Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > Налог на вредность: Европа может снизить привлекательность товаров из РФ

Налог на вредность: Европа может снизить привлекательность товаров из РФ

Поводом стала забота об экологии

Новые экологические инициативы Евросоюза грозят большими потерями российским компаниям-экспортёрам. Они могут суммарно не досчитаться $4,8 млрд в случае введения в ЕС углеродного налога на импорт, говорится в исследовании BCG. Новые выплаты снизят получаемую прибыль, а также могут лишить российских поставщиков части европейского рынка. Эксперты отмечают, что экологический налог грозит потерями не только компаниям, но и российскому бюджету, а также простым потребителям, если экспортёры захотят переложить на них дополнительные издержки.

Евросоюз изучает возможность введения углеродного сбора на импорт товаров. Это означает, что экспортёрам при поставке своей продукции в ЕС придётся дополнительно платить за углеродный след (выбросы парниковых газов), который оставляет их производство.

В первых рядах тех, кому придётся это делать, могут оказаться российские компании, следует из исследования The Boston Consulting Group. Во-первых, Европа — важнейший рынок сбыта для нашей страны, у которой 42% всего экспорта приходится на страны ЕС. Кроме того, Россия занимает второе место после Китая по объёму углеродоёмкого экспорта в ЕС: около 150–200 млн т ежегодно по всем товарам и услугам, согласно данным ОЭСР.

Если не учитывать часть товаров и услуг, которые пока не включены в ETS ЕС (Emission trading scheme — cхема торговли квотами на эмиссии парниковых газов), то облагаемая новым сбором база составит около 100–160 млн т. Для экспортёров из России это означает дополнительные выплаты порядка $3–4,8 млрд в год, посчитали аналитики. Они исходили из того, что величина сбора может составить $30 за тонну выбросов углекислого газа.

Основные потери понесёт нефтегазовая промышленность — $1,4–2,5 млрд. Металлургические и горнодобывающие компании рискуют заплатить $0,4–0,6 млрд, на третьем месте — производство удобрений, целлюлозно-бумажная и стекольная промышленность.

"Первое место нефтяников вполне понятно. У них есть попутный нефтяной газ, который до сих пор сжигается. Плюс добывающие компании ещё занимаются производством топлива, так что выбросы действительно есть", - Сергей Пикин, директор Фонда энергетического развития

По словам эксперта, для России углеродный налог невыгоден. Европа борется за чистоту воздуха, а мы за то, чтобы продать больше продукции, пояснил специалист.

Другое исследование консалтинговой компании KPMG показало, что в случае введения ЕС углеродного налога российские экспортёры могут заплатить от €6 млрд до €50,6 млрд до 2030 года. Максимальные выплаты предполагает негативный сценарий, при котором налог введут уже в 2022 году и будут взимать как с прямых, так и с косвенных выбросов.

Размер углеродного налога пока не утверждён, но в любом случае речь будет идти о миллиардах долларов дополнительных выплат для России, считает ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности, преподаватель Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. По его словам, введение углеродного налога — попытка Европы повысить конкурентоспособность своих товаров в ущерб зарубежным производителям.

"С самого начала климатическая риторика была лишь ширмой для передела всего мирового рынка. Дело в том, что европейская продукция становилась всё менее конкурентоспособной, в том числе в силу высоких экологических стандартов. Дело в том, что альтернативная энергетика, «зелёные» технологии, сокращение выбросов загрязняющих веществ — всё это входит в конечную стоимость товаров. Поэтому и появилась идея использовать фактор глобального потепления, чтобы исправить ситуацию", - Игорь Юшков, аналитик Фонда национальной энергобезопасности

По словам эксперта, новая экологическая инициатива ЕС бьёт в первую очередь по интересам России и Китая — стран, имеющих существенную долю углеводородов в своём энергобалансе.

"Углеродный налог ухудшает конкурентные возможности России. Для нас дешёвая энергетика — это конкурентное преимущество, возможность производить товары с низкой себестоимостью. А нам предлагают сделать её обременением, чтобы это стало нашей проблемой, а не выгодой. То же самое касается и Китая", — отметил эксперт.

В результате многие российские товары будут облагаться углеродным налогом, не только природный газ и нефть. Ведь многое производится за счёт электричества, полученного на тех же газовых электростанциях, пояснил экономист.

Дорогие товары

Для российских компаний углеродный налог означает, в первую очередь, снижение доходов. Кроме того, в некоторых отраслях они могут потерять долю рынка в ЕС из-за более высокой углеродной интенсивности по сравнению с другими странами, считают авторы исследования. Например, для производителей азотных удобрений углеродный сбор может стать заградительно высоким, достигая 40–65% текущей экспортной стоимости продукции.

Возможность уступки части европейского рынка в некоторых областях действительно существует, отмечает Игорь Юшков. Либо поставщикам придётся снижать стоимость своих товаров на сумму налога.

При этом проблемы компаний-экспортёров могут затронуть и другие интересы страны, считает эксперт. Возможно, государству придётся давать внутренние налоговые послабления российским предприятиям, чтобы они удержались на европейском рынке. Тогда в бюджет будет поступать меньше денег от этой отрасли. Это негативно и для простых людей, особенно тех, чьё благосостояние зависит от бюджета, отметил экономист.

Введение углеродного сбора неизбежно повлечёт за собой повышение стоимости российских товаров в целом ряде отраслей, что рискует обострить конкурентную борьбу для российских игроков в ЕС, особенно в энергетическом и металлургическом секторах, отмечается в исследовании BCG.

Повышение цен может коснутся не только европейцев, но и россиян, полагают эксперты. Экспортёры попытаются переложить дополнительные издержки на потребителей внутреннего рынка, например, через те же цены на бензин, отмечает Сергей Пикин.

"Те, кто работает на международных рынках, где высокая конкуренция, не смогут переложить дополнительные расходы на потребителей, а на внутреннем рынке попробуют. Поэтому возможно повышение цен на отдельные товары", — предупредил эксперт.

Нефтяная конкуренция

Для российских нефтяников введение углеродного сбора означает обострение и без того непростой конкурентной борьбы за европейский рынок. Основная угроза здесь может исходить от Саудовской Аравии, добыча нефти которой имеет меньший углеродный след. Так, в случае появления нового сбора себестоимость добычи нефти в королевстве вырастет на $1 за баррель, а в России — на $2.

При ценах выше $40 за баррель преимущество в $1 не столь значимо, чтобы уступить европейский рынок саудитам, считает Сергей Пикин. Он напоминает, что весной, когда Саудовская Аравия пыталась конкурировать за потребителей в Европе, она делала скидки для рынка Европы на $7.

За введение углеродного сбора, скорее, придётся платить европейским потребителям, чем российским нефтяникам, считает старший аналитик БКС Виталий Громадин.

"Инфраструктура в Европе — НПЗ (нефтеперерабатывающие заводы. — NEWS.ru) и система трубопроводов — настроена в расчёте на экспортные объёмы из России. Российская марка Urals обладает физическими свойствами, которые могут быть более предпочтительны для НПЗ, чем возможная разница в $1 с саудовской нефтью в случае введения сборов. А от российского природного газа у ряда стран просто нет возможности отказаться", - Виталий Громадин, старший аналитик БКС

Игорь Юшков полагает, что для снижения негативных последствий от введения нового экологического сбора России нужно предложить свою национальную методику подсчёта выбросов углекислого газа. Она могла бы сократить учитываемый размер выбросов в той же газовой промышленности, подытожил эксперт.

Источник: NEWS.Ru, 28.07.2020


Специальный доклад:

Организация внутреннего рынка газа в России: тактика «малых дел»

Аналитическая серия «ТЭК России»:

Новая сделка ОПЕК+ и будущее нефтяного бизнеса в РФ
Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2019 году и перспективы 2020 года
Традиционно мы завершаем год итоговым докладом, обобщающим основные события и тенденции прошедшего года. 2019 год четко обозначил новую роль нефтегазового комплекса в России. Теперь это не просто главный донор российского бюджета, но прежде всего основная надежда на разгон экономического роста. Государство окончательно сделало в экономической политике ставку на большие проекты в кейнсианском стиле. Идеи улучшения институтов оставлены до лучших времен - на это просто нет времени, нужен быстрый результат.
«Газпром» на фоне внешних и внутренних вызовов
2019 год оказался для «Газпрома» весьма нервным. Внутри компании впервые с 2011 года прошли масштабные кадровые перестановки, затронувшие основные направления деятельности и ставшие продолжением внутренней реструктуризации блока, ответственного за ключевые стройки и систему закупок. На внешнем контуре весь год продолжался «сериал» под названием «будущее транзита через Украину» и закончившийся подписанием контрактов буквально 31 декабря. Его сопровождали яростные битвы вокруг «Турецкого потока» и «Северного потока-2». В итоге первый будет открыт 8 января 2020 года, а второй в самом конце 2019 года попал под американские санкции – пока в нем «дырка» в 160 км по двум ниткам. Зато на восточном векторе совершен серьезный прорыв – заработал газопровод «Сила Сибири».
Фискальная политика в нефтегазовом секторе: жизнь в режиме Википедии
Налоговая система в нефтегазовом комплексе продолжает испытывать радикальные изменения. 2019 год начинался с введения нового налогового режима – налога на дополнительный доход. Этот эксперимент должен был начать перевод нефтяной индустрии на новаторский принцип налогообложения: с прибыли, а не с выручки. Казалось бы, найдена новая магистральная дорога. Однако уже в 2019 году Минфин начал откровенное наступление на НДД. Страх выпадения доходов из бюджета здесь и сейчас гораздо сильнее угрозы обвалить нефтедобычу в среднесрочной перспективе из-за нестимулирюущей инвестиции налоговой системы. Минфину гораздо симпатичнее ускорение налогового маневра, которое приносит в бюджет дополнительные деньги. Нефтегазовые компании отвечают на это частным лоббизмом – попыткой пробить для своих проектов особые условия.
Украинский газовый узел – развязка близка
Меньше месяца остается до «часа X»: в 10 утра 1 января завершают свои действия договоры на транзит газа через Украину, а также на поставку российского газа в эту страну. Российско-украинские переговоры держат в напряжении весь европейский газовый бизнес. Все ждут новой «газовой войны». Есть ли еще шанс договориться? А если нет – справится ли «Газпром» со своими обязательствами по доставке газа в Европу? Блефует ли Россия, уверяя, что новая инфраструктура и газ в подземных хранилищах позволят ей обходиться без украинского транзита уже в ближайшую зиму? И что произойдет в начале 2020 года с самой Украиной? На эти вопросы мы пытаемся ответить в нашем новом докладе.

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики