. Кроме того, инцидент с хлорорганикой показал, что никаких аварий существенное превышение содержания данного компонента в нефти не вызвало ни на нефтепроводах, ни на НПЗ. Нет ни одного доказанного случая поломки оборудования на каком-либо объекте. Все НПЗ и нефтепроводы продолжают работать без ремонтов. Значит разница между 6 и 1 ppm не столь и важна.

Опубликовано: ИРТТЭК, 12.09.2019

 


Специальный доклад:

Организация внутреннего рынка газа в России: тактика «малых дел»

Аналитическая серия «ТЭК России»:

Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2019 году и перспективы 2020 года
Традиционно мы завершаем год итоговым докладом, обобщающим основные события и тенденции прошедшего года. 2019 год четко обозначил новую роль нефтегазового комплекса в России. Теперь это не просто главный донор российского бюджета, но прежде всего основная надежда на разгон экономического роста. Государство окончательно сделало в экономической политике ставку на большие проекты в кейнсианском стиле. Идеи улучшения институтов оставлены до лучших времен - на это просто нет времени, нужен быстрый результат.
«Газпром» на фоне внешних и внутренних вызовов
2019 год оказался для «Газпрома» весьма нервным. Внутри компании впервые с 2011 года прошли масштабные кадровые перестановки, затронувшие основные направления деятельности и ставшие продолжением внутренней реструктуризации блока, ответственного за ключевые стройки и систему закупок. На внешнем контуре весь год продолжался «сериал» под названием «будущее транзита через Украину» и закончившийся подписанием контрактов буквально 31 декабря. Его сопровождали яростные битвы вокруг «Турецкого потока» и «Северного потока-2». В итоге первый будет открыт 8 января 2020 года, а второй в самом конце 2019 года попал под американские санкции – пока в нем «дырка» в 160 км по двум ниткам. Зато на восточном векторе совершен серьезный прорыв – заработал газопровод «Сила Сибири».
Фискальная политика в нефтегазовом секторе: жизнь в режиме Википедии
Налоговая система в нефтегазовом комплексе продолжает испытывать радикальные изменения. 2019 год начинался с введения нового налогового режима – налога на дополнительный доход. Этот эксперимент должен был начать перевод нефтяной индустрии на новаторский принцип налогообложения: с прибыли, а не с выручки. Казалось бы, найдена новая магистральная дорога. Однако уже в 2019 году Минфин начал откровенное наступление на НДД. Страх выпадения доходов из бюджета здесь и сейчас гораздо сильнее угрозы обвалить нефтедобычу в среднесрочной перспективе из-за нестимулирюущей инвестиции налоговой системы. Минфину гораздо симпатичнее ускорение налогового маневра, которое приносит в бюджет дополнительные деньги. Нефтегазовые компании отвечают на это частным лоббизмом – попыткой пробить для своих проектов особые условия.
Украинский газовый узел – развязка близка
Меньше месяца остается до «часа X»: в 10 утра 1 января завершают свои действия договоры на транзит газа через Украину, а также на поставку российского газа в эту страну. Российско-украинские переговоры держат в напряжении весь европейский газовый бизнес. Все ждут новой «газовой войны». Есть ли еще шанс договориться? А если нет – справится ли «Газпром» со своими обязательствами по доставке газа в Европу? Блефует ли Россия, уверяя, что новая инфраструктура и газ в подземных хранилищах позволят ей обходиться без украинского транзита уже в ближайшую зиму? И что произойдет в начале 2020 года с самой Украиной? На эти вопросы мы пытаемся ответить в нашем новом докладе.
Цифровизация и ее последствия для нефтегаза: мифы и возможная реальность

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики