Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > Транснефть vs «Независимая газета»: удар по свободе слова

Транснефть vs «Независимая газета»: удар по свободе слова

Любые суждения о ситуации с «грязной нефтью» теперь под запретом

Арбитражный суд Москвы частично удовлетворил иск «Транснефти» к «Независимой газете» и директору Фонда прогрессивной политики Олегу Бондаренко. «Транснефть» потребовала опровержения сведений, изложенных в статье Бондаренко «Будем компаундировать», опубликованной в газете и посвященной инциденту с загрязнением нефти в нефтепроводе «Дружба» в апреле 2019 года.

Миллион за факты

По мнению автора статьи, «Транснефть» скрывает от общественности истинные причины масштабного загрязнения экспортного нефтепровода. Ответ на вопрос, что же стало причиной - повис в воздухе. Впрочем, автор статьи предположил, что «Транснефть» могла получать неучтенные доходы от смешивания товарной нефти с хлорорганикой.

«Компаундирование является источником никому неподконтрольной прибыли «Транснефти», - писал Бондаренко. - Практика состоит в том, что стандартная российская нефть, добываемая компаниями-отправителями, изымается из трубы и перекидывается на бесконечное множество минизаводов, которые прилепились к трубопроводу «Транснефти». Там из нее извлекаются лёгкие фракции, а в трубу закачивается грязное сырьё, разбавленное растворителями, отходы низкотехнологичной перегонки и непереработанные остатки химического производства. Отсюда - обнаруженный в Польше и Белоруссии хлороформ и прочие ингредиенты нефтехимии, которых ни при каких обстоятельствах не может быть в добычной нефти. Вот что такое компаундирование в терминологии «Транснефти». Это слово объясняет, что происходит и будет происходить с «грязной» нефтью. Сама ситуация с «Дружбой» - прямой результат компаундирования. При этом публично объявляется, что единственным средством устранения результатов компаундирования является, представьте себе, компаундирование. Мастерство «Транснефти» в том, что, попав в скандальную ситуацию, она технично и последовательно превращает её в источник извлечения дополнительной выгоды для себя», – говорилось в публикации, которая стала предметом рассмотрения в суде.

Как отмечал президент России, апрельская катастрофа на трубопроводе «Дружба» привела к значительному ущербу репутации России как надежного поставщика энергоресурсов. Полное восстановление работы всех трех нитей нефтепровода все время откладывалось, хотя вначале трубопроводная монополия обещала решить вопрос за неделю. В Германии и Польше по-прежнему находятся огромные объемы заражённой нефти и никто пока так и не дал ответа, откуда она появилась в системе магистральных трубопроводов.

После заявлений о возможных причинах загрязнения нефти и проведения следственных действий в отношении сотрудников «Транснефти» и небольшого самарского нефтетерминала, ряд экспертов высказали сомнения в обоснованности официальной версии, озвученной нефтетранспортной монополией. Гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов, например, сразу же предположил, что «Транснефть» просто нашла «стрелочника», тогда как она сама должна отвечать за качество передаваемого сырья как оператор системы.

Отметим, что оспариваемая в суде публикация Бондаренко касалась причин и последствий апрельского инцидента, и представляла собой, в том числе, обзор прессы (статьи Deutsche Welle) и была направлена на привлечение внимания к общественно важному вопросу.

Удар по имиджу России

Однако «Транснефть» настаивала в суде, что публикация является недостоверной и существенно подрывает деловую репутацию компании. Хотя совершенно очевидно, и это признают эксперты Российской ассоциации по связям с общественностью, что удар по репутации «Транснефти» был нанесён отнюдь не публикацией Бондаренко, а самим инцидентом. Начиная с апреля, когда появилась первая информация о «загрязнении» трубы в СМИ вышло более семи тысяч публикаций, представляющих деятельность «Транснефти» в негативном ключе. Учитывая объем негатива,появившегося в СМИ задолго до публикации статьи Бондаренко, неприемлемым является оценка репутационного вреда, нанесенного именно ей.

Ответчики представили суду свои возражения, подкрепленные заключениями ведущих лингвистов М. Осадчего и М. Крангауза.

Лингвисты отмечают, что в публикации Бондаренко термин «компаундирование» использован в том же смысле, в котором его использовал президент «Транснефти» Николай Токарев. «Транснефть» указывает в иске, что компаундирование – это процесс смешения нефти различного качества, и делает утверждение, что компаундирование направлено на повышение качества нефти. Между тем, Токарев на встрече с Путиным сообщил, что «Транснефть» планирует компаундировать грязную нефть с кондиционной. В материале Бондаренко «Будем компаундировать» термин «компаундирование» используется в том же значении, что он был употреблён президентом компании-истца, и поэтому не может быть признан недостоверным, – отмечают знакомые с ситуацией юристы

«Транснефть» не сообщала всей информации об инциденте и постоянно переносила ожидаемые сроки восстановления работы нефтепровода «Дружба». Компания сначала заявляла о ликвидации инцидента к 22-23 апреля, потом – к концу апреля, далее стала сообщать, что на очистку трубопровода понадобится 6-8 месяцев. Следовательно, суждение о том, что «Транснефть» замалчивает некоторые факты, соответствует действительности, так как компания сообщала информацию о сроках восстановления трубопровода «Дружба», вводящую общественность в заблуждение и не объясняла причин произошедшего, на что летом обратил внимание президент ИМЭМО РАН академик Александр Дынкин.

По мнению ответчиков, указание в иске на то, что мини-НПЗ (мини-нефтеперерабатывающих заводов) не существуют, вызывает сомнения. Многократно в пресс-релизах «Транснефть» признавала, что мини-НПЗ существуют и являются серьезной проблемой, поскольку в результате их работы снижается качество нефти. В публикации Бондаренко указывается на то, что вследствие функционирования мини-НПЗ качество нефти снижается, то есть публикация Бондаренко полностью соответствует тому, что «Транснефть» сообщала в пресс-релизах.

Журналисты неоднократно писали о случаях вброса различных веществ в нефтепровод «Дружба». Во множестве публикаций указывается, что случаи вброса посторонних жидкостей в трубопровод случаются с определенной степенью регулярности. Так, в материале, опубликованном в «Самарском обозрении», и основанном на данных следствия, рассказывается о том, что компаундирование, действительно, является отдельным видом бизнеса: за временное отключение приборов учета сотрудники «Транснефти» просили от 100 до 200 тысяч рублей и регулярно пропускали в «Дружбу» нефть, разбавленную водой.

Следовательно, суждение «Транснефти» о том, что она не может вбрасывать в трубу посторонние жидкости (в том числе отходы), не соответствует действительности. К тому же, по мнению ответчиков, возможность сброса отходов в трубу «Дружба» без участия сотрудников «Транснефти» сомнительна. По условиям договора, опубликованного на сайте истца, «Транснефть» обязуется проверять качество сдаваемой нефти и не вправе принимать некачественную нефть. В прессе также высказывается мнение о том, что какие-либо манипуляции с нефтью в нефтепроводе (врезки в нефтепровод или загрузка в нефтепровод некачественного сырья или отходов) невозможны без участия сотрудников «Транснефти». В связи с апрельским инцидентом на нефтепроводе «Дружба» подозреваемыми являются четверо сотрудников «Транснефти». Таким образом, суждения «Транснефти» о том, что она не имеет отношения к загрязнению нефти, также не соответствуют действительности.

Эксперты обращают внимание, что проблема «грязной нефти» ещё очень далека от своего разрешения.

Запад считает, что ущерб занижен

Как пишет ведущее немецкое бизнес-издание Frankfurter Allgemeine Zeitung, «речь идет о двух моментах: как избавиться от нефти, которая сейчас находится в хранилищах и кто за это заплатит? По оценкам газеты, в Германии сейчас хранится более 200 000 тонн «грязной нефти». Переработка этой нефти будет возможна, по мнению экспертов, только после очень сильного разбавления. «Транспортировка загрязненной нефти обратно в Россию, вероятно обойдется дорого, - пишет FAZ, - возможно, придется использовать железнодорожный транспорт, и возникнет вопрос о трубопроводе из Шведта в Росток, с которого нефть может быть загружена на танкеры - за которые операторы немецких НПЗ не хотят платить. Есть только одно приемлемое решение - это экспорт нефти и ее замена на незагрязненную нефть за счет «Транснефти».

Кроме того, - продолжает издание, - стоит вопрос о компенсации расходов и упущенной прибыли, образовавшихся в результате двухмесячного перерыва в поставках. По имеющимся данным, они могут составить, если производить расчет на основе рыночных цен, 60 евро за баррель нефти (159 литров). Это – трехзначные миллионные суммы. Однако «Транснефть» предложила всего 15 евро за баррель».

Срочный суд

Вернёмся к судебному заседанию. Со слов представителя Бондаренко, подзащитный получил большую часть документов от истца уже накануне этого заседания и ознакомиться с ними не было никакой возможности.

Казалось бы, в такой ситуации невозможно рассмотрение дела и слушание по нему необходимо отложить. Однако суд даже с учетом таких обстоятельств посчитал возможным его рассмотрение.

Решение судьи вызвало вопросы и у ответчиков, которые посчитали нарушенными свои конституционные гарантии о праве на получение материалов заблаговременно для обеспечения полноценной судебной защиты.

По сути, решение по делу было принято за один день без рассмотрения позиции ответчика, который пытался подать несколько ходатайств в ходе процесса, однако каждое из них было отклонено судом.

Любопытно, что первое слушание по делу было назначено на 1 октября 2019 года, как видно из карточки дела. Однако заявитель обратился к председателю суда с просьбой об ускорении рассмотрения дела. В этой просьбе было отказано, но дата и время заседания изменились: появилось указание председателя, что правильно читать его определение с датой слушания 3 сентября 2019 года.

«В ходе рассмотрения дела «Транснефть» отказывалась отвечать на неудобные вопросы, - утверждают представители «Независимой газеты» и Олега Бондаренко, - решительно возражала против истребования материалов о причинах и последствиях инцидента на «Дружбе», что, как представляется, свидетельствует о закрытости информационной политики истца»

«Решение суда мы полагаем поспешным и незаконным, - продолжают юристы ответчика. - В деле содержится 8 лингвистических заключений – сложных научных текстов, подготовленных кандидатами и докторами наук, общим объемом примерно 200 листов. Суд смог в одно заседание не только «изучить» эти лингвистические заключения, но и оценить содержащиеся в деле доказательства наличия и размера «репутационного вреда». Мы полагаем, что такое решение посягает на свободу СМИ и, по существу, формирует правило о запрете рассуждений на общественно важные темы: теперь, получается, любое мнение, предположение или оценочное суждение о «Транснефти» может быть, совершенно неожиданно для журналиста, признано порочащими сведениями. Разумеется, мы будем обжаловать решение и надеемся на своевременное исправление судебной ошибки».

Поведение «Транснефти» в суде, по мнению опрошенных РАПСИ экспертов, свидетелей и участников процесса, может служить свидетельством того, что компания пытается снять с себя ответственность за апрельский инцидент на нефтепроводе «Дружба». Несмотря на заверения ее президента о том, что «Транснефть» не снимает с себя ответственности, сделанное в ходе беседы с Владимиром Путиным, процессуальное поведение истца демонстрирует обратное.

Между тем, вопрос о причинах загрязнения в настоящее время является предметом предварительного следствия, в рамках которого подозреваемыми являются четверо сотрудников «Транснефти». До завершения предварительного расследования делать вывод о том, чьи действия – «Транснефти» в лице ее сотрудников или других лиц – стали причиной инцидента, преждевременно.

Однако «Транснефть» до завершения предварительного расследования вынесла вопрос о причинах инцидента на обсуждение арбитражного суда в порядке гражданского судопроизводства с целью использования выводов суда в других делах, рассматриваемых в различных видах судопроизводства.

Неужели «Транснефть» пытается предстать стороной, от которой не зависит утрата качества товара?

«Нельзя рассматривать два этих дела – следствие о причинах загрязнения трубопровода «Дружба» и иск в отношении статьи Бондаренко – в разрыве друг от друга. Непонятно, как суд в этом случае может принимать решение в пользу «Транснефти», - отмечают представители «Независимой газеты» и Бондаренко. - Принимая во внимание абсолютную незаконность судебного акта, мы будем подавать аппеляцию».

Куда завела «Дружба»

Широкая общественность узнала о поставках из России загрязненной нефти по нефтепроводу «Дружба» 19 апреля 2019 года. Тогда «Белнефтехим», который оперирует Мозырским НПЗ в Белоруссии, заявил о резком росте содержания хлорорганики в нефти.

На тот момент в «Транснефти» лишь кратко подтвердили наличие проблемы и не упомянули о том, какие серьезные последствия может эта ситуация повлечь как для европейских потребителей углеводородов, так и для российских компаний, которые сдают добытую нефть по системе магистральных нефтепроводов. У СМИ, экспертного сообщества и просто следящих за ситуацией людей сложилось впечатление, что «Транснефть» стремилась не привлекать внимание к этой проблеме настолько, насколько это возможно.

Во всем мире российская система транспорта нефти считалась абсолютно надежной. Сам нефтепровод «Дружба» работал без перебоев 55 лет, даже во время Пражской весны 1968 года и распада СССР в 1991 году. В том числе и поэтому ситуация, возникшая в апреле 2019 года, стала нонсенсом.

«Транснефть» не объяснила, каким образом значительный объем нефти оказался загрязнен хлорорганическим соединением и этот факт не был своевременно выявлен специалистами нефтетранспортной монополии. Ввиду недостатка официальных комментариев журналисты были вынуждены восполнять пробелы, опрашивая экспертов и сотрудников отрасли. По этим данным журналисты и все информационное общество было вынуждено делать свои выводы о причинах кризиса.

Отсутствие каких-либо пояснений от монополиста закономерно создало впечатление о сознательном замалчивании фактов.

Как свалить вину на подрядчика

Самарский терминал «Нефтеперевалка» не обладал собственной лабораторией, в которой можно было бы отследить содержание хлорорганики в сырье. В связи с этим «Нефтеперевалка» 17 августа 2018 года заключила договор на лабораторный контроль с «Транснефть-Дружба». Согласно документу, стоимость слуг составляла 920 тыс. рублей в месяц. При этом глава «Транснефти» Николай Токарев в разговоре с президентом России Владимиром Путиным заявлял о том, что «Транснефть» никак не контролирует качество нефти на узлах – пунктах приема нефти. По словам Токарева, нефтяные компании обязаны сами осуществлять подготовку нефти к сдаче в магистральный нефтепровод. Президент в свою очередь указал на недостатки в работе компании по проверке качества поступающей в трубопроводную систему нефти и отметил, что страна из-за произошедшего получила серьезный экономический и имиджевый ущерб.

Опираясь на известные факты, ряд экспертов посчитал, что «Транснефть» знала о содержании хлорорганики в сырье задолго до заявления белорусской стороны. Показательно, что именно по этой причине еще 2 апреля нефть, идущая по низкосернистому трубопроводу на Волгоградский НПЗ, была остановлена.

Известно, что в деле о загрязнении нефти в экспортном трубопроводе «Дружба» фигурантами выступают четыре сотрудника 100-процентной «дочки» «Транснефти». Аналитики и журналисты экономических изданий провели расчеты и показали, что загрязнить такой объем нефти физически невозможно только через узел, принадлежащий «Нефтеперевалке».

Для накопления в резервуарах «Лопатино» и прокачки 5 млн. тонн нефти при ежедневной поставке «Нефтеперевалкой» через этот узел 2800 тонн в сутки, понадобилось бы 1785 суток или 5 лет.

Также любопытен факт, что ее собственник неожиданной сменился, причем произошло это прямо в следственном изоляторе. Это заставляет задуматься, что ответственные за загрязнения лица попросту заметают следы. «Нефтеперевалка» была главным вещдоком для следствия. С приходом новых владельцев этот фундамент для обвинения фактически развалился.

«Транснефть» упорствует?

В начале августа «Транснефть» публично заявила на совещаниях в Минэнерго России о намерении поставлять на НПЗ Центрального региона и в порт Приморск нефть с содержанием до 6 ppm. Сырье с такими характеристиками не пройдет в европейские НПЗ, что приведет к очередному удару по репутации России. То есть компания-монополист признала, что смешивание грязной нефти с качественной будет продолжено. Это подтвердили источники в отрасли: таким образом решается проблема «грязной нефти». При этом все издержки перекладываются на плечи грузоотправителей и грузополучателей.

Несмотря на сложившуюся ситуацию, глава «Транснефти» обратился к правительству с предложением передать нефтетранспортной монополии все приемо-сдаточные пункты нефти для осуществления контроля за ее качеством. При этом известно, что на всех без исключения пунктах приема и так присутствуют представители компании, которые должны подписывать акт приема-сдачи. Выходит, «Транснефть» стремится монополизировать контроль качества продукции и закрыть к этой функции доступ независимым оценщикам и другим компаниям.

В СМИ писали, что по словам компаний-отправителей, они отдают в «Транснефть» сырье одного качества, а к покупателю она приходит совсем другого. «Это в порядке вещей, но иногда качество нефти падает сильнее, чем оговорено в договоре. Естественно, потребитель выставляет нам претензии, которые переложить на оператора не всегда возможно», – отметили в отрасли.

Сейчас судьба загрязненной нефти остается нерешенной, а претензии пострадавших от скандала грузоотправителей и их контрагентов не урегулированы. Самое главное, что проблема гарантии качества так и не решена.

Автор: Андрей Гусий

Источник: ФедералПресс, 04.11.2019


Специальный доклад:

Организация внутреннего рынка газа в России: тактика «малых дел»

Аналитическая серия «ТЭК России»:

Цифровизация и ее последствия для нефтегаза: мифы и возможная реальность
Сервис и нефтегазовое машиностроение: надежен ли отраслевой фундамент?
Состояние сервисных компаний вызывает в отрасли особую озабоченность. От них зависит довольно большой пласт работы, и в этом плане не будет преувеличением их сравнение с фундаментом нефтегазового здания. Вопрос в том, насколько он надежен сегодня. И дело не только в западных санкциях и зависимости от иностранных технологий – хотя эта тема тоже нуждается в отдельном осмыслении. Главная интрига – это все же магистральный путь развития российского сервиса.
Санкции в отношении российского нефтегаза: давление продолжается
Арктика – советская гигантомания или прорывной проект?
Арктика на глазах обретает черты даже не просто крупного проекта, а чуть ли не национальной идеи. Страна стремительно возвращается к освоению Арктики советского масштаба. Впору говорить о настоящей «арктической мании». Она очень логично вписывается в экономическую политику правительства, все более явно делающего ставку на большие промышленные проекты. Поэтому Арктика становится едва ли не основным в списке промышленных приоритетов исполнительной власти. И реализовывать его предлагается по принципу «за ценой не постоим».
Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2018 году и перспективы 2019 года

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики