Ормузский капкан: почему пустые хранилища взорвут рынок нефти

Игорь Юшков — о том, кто выигрывает и проигрывает от затягивания кризиса на нефтяном рынке

Прошло два с половиной месяца с момента перекрытия Ормузского пролива. На первый взгляд мир стал постепенно привыкать к этой новой нормальности. Но в реальности успокоилось только информационное поле. Экономическая ситуация продолжает ухудшаться.

При этом стоит рассмотреть два ключевых процесса: расходование стратегических резервов нефти в странах-импортерах и игру главного бенефициара, который сам же и срежиссировал этот ближневосточный кризис.

Вернуться к норме быстро не получится

10 мая исполнительный директор Saudi Aramco Амин Нассер заявил, что при сохранении блокировки судоходства в Ормузском проливе еще на несколько недель мировой нефтяной рынок сможет вернуться к норме не ранее 2027 года. Подводная часть айсберга энергетических проблем действительно продолжает нарастать. Надводная — цена на нефть остается относительно неизменной. Котировки сохраняются в районе $100–110 за баррель. Стоимость нефтяных фьючерсов колеблется на бирже в зависимости от сообщений: падает на новостях о возобновлении переговоров США и Ирана, растет, когда они вновь заходят в тупик.

Еще 11 марта, то есть буквально на второй неделе перекрытия Ормузского пролива, страны — участницы Международного энергетического агентства (МЭА) договорились о поставке на мировой рынок 400 млн баррелей нефти из своих стратегических запасов. Из них 172 млн баррелей приходится на США.

13 мая Управление энергетической информации США при Министерстве энергетики сообщило, что резерв нефти у страны за неделю (до 8 мая) сократился на 8,605 млн баррелей, или более чем на 2% (до 384,095 млн баррелей). Если же программа согласованного изъятия нефти из резервов будет выполнена полностью и США извлекут все 172 млн баррелей, уровень их остатков упадет до рекордно низкого значения, сопоставимого с августом 1982 года. В 1980-е годы объемы потребления нефти в США были значительно ниже текущих, поэтому такое падение запасов поставит под удар энергетическую безопасность современного американского рынка.

Можно отметить, что даже оставшиеся на сегодня 384 млн баррелей черного золота в стратегических запасах США — это все равно большой объем. Изымая, как сейчас, по 8–9 млн баррелей в неделю, продержаться можно еще долго. К тому же по мере их истощения Вашингтон вполне сможет нарастить импорт (финансовые возможности позволяют). Параллельно с этим рост мировых цен из-за дефицита подстегнет американские компании увеличивать добычу внутри страны.

И все же главным решением проблемы должен стать компромисс с Ираном: полное прекращение конфликта и открытие Ормузского пролива. Но, очевидно, это не всем выгодно.

Будут переплачивать и два пути

Европейские страны, Япония и Южная Корея пока лишь оттягивают наступление полноценного кризиса. Сейчас их стратегические хранилища еще не опустели полностью и средства позволяют перекупать уцелевшие на рынке объемы нефти. Но ресурс истощается: по мере вымывания резервов в странах-импортерах зреет колоссальный дефицит, который неизбежно приведет к шоковому скачку спроса в будущем. Ведь после открытия Ормузского пролива нужно будет покупать нефть и для текущего потребления, и для восстановления запасов. Это станет фактором удержания цен на мировом рынке на высоком уровне.

Именно об этом сказал исполнительный директор Saudi Aramco.

Нормальная ситуация — это когда в мире производится примерно столько же нефти, сколько и потребляется на этот момент. Сейчас равновесие нарушено за счет сокращения добычи в странах Персидского залива. Им просто некуда деть свою нефть из-за перекрытия Ормузского пролива.

Позже чаша весов качнется в другую сторону. Производство нефти начнет превышать текущее потребление, хотя импорт все равно останется высоким. Страны-покупатели будут переплачивать и закупать сырье впрок до тех пор, пока полностью не восстановят свои опустошенные хранилища.

Причем достаточный уровень своих запасов определяет сама страна в зависимости от видения местных элит будущего мировой энергетики. Те, кто верит в "энергетический переход" и стремительное развитие электротранспорта, могут ограничить объемы нефти в стратегических запасах. Зачем покупать много, тем более если цена будет сохраняться на высоком уровне? Но те государства, для которых энергетическая безопасность стоит на первом месте, пойдут по противоположному пути. Они начнут агрессивно наращивать резервы — причем их новые запасы, скорее всего, превысят даже те объемы, что были у них до блокировки Ормузского пролива. Ведь нынешняя ситуация показала выгоды от наличия больших запасов нефти у импортеров.

На мой взгляд, по первому пути пойдет именно Европа. Евросоюз уже прочно связал себя обязательствами в рамках "Зеленой" сделки (The Green Deal), которая требует полностью прекратить использование ископаемого топлива к 2050 году. Однако эта стратегия загоняет Брюссель в патовую ситуацию. Отказ от восстановления резервов ради призрачного "зеленого" будущего неизбежно аукнется им новой волной тяжелейшего энергетического кризиса в более короткой перспективе.

Напротив, например, Китай убедился в правильности своей стратегии максимизации запасов. Сейчас он обладает самым большим в мире парком емкостей для хранения нефти. По оценкам Минэнерго США, к февралю 2026 года в коммерческих и государственных хранилищах КНР были феноменальные 1,4 млрд баррелей. Это превосходит стратегические запасы США, Японии и всех европейских стран вместе взятых. Пекин понимает, что в будущем Вашингтон может попытаться устроить ему "ресурсный голод". Ведь и нынешний конфликт в Иране имел нефтяную подоплеку: США явно хотели прервать льготные поставки иранской нефти в Китай.

Те, кто в плюсе

Отмечу и то, что из-за блокады путей на Ближнем Востоке поставки нефти взлетели через Панамский канал — сразу на 74% по сравнению со средними показателями 2025 года. Этот транспортный коридор превратился в главный спасательный круг для Азии. Фактически США искусственно спровоцировали этот кризис, чтобы занять опустевшую нишу: перерезав каналы поставок из Персидского залива, Вашингтон превратил своих союзников — Японию, Южную Корею и Тайвань — в заложников ситуации.

Таким образом, от затягивания энергетического кризиса выигрывают производители углеводородов. В плюсе оказались те, кто не заперт внутри Персидского залива: они экспортируют прежние объемы нефти, но уже по высоким тарифам. Страны же Ближнего Востока гарантированно заработают на этом позже, когда пролив откроют для полноценного судоходства и начнется этап восстановления опустевших мировых хранилищ. Чем дольше будет перекрыт Ормузский пролив, тем дольше будет период стабилизации рынка.

Вашингтон же, развязав жесткое геополитическое противостояние с Ираном ради собственных электоральных и санкционных целей, фактически подставил под удар энергетическую безопасность Европы, Японии и Южной Кореи. Теперь американские производители фиксируют сверхприбыли от поставок дорогого СПГ и сланцевой нефти, пока экономики их ключевых партнеров стремительно сжигают свои последние запасы в ожидании неминуемого дефицита.

Автор: Игорь Юшков, ведущий аналитик ФНЭБ

Опубликовано: ТАСС, 14.05.2026