Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > Россия — враг, но за транзит пусть платит

Россия — враг, но за транзит пусть платит

В Киеве обиделись, что «Газпром» не спешит резервировать ржавую украинскую трубу еще на 15 лет

В то время как коллективный Запад на все голоса истерит по поводу скорого «вторжения» России на Украину, саму Украину, оказывается, больше волнует ее транзитное будущее. А именно, что действующий сейчас договор Москве после 2024 года продлевать будет незачем.

Никак иначе не объяснить жалобу главы «Нафтогаза» Юрия Витренко, что нет «даже намека» от России на переговоры о продлении транзита газа, которую он высказал в беседе агентству Reuters.

По его словам, Украина обсуждает этот вопрос с США и Германией, которые хотят, чтобы транзит сохранился. Но русские якобы обсуждать ничего не желают.

Витренко настаивает, что отсутствие договора на транзит через Украину позволит России усилить контроль над поставками газа в Европу — ведь «Северных потоков» будет уже два. А это, сделает ЕС «более уязвимым для политически мотивированных перебоев в поставках и скачков цен». 

Напомним, по условиям пятилетнего соглашения между Россией и Украиной, подписанного в декабре 2019 года, «Газпром» должен прокачать через украинскую трубу как минимум 225 млрд. кубометров голубого топлива. В текущем году и оставшихся до истечения контракта — по 40 млрд. кубов.

При этом глава «Газпрома» Алексей Миллер ранее заявлял, что компания готова транспортировать газ через Украину даже после 2024 года. Зависеть это будет от экономической целесообразности и состояния украинской газотранспортной системы (ГТС).

Но в модернизацию изрядно поизносившейся за десятилетия эксплуатации трубы Киев вкладываться явно не собирается. Да и денег таких, в общем-то, у Украины просто нет. Видимо, поэтому там заранее требуют гарантий, что транзит сохранится. И требуют продления контракта с Россией еще на пятнадцать лет.

Тут, конечно, их можно понять. Ведь российский газ хоть и самый «грязный», по выражению президента Зеленского, и «молекул свободы» в нем нет, в отличие от американского газа, он в бюджет Украины приносит миллиарды долларов. По данным специалистов МВФ, на протяжении последних пяти лет Киев зарабатывал на газовом транзите более 2,5 млрд. долларов ежегодно. Но после запуска «Северного потока — 2» эти доходы, как заявили в фонде, могут сократиться более чем на миллиард в год.

Так что, когда тот же Витренко кричит об опасности нового российского газопровода для Европы, он, мягко говоря, лукавит. Не безопасность европейцев его заботит, а собственное финансовое благополучие. Ну и в какой-то степени, возможно, будущее Украины, которая без газового транзита может потерять немалую часть валютных поступлений.

Вопрос только в том, почему за гарантиями представители Украины идут не к хозяйке газа — России, а к американцам и немцам, да еще возмущаются, что мы не торопимся предлагать свои услуги?

Прокомментировать ситуацию «СП» попросила ведущего эксперта Фонда национальной энергетической безопасности, преподавателя Финансового университета при правительстве РФ Станислава Митраховича:

— Раз нынешний контракт действует до конца 2024 года, то вообще непонятно, с какой стати нам нужно торопиться. У нас разве есть такая обязанность? Нет. В транзитном договоре такие вещи не прописаны. Международных соглашений, которые бы обязывали Россию это делать, тоже нет.

Есть декларация Байдена и Меркель, в которой как бы подразумевается, что Штаты и Германия будут подталкивать Россию к новому контракту с Украиной. Но это тоже к делу не пришьешь, тем более, мы её не подписывали.

Или нам будут угрожать, что не сертифицируют «Северный поток- 2», если мы не подпишем новый контракт? Но это несерьезный разговор совершенно.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что Россия не торопится вести переговоры.

Можно вспомнить, что и действующий контракт был подписан 30 декабря 2019, когда около полутора суток до нового года оставалось.

«СП»: — И как раз Украина, если не ошибаюсь, не спешила тогда его подписывать?

— У нас есть традиция, что мы долгое время согласовываем. Украина там свои пыталась выторговать условия, Россия — свои. Это нормально.

Можно вспомнить контракт, который действовал до этого одиннадцать лет. Он вообще был подписан по итогам прерывания транзита: Путин и Тимошенко его создали, а подписали менеджеры «Газпрома» и «Нафтогаза». А до этого несколько лет подряд контакты под звон курантов фактически подписывались. Ну и что? С какой стати мы должны заранее это делать.

Если Украина хочет, чтобы Россия прощупывала варианты нового контракта, который будет действовать взамен истекающего, путь предложит какие-то уступки со своей стороны. Например, она может сказать, что готова предложить условия, которые лучше, чем условия транзита через Польшу по газопроводу «Ямал — Европа».

Сейчас газопровод «Ямал — Европа» позволяет качать газ дешевле, чем через Украину. Пусть Киев предложит скидку существенную, которая сразу выбьет, допустим, Польшу из конкурентов. По крайней мере, это будет начало каких-то переговоров.

Пока Украина сама ничего не предлагает, с какой стати мы что-то должны с ней обсуждать? Есть контракт. Зачем нам торопиться и брать на себя обязательства, которые будут действовать через три с половиной года.

А какой тогда будет рынок европейского газа? Какой будет спрос на этот газ, и какие цены? Что будет с зеленым энергопереходом, что будут делать с возобновляемыми источниками энергии? С углем что будет и с атомом? Какой, в конце концов, международный контекст будет?

То есть, я вообще не понимаю, почему мы должны в 2021 году начать с Витренко переговоры относительно контракта, который будет действовать с 2025 года. Если он будет, конечно.

«СП»: — Тем не менее, эти вопросы Киев обсуждает не с Россией, хотя транспортировать собирается российский газ, а с Вашингтоном и Берлином. При этом немцы, казалось бы, должны быть кровно заинтересованы в том, чтобы украинский транзит сошел на «нет», ведь с запуском «СП-2» Германия становится главным экспортным газовым хабом Европы. Почему тогда Меркель какие-то гарантии дает Украине?

— Конечно, если газ будет поставлять Россия, то без обсуждения с ней это все не решается. Но Киев, скажем так, пытается искать кошелек не там, где потерял, а там, где лампочка светит. То есть, где ему удобно.

Мы же знаем, что есть инерция поддержки Украины со стороны ряда западных столиц, в том числе и Германии. Но Меркель уходит, а новый канцлер далек от истории с Майданом, и неизвестно пока, как еще Украину будет новое немецкое правительство поддерживать. Да, там есть зеленые, которые — за Украину. Но, с другой стороны, им придется учитывать общий настрой.

Так что, есть инерция поддержки Украины. Она и проявляется в ряде подписанных там документов. Но они абстрактные.

Подписать документ о том, что эти страны будут уговаривать Россию — не то же самое, что уговорить Россию. Это несерьезно. Если Украина, действительно, хочет договариваться, ей в итоге придется обращаться все равно напрямую к Москве.

Даже если будет какой-то консорциум организован — была же двадцать лет назад идея создать российско-украинско-европейский консорциум газовый. Но даже если мы к этой идее сейчас вернемся, все равно ее нельзя будет обсуждать без участия России.

Что касается германского интереса к тому, чтобы быть транзитером газа, контролировать как бы политически транзит, контролировать его экономически, зарабатывать деньги на этом, то, разумеется, Германия заинтересована в этом. Как и в том, чтобы иметь на своей территории самую ликвидную газовую биржу в Европе, которая будет круче, чем нынешняя биржа TTF в Нидерландах.

Но повторяю, есть еще инерция, что Украину бросить нельзя, и Киев на эту инерцию рассчитывает. Хотя, надо сказать. переоценивает значение этой инерции. Переоценивает с точки зрения, что Германия якобы заставит Россию подписывать с Украиной новый договор.

«СП»: — Так сохранит, на ваш взгляд, Россия транзит через Украину после 2024 года или нет?

— Здесь, мне кажется, много факторов, которые надо будет учитывать. Все зависит от того, какой будет спрос на российский газ в Европе, что будет с углем, нефтью…

И, кстати, тот факт, что мы этого не знаем, как раз должен нас остановить от того, чтобы сейчас давать Украине какие-то обещания.

Допустим, если мы с Польшей окончательно поругаемся, то можем и транзит через Украину сохранить. Он, к слову, уже упал: несколько лет был на уровне 80−90 млрд. кубов, сейчас — сорок с небольшим. А если, допустим, оба «Северных потока» будут работать на полную мощность и снимут антимонопольные ограничения с газопровода OPAL, то Украина, в принципе, нам будет особо не нужна.

Потом, у нас есть еще перспектива экспорта сжиженного газа. Есть «Ямал СПГ» и «Ямал СПГ-2». «Газпром» строит большой газохимический завод в Усть-Луге, который будет производить сжиженный газ. Если хотя бы часть этого СПГ пойдет в Европу, то украинский транзит просто потеряет смысл.

К тому же, многое зависит от того, какие будут отношения между Россией и Украиной. Если украинские власти продолжат рассказывать про какую-то мифическую войну с Россией, то какой тогда вообще может быть контракт. Какое экономическое партнерство. Но если Киев изменит свою риторику, или власть там сменится через несколько лет, и будет спрос на российский газ, то, может, и оставим.

Я против того, чтобы Украине сейчас что-то обещать в этом плане.

У нас есть контракт, мы в его рамках работаем. Заключен он по принципу «качай или плати», поэтому хотим — качаем. Хотим — платим штрафы, но не качаем. Нас такой вариант и сейчас, и на следующие три года устраивает.

В Кремле претензии главы «Нафтогаза» к России тоже сочли несвоевременными.

По словам пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова, тему продолжения транзита российского газа через Украину после 2024 года можно будет обсуждать, если у «Газпрома» появятся покупатели на это топливо.

«Пока „Газпром“ не определится по этой линии, то, соответственно, обсуждение темы транзита стоит во вторую очередь. Сначала газ нужно продать», — сказал Песков.

Автор: Светлана Гомзикова

Источник: Свободная пресса, 30.11.2021 


Специальный доклад:

Организация внутреннего рынка газа в России: тактика «малых дел»

Аналитическая серия «ТЭК России»:

Водородная повестка в России в период экономической войны с Западом
Российский экспорт нефти: от ковидного падения спроса к санкционной войне
События на Украине радикально изменили ситуацию на рынке углеводородов. Пандемийное падение спроса кажется уже не такой большой бедой. Теперь мы столкнулись с более серьезным вызовом. Политический Запад резко усилил санкционное давление на Россию. Началось вытеснение России с рынков нефти и газа. Серьезный удар обрушился на российские нефтяные поставки. США, Канада и Великобритания ввели запрет на закупку российской нефти. Но главное поле битвы - ЕС.
Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2021 году и перспективы 2022 года
Ситуация на нефтегазовых рынках в 2021 году радикально изменилась. Цены на нефть пошли вверх, а газовые - так и вовсе поставили исторические рекорды. Казалось бы, такой расклад должен радовать российские нефтегазовые компании, которые сумели получить по итогам 2021 года неплохую выручку и прибыль, и российское государство, опять имеющее профицитный бюджет именно благодаря экспорту нефти и газа. Однако весь год прошел в рассуждениях о туманном будущем углеводородов. Все чаще звучат прогнозы о конце эпохи нефти (а потом и газа) под давлением новой климатической повестки и энергетического перехода.
«Газпром» на гребне ценовой волны. Текущая ситуация на газовом рынке Европы
Динамика газового рынка Европы - один из центральных сюжетов развития мировой энергетики. Уже начиная с лета ситуация стала выходить из-под контроля. Цены на газ в Европе побили исторические рекорды, потащив за собой котировки на уголь и даже нефть. Европейцы стали оценивать ситуацию как полноценный энергетический кризис. «Газпром» как крупнейший поставщик газа на европейские рынки оказался в центре большой дискуссии с извечными русскими вопросами: кто виноват и что делать. Уникальная ситуация на европейском газовом рынке и положение «Газпрома» детально разбираются в этом докладе.
Фискальная политика в нефтяной отрасли: выжимание последних соков или шанс на перезапуск отрасли?
Нефтяной сектор традиционно рассматривается правительством как донор федерального бюджета. Осенью 2020 года была принята целая серия репрессивных решений относительно нефтяных компаний, мотивированных необходимостью сбора дополнительных денег в бюджет. При этом бюджетная кампания осени 2021 года стала радикальным контрастом по сравнению с 2020 годом. Фокус внимания Минфина сместился на металлургическую и горнодобывающую промышленность, в то время как нефтяники получили определенную передышку. Вопрос, что будет дальше.

Все доклады за: 2021, 20, 19, 18, 17, 16, 15, 14, 13, 12, 11, 10, 09, 08, 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики