Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > Нефтегазовый рынок: как развивается флагман отечественной экономики? (видео)

Нефтегазовый рынок: как развивается флагман отечественной экономики? (видео)

В гостях у программы "Сухой остаток" на радиостанции Финам ФМ Александр Пасечник, руководитель аналитического управления ФНЭБ, и Екатерина Стручкова, аналитик Бинбанка.

ДМИТРИЕВ: Добрый вечер! Добрый вечер, уважаемые слушатели. В эфире «Финам FM» программа «Сухой остаток», меня зовут Олег Дмитриев. Главная новость сегодняшнего часа – сегодня пятница. Ну, это основное, вокруг чего мы и будем с вами сегодня разговаривать. Хотя тема нашей программы все же имеет некое название. Мы назвали ее сегодня так: «Нефтегазовый рынок: как же развивается флагман отечественной экономики?» Поговорим, конечно, сегодня и об итогах недели, о том, что наверняка всем будет интересно.

Представлю моих сегодняшних гостей. Это Екатерина Стручкова, аналитик «Бинбанка», добрый вечер, Катя…

СТРУЧКОВА: Добрый вечер.

ДМИТРИЕВ: …И Александр Пасечник, руководитель аналитического управления ФНЭБ… Не успел я тебя спросить, что это обозначает.

ПАСЕЧНИК: Это Фонд национальной энергетической безопасности.

ДМИТРИЕВ: Вау! Вот это да! Тут никакая аббревиатура не может звучать, да? Фонд национальной энергетической безопасности!.. Я напоминаю, уважаемые слушатели, сегодня с нами Александр Пасечник, фактически мы сегодня защищены.

Для вас, мои друзья старше 16-и, я сообщаю телефон в студию, телефон прямого эфира: код – 495, номер – 65-10-99-6. Звоните, задавайте вопросы, интересуйтесь, как поживает нефтегазовый рынок. Ну, и мысли какие-то собственно, можете тоже озвучить. И то, что вы прекрасно знаете: сайт компании – www.finam.fm, там вы тоже можете свой вопрос опубликовать.

Ну и, традиционно, начнем с картины маслом.

Итак, 18:09 в Москве, американцы открылись. Ну, и главное событие второй половины сегодняшнего дня – эйфория!.. Не чувствовали, в воздухе не пахнет эйфорией, Саша?

ПАСЕЧНИК: Ну, пока вроде…

ДМИТРИЕВ: Нет? Не пахнет?

ПАСЕЧНИК: …Тихо.

ДМИТРИЕВ: Ехал сегодня – пробка, правда, была тут ужасная – и прямо вот чувствуется эйфория!.. Я, кстати, встретил – пробирались, бедолаги! автобус со сборной России. Они сейчас едут куда? С ирландцами?..

ПАСЕЧНИК: А, вы про футбольную эйфорию? Я думал, про эйфорию рынков.

ДМИТРИЕВ: Нет-нет-нет, господь с тобой, прекрати! Какая может быть футбольная эйфория! Ну, это если только не у нас. Нет-нет, я про эйфорию рынков. Я просто рассказываю, что я стоял в пробке – и чувствовал даже сквозь этот смог, который клубился, я чувствовал, пробивался… Я просто вспомнил, как они навстречу, с мигалкой. Пробивались-то в другую сторону. Но, я думаю, смысла не было пробиваться, все равно чем-то это нехорошим закончится.

Ну, так вот, эйфория на рынках – откуда взялась она? Боже мой, в 16:30 по Москве сегодня вышла статистика по рынку труда Соединенных Штатов Америки – и она разочаровала! Она разочаровала рынок: 64 тысяч, по-моему, новых рабочих мест создали Штаты за предыдущий месяц. Это против 144 тысяч, которые тоже были пересмотрены в сторону понижения со 166 тысяч. В общем, все плохо, с одной стороны… и мы видим эйфорию. Забавно! За что я и люблю финансовые рынки.

А эйфория связана с тем, что, конечно, в этой ситуации господину Бернанке ничего другого не останется, кроме как объявить о начале третьего этапа количественного смягчения, дать денег этим спекулянтам, чтобы они опять начали покупать. Все-все-все сегодня зеленое! Dow Jones… Кстати, вчерашнее закрытие тоже не забывайте: S&P 500 закрылся выше многолетнего сопротивления. Как он сегодня с ним разберется – это интрига остатка дня всей американской сессии. В моменте мы наблюдаем: Dow Jones чуть выше ватерлинии, 0,07%, 13301 текущая котировка, S&P 500 прибавляет больше, 0,2%, 1435.

Ну, наши ребята сегодня отработали как надо. Помимо вчерашних закрытий, РТС больше 3%, сегодня он 2% сделал, 1460 уже, красота! ММВБ – 1475, полтора процента. В общем, наши ребята молодцы, работают как надо.

Нефть марки Brent… Внимание, Катя, да? Это твой любимый инструмент, как ты мне сказала за эфиром. Нефть марки Brent, несмотря ни на что, стоит всего лишь… ну, в кавычках «всего лишь», но, учитывая эйфорию, она стоит всего лишь 112 долларов 72 цента за баррель. А вот золото показывает чудеса храбрости. Оно опять сегодня «струльнуло», как раз вот на этих новостях. Текущая котировка – 1730 за унцию, полтора процента роста от цены вчерашнего закрытия.

Ну и валютный рынок сегодня тоже безумствует. Евро/доллар пробил 1,27, 27 с полтиной текущая котировка. И 1,60 стоит фунт против доллара. В общем, кра-со-та.

Ну, основной набор голубых фишек также преимущественно в зеленой территории. Это связано с тем, о чем я уже сказал: рынок труда сегодня разочаровал инвесторов, но дал намек на третий этап количественного смягчения – ну, и дальше все понятно.

Так, давайте тогда начнем. В соответствии с заявленной темой мы разговариваем о нефтегазовом рынке, ну, с точки зрения сегмента рынка отечественного. Давайте более широко на это посмотрим: как вообще чувствуют себя сейчас сырьевые активы на рынке?

СТРУЧКОВА: В принципе, в последнее время, скажем так, неплохо Brent себя чувствует. Но в ее цене велика доля спекулятивной геополитической составляющей. Исходя из экономических чисто данных, цена должна быть в районе, там, 100 долларов, скажем. Вся эта премия, которую мы видим, это связано, там, с ожиданиями того, что, возможно, что-то будет с Ираном. Плюс были велики ожидания действий ЕЦБ. ФРС еще остается, вполне возможно.

ДМИТРИЕВ: Угу. А что может быть с Ираном, скажи, пожалуйста? И главное – когда?

СТРУЧКОВА: Ну, по разным слухам, по сообщениям различных СМИ, в последнее время очень активизировался Израиль. Возможно, он не будет дожидаться помощи США и самостоятельно, так сказать…

ДМИТРИЕВ: Будет решать проблему.

СТРУЧКОВА: Да. Но это все слухи, это как бы ничем не подтверждается.

ДМИТРИЕВ: Ну, это понятно.

СТРУЧКОВА: Скажем так, опасения не так высоки, как они были в самом начале, когда это только начиналось. Но они, тем не менее, присутствуют, потому что периодически появляются какие-то комментарии в СМИ, и это подхлестывает интерес.

Также велика доля вот этой спекулятивной составляющей относительно действий центробанков. То есть то, что вчера ЕЦБ запустил… ну, сказал, что он запускает…

ДМИТРИЕВ: Ну, практически, да, дал отмашку.

СТРУЧКОВА: Да. Плюс еще остается надежда на ФРС. Сейчас у нас в фокусе заседание 12 сентября.

ДМИТРИЕВ: Ну, вот сегодня эта надежда, я бы даже сказал…

СТРУЧКОВА: Ну да. А с другой стороны, вчера вышли данные от «ADP»: 201 тысяча новых рабочих мест в частном секторе…

ДМИТРИЕВ: Но они не подтвердились: всего лишь 60…

СТРУЧКОВА: Ну да, они менее официальные, вот…

ДМИТРИЕВ: Это ужас какой-то!

СТРУЧКОВА: Но, опять-таки, маловероятно, что 12 сентября именно…

ДМИТРИЕВ: Именно 12-го, да?

СТРУЧКОВА: …Да, Бернанке будет что-то делать. Он, как всегда, скорее всего, ограничится словесными интервенциями, что, мол, у ФРС есть возможности, есть все инструменты, и мы готовы действовать в случае необходимости. Единственное, когда она там может что-то начать – это ближе к концу года. А на следующем заседании это маловероятно.

ДМИТРИЕВ: Я поправлюсь, вот, я сейчас посмотрел статистику: 96 тысяч против ожидаемых 125 тысяч и против предыдущей статистики 163 тысячи, но она тоже была понижена до 144 тысяч.

СТРУЧКОВА: Да, еще хочу отметить, в производственном секторе сокращение рабочих мест.

ДМИТРИЕВ: Да, совершенно верно.

СТРУЧКОВА: Это очень плохо.

ДМИТРИЕВ: Это очень плохо, да. Хотя – но эта цифра, конечно, не очень динамична – безработицу сегодня 8,1% они нарисовали против 8,3% в предыдущем месяце.

СТРУЧКОВА: Да. Но мы видим, что в последнее время статистика по США разнонаправленная выходит. То есть либо хорошая, как последний ISM в секторе услуг, например, хороший, да?.. С другой стороны, ISM в промпроизводстве – наоборот, очень плохой. Там компонент производства – минимальный с 2009 года. Поэтому тут 50 на 50.

ДМИТРИЕВ: Я сразу представил, как нелегко господину Бернанке в этой ситуации. Ну, была бы однозначная статистика, что все плохо, тогда бы он сказал: «Да, ребята, вот так». Или все хорошо. А тут то так, то сяк, то так, то сяк. Ну, на самом деле, и рынки бросает из огня да в полымя, как говорят в таких случаях.

Хорошо, геополитическую составляющую мы назвали и… Чего-то хотел спросить я и забыл. Ну, ладно… Саша, к тебе вопрос тот же самый. Как ты, вообще, смотришь на нефть – ну, о Brent мы говорим, прежде всего – в какой-то краткосрочной перспективе? Кстати, и нет ли парадокса все-таки, да? Спекулятивный интерес-то вырос после того, как вчера господин Драги выступил, и сегодня вот статистика эта вышла, и мы видим, что рисковые активы растут – а нефть топчется на месте. Почему?

ПАСЕЧНИК: Ну, вообще, видение какое? Что, как сказала наша коллега…

ДМИТРИЕВ: Катя ее зовут.

ПАСЕЧНИК: …Катерина, существует военная премия на рынке, никуда она не делась, просто вот эти страсти поутихли. И, как нашему фонду видится, никаких катаклизмов до ноября, до выборов президента США, на Ближнем Востоке не предвидится, то есть военные действия.

ДМИТРИЕВ: Саша, я понял, спасибо, хорошая тема, но насчет выборов мы поговорим уже после новостей. Послушаем новости и продолжим.

ДМИТРИЕВ: Еще раз добрый вечер, уважаемые слушатели. В эфире «Финам FM» программа «Сухой остаток», меня зовут Олег Дмитриев. Продолжаем разговор, тема сегодняшней программы: «Нефтегазовый рынок: как развивается флагман отечественной экономики». В гостях сегодня Екатерина Стручкова, аналитик «Бинбанка», и Александр Пасечник, руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности… Добрый вечер, коллеги, еще раз.

СТРУЧКОВА: Добрый вечер.

ПАСЕЧНИК: Здравствуйте.

ДМИТРИЕВ: Ну что ж, поговорили мы о том, что происходит сейчас, в моменте на финансовых площадках – давайте сосредотачиваться непосредственно на сырье уже, вот уже о нефти Brent было два слова сказано… Извини, я тебя перебил.

ПАСЕЧНИК: Да, продолжу, что до осени никаких потрясений, то есть военных действий в зоне Ближнего Востока едва ли можно ожидать. Израиль в одиночку, по мнению нашего фонда, едва ли будет действовать. То есть все эти угрозы пока сдерживаются именно негласными договоренностями Обамы и лидера Израиля, что, мол, до выборов сейчас в США более озабочены внутриполитическими процессами, нежели внешней их доктриной. Ну, а, там, действия несущих группировок и так далее – это все пока акты своего рода устрашения, и они, грубо говоря, локального характера.

И, опять же, у Америки стратегический план какой? Они не хотят ввязываться сами в войну. У них задача – посеять нестабильность на Ближнем Востоке, втянуть туда Израиль и, грубо говоря, сопредельные страны. И тут не исключено, что весь Аравийский полуостров будет…

ДМИТРИЕВ: Охвачен пламенем, как говорят, да?

ПАСЕЧНИК: …В огне, да. И тогда цены на нефть, конечно же, взлетят.

ДМИТРИЕВ: Вот. И тут тогда следующий вопрос: а насколько интересно Соединенным Штатам Америки, чтобы цены на нефть взлетели?

ПАСЕЧНИК: Понимаете, Штаты и сейчас уже… их WTI она порядка 15%, 20-и даже бывало, разрыва с Brent. То есть, грубо говоря, их экономика, по некоторым данным, развивается вот при ценовых ориентирах ниже 100 долларов за баррель. Вот сейчас WTI стоит примерно 96…

ДМИТРИЕВ: Вот сейчас я смотрю: 94.

ПАСЕЧНИК: Ну вот, видите, какая разница – и 112 стоит Brent, да? То есть уже у них имеется своего рода преимущество, своего рода защита. Плюс при каких-то форс-мажорах они вполне могут начать освоение своих стратегических ресурсов, как то шельф Аляски, который некогда был заморожен, форсировать…

ДМИТРИЕВ: Ну, подожди, Саша, ты говоришь, что при каких-то форс-мажорах они могут начать освоение ресурсов. Но при форс-мажоре они могут, как Ромни обещал, распечатать стратегический запас и достать…

ПАСЕЧНИК: Ну да, да, именно.

ДМИТРИЕВ: Но освоение ресурсов – это все-таки процесс длительный такой, да?

ПАСЕЧНИК: Ну, 5 лет – это минимальный срок.

ДМИТРИЕВ: Ну! А форс-мажор – это вот началась… не дай бог, конечно, я прошу прощения – война началась, цены взлетели! Чего делать бедным американцам? Им надо где-то дешевую нефть брать.

ПАСЕЧНИК: У них сейчас есть запас на несколько месяцев, который позволит экономике нормально развиваться. Плюс у них широко поставлена доктрина развития атомной индустрии. То есть, в отличие от ряда европейских стран, которые в связи с аварией на «Фукусиме» начали спешно сворачивать соответствующие программы, в Америке на такие, скажем так, своего рода авантюры не идут. Потому что будущее все равно за атомной отраслью. Так как доля всех других альтернативных источников в энергобалансах крайне низка, и едва ли они могут стать превалирующим энергоснабжающим таким вот фактором.

ДМИТРИЕВ: То есть я правильно понял, что возможные проблемы на Ближнем Востоке, которые, в результате, взвинтят цены на нефть куда-нибудь в район 200 долларов, Штатам не страшны, у них есть способы от этого защититься?

ПАСЕЧНИК: Ну, по большому счету, они защищены в определенной степени. Но, конечно, будут искать какие-то способы…

ДМИТРИЕВ: Альтернативы какие-то, да?

ПАСЕЧНИК: …Защиты Ормузского пролива. Они же рассчитывают на блицкриг, на молниеносную войну, понимаете?

ДМИТРИЕВ: Ну, это нормально, они все время на это рассчитывали.

ПАСЕЧНИК: И они рассчитывают на то, что все произойдет буквально в считанные месяцы. И как раз вот в эти считанные месяцы их стратегические ресурсы…

ДМИТРИЕВ: Поддержат их, да?

ПАСЕЧНИК: …Поддержат, да, их в этот период. Но, как мы знаем, все вот эти войны с неустойчивыми режимами радикальными могут иметь очень длительную во времени протяженность.

ДМИТРИЕВ: Ну, примеры тому есть, да.

ПАСЕЧНИК: Да, есть, конечно, примеры. И, вообще, с Ираном воевать – это очень такой шаг опрометчивый, и все-таки здравый смысл, надеюсь, и дипломатия возьмут верх. Тем более Иран обладает не только мощнейшей армией, но и современными средствами, современными ракетами, которые вполне могут достигать и рубежей Средиземноморья. То есть Иран – это не Ирак…

ДМИТРИЕВ: Ну, это очевидно, да.

ПАСЕЧНИК: …Это не Сирия, это не Ливия, а это очень серьезная страна. И недавно были официальные заявления их лидера, что да, они на самом деле увеличили количество так называемых центрифуг по обогащению урана. То есть военные разработки они, по сведениям американской разведки, ведутся. Хотя Иран все-таки настаивает на том, что это исключительно мирное производство и никто им не может запретить это развивать.

Ну и мы знаем, как быстро расправляются вот такие империалистические державы с теми, у кого нет ядерного оружия, да?

ДМИТРИЕВ: Акулы, акулы империализма!

ПАСЕЧНИК: Поэтому война за ресурсы в XXI веке – это…

ДМИТРИЕВ: Ну да, это актуально.

ПАСЕЧНИК: …Это очень актуально.

ДМИТРИЕВ: Катя, в принципе есть у тебя возражения против позиции Саши?

СТРУЧКОВА: Нет, у меня нет возражений, я согласна, вот…

ДМИТРИЕВ: Извини, пожалуйста, я хотел вектор немножко переадресовать.

Понятно, что интересы Соединенных Штатов Америки вполне очевидны, и цены на нефть с этими интересами связаны. А наши интересы там есть? Отечественные, российские?

СТРУЧКОВА: Интересы в чем? В войне или что имеется в виду?

ДМИТРИЕВ: На Ближнем Востоке, да. Ну, у нас интересы в Сирии, насколько я понимаю. Там раньше наши военные базы были. Ну да, поэтому Россия так активно участвует в этом деле.

Я хотела добавить еще по поводу Brent, почему она вопреки всеобщей эйфории, как мы сказали, сейчас находится под давлением. Это как раз связано с новостями относительно распечатывания резервов в Америке. Буквально вчера администрация президента Обамы совещалась с экспертами, и на неделе проходили новости о том, что, буквально, в ближайшие дни они могут объявить о распечатывании.

ДМИТРИЕВ: Насколько я помню, подобное заявление некоторое время назад господин Ромни озвучил. Он кандидат в президенты, он, видимо, в рамках предвыборной кампании… он любитель всякую… как бы это помягче сказать?.. всякую всячину в эфир выпускать. То объявил Россию врагом номер один. То говорит, что, мол, если что, ребята, выберите меня, «птицу счастья завтрашнего дня», и я при необходимости любые запасы распечатаю. Но как-то все это популизмом отдает.

А вот этой информации, честно говоря, я не слышал. То есть уже и господин Обама всерьез об этом поговаривает?

СТРУЧКОВА: Ну да. Ну, они официальных заявлений никаких не сделали, но, по крайней мере, они буквально вчера вечером… Как раз почему нефть-то пошла падать? Сначала, когда вышли данные о запасах, которые сократились на 7,4 миллиона баррелей, она отросла чуть выше 115 долларов за баррель, а потом, ближе к вечеру, она пошла снижаться, как раз когда выходили вот эти вот известия. Поэтому вполне возможно, что сейчас будет манипулирование на эту тему. Поэтому Brent может быть под давлением.

ДМИТРИЕВ: Ну и, в принципе, возможна ситуация, ну, вот как сейчас, по крайней мере, то, что я наблюдаю в моменте, когда подавляющее большинство активов, в том числе и сырьевых, растет, а нефть, тем не менее, ну, если не падает, то стоит на одном месте? Вот такое возможно?

ПАСЕЧНИК: Дело в том, что если, например, мы сравниваем ресурсный рынок углеводородный и, допустим, рынок цветных металлов – он очень емкий, этот рынок цветных металлов, он кратно меньше, чем нефтяной. Поэтому там вероятность манипуляций гораздо выше. То есть при объединении крупных инвестиционных банков – они могут качнуть, грубо говоря, рынок путем рычага, там, в 3-4 миллиарда долларов. Почему цены, там, на алюминий, на медь меняются, ну, в разы и ведут себя очень непонятно, и там применим так называемый термин волатильность и так далее?.. Об этом, кстати, заявлял глава «РУСАЛА» Олег Дерипаска, вот этот фактор очень влияет, вообще, на стратегию бизнеса как такового. И он сравнивал именно нефтяные рынки, финансовые и рынок металлов цветных. То есть рынок металлов очень уязвим с точки зрения…

ДМИТРИЕВ: Манипуляций.

ПАСЕЧНИК: …Внешних инвесторов и манипуляций, да.

ДМИТРИЕВ: Я понял.

ПАСЕЧНИК: Ввиду своей ограниченности.

ДМИТРИЕВ: Ну и, собственно, поскольку тему мы эту затронули – вот сегодняшнее движение в ценах, ну, на основной набор тех же самых промышленных металлов было связано, в том числе, и с заявлениями из Китая… Катя, прокомментируй, пожалуйста.

СТРУЧКОВА: Да, Китай уже второй раз на этой неделе говорит о том, что он запускает инвестиции в инфраструктурные проекты. Сегодня он сказал о том, что это будут железные дороги. Во вторник, насколько я помню, он сказал, что это будет метро, новые линии.

Но я здесь хочу уточнить, что это проекты, которые были одобрены еще июне-июле. То есть это не прямо вот свежее. Кроме того, они растянут это до 2018 года. То есть это не значит, что сейчас в моменте пойдут большие вливания денег. Для Китая, учитывая, что по нему вся важная статистика выйдет в это воскресенье в 5 утра… как бы все ждали, что центробанк там снизит еще ставки.

ДМИТРИЕВ: Ну, каким-то образом простимулирует.

СТРУЧКОВА: Но ничего не происходит. Поэтому вот этих вот одних комментариев о том, что они начинают вот эти инвестиционные проекты, этого недостаточно.

ДМИТРИЕВ: Ну, опять выглядит это, как попытка рынка найти какой-то стимул для роста, да?

СТРУЧКОВА: Ну, да, там, где его на самом деле нет.

ДМИТРИЕВ: Вот-вот-вот. Потому что мы наблюдали какое-то время назад, что Китай показывает замедление: и ВВП у него чуть-чуть снижается, и, соответственно… Ну, такой – выдыхает он уже, да? Пузырь такой.

СТРУЧКОВА: Но я вот хочу сказать про Китай, что все, в общем-то, закладывались на то, что второй квартал – это будет дно для Китая. Но мы, к сожалению, видим совершенно иную статистику: с каждым разом все ухудшается. Индекс PMI уже ниже 50 пунктов скатился. И вполне возможно, что с 1998 года не будет выполнен таргет правительства Китая во ВВП. То есть мы не увидим 7,5% в этом году, вполне возможно.

ДМИТРИЕВ: То есть даже вот эти заявления по поводу развития инфраструктурных проектов…

СТРУЧКОВА: Недостаточны.

ДМИТРИЕВ: …Они могут и не…

СТРУЧКОВА: Ну, они не смогут так стимулировать. То есть им при таком слабом экспорте очень нужно внутренний спрос стимулировать, а у них как бы не хватает на это ни сил, ни… Они сейчас смотрят за рынком недвижимости, увидели, что цены выросли, и поэтому они ставки решили не снижать. То есть они сами себя загоняют.

ДМИТРИЕВ: Саша, да, мне интересно твое мнение, но только давай после новостей. Послушаем новости и продолжим.

ДМИТРИЕВ: Добрый вечер, уважаемые слушатели. Продолжаем, программа «Сухой остаток» на «Финам FM», меня зовут Олег Дмитриев. Сегодня говорим о нефтегазовом секторе отечественной экономики, ну и, в принципе, о рынке сырья в целом. В гостях, напомню, Александр Пасечник, руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности, и Екатерина Стручкова, аналитик «Бинбанка».

Для вас, уважаемые слушатели, еще раз напомню телефон в студию: код – 495, номер – 65-10-99-6. Сайт компании – www.finam.fm. Звоните, пишите, задавайте вопросы, которые вас интересуют. Либо просто поделитесь своим собственным мнением по этому поводу.

Мы продолжаем разговор. На новости мы ушли, обсуждая тему Китая, каким образом она влияет – и она влияет, это очевидно – на динамику цен на сырье, на промышленные металлы, прежде всего… Если не возражаешь, Саша, продолжи, у тебя была какая-то идея, связанная с Китаем.

ПАСЕЧНИК: Мысль следующая. Устойчивая, давно известная, но, тем не менее, ее стоит упомянуть. Это то, что Соединенные Штаты, как известно, главный конкурент Китая, мировой, и, если мы притягиваем опять же нефть, то Соединенным Штатам выгодно держать высокую планку стоимости барреля, ввиду того, что их экономика более адаптивна к высоким ценам на нефть, нежели китайская.

ДМИТРИЕВ: То есть это такой способ придушить Китай, что ли, да?

ПАСЕЧНИК: Ну, по большому счету, затормозить его галопирующие темпы экономического развития и таким образом как-то обеспечить себе поступательное развитие. То есть придушить конкурента, да, путем обеспечения высокой конъюнктуры на нефть.

ДМИТРИЕВ: Саша, я тебя прерву еще раз, извини, у нас есть звонок.

ПАСЕЧНИК: Да.

ДМИТРИЕВ: На линии наш слушатель Вячеслав… Вячеслав, добрый вечер, задавайте вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Коллеги, вот мы сейчас обсуждаем конъюнктуру цен на нефть, недвижимость в Китае. Но на самом деле Китай сейчас энергично скупает различные активы нефтяные, в том числе, в Африке и в прочих местах. И вот в плане, например, нашей аналитики цен на недвижимость, что сейчас Китай, например, не снижает ипотечные ставки при высоких ценах на нефть – они же, в принципе, достаточно грамотно действуют. Потому что у них сейчас основной упор на том, чтобы дать толчок производству очередному, да? То есть при низких ставках кредитов на недвижимость это будет проецироваться на цены на недвижимость, они будут дальше расти. А они толкают как раз производство.

Поэтому я думаю, что Китай сейчас не в такой плохой ситуации находится. Вот что наши эксперты могут сказать насчет этого?

ДМИТРИЕВ: Спасибо, Вячеслав, вопрос понятен ваш… Катя?

СТРУЧКОВА: Ну, как я уже сказала, я считаю, что у Китая есть определенные проблемы с экспортом, это что касается проблем Евросоюза, и плюс у него большие проблемы все-таки с внутренним потреблением. И, учитывая его столь высокие темпы как раз по экспорту, ему просто тяжело добиться, чтобы внутренний спрос обладал такими же темпами.

ДМИТРИЕВ: Да. Ну, изначально мы говорили многократно, что Китай, прежде всего, ориентирован на внешний спрос.

СТРУЧКОВА: Да, естественно.

ДМИТРИЕВ: У него внутреннего спроса практически нет. И, учитывая, что основные рынки сбыта – это Европа, это Америка…

СТРУЧКОВА: Да, это тот же Азиатский регион, туда тоже китайский экспорт в последнее время снижается.

ДМИТРИЕВ: Совершенно верно. И поскольку в Европе кризис, Америка на грани рецессии, здесь вот это все – вот вам и затухает все это дело. И каким образом они могут стимулировать внутренний спрос? Вот развитие… СТРУЧКОВА: Инфраструктурных проектов, в том числе.

ДМИТРИЕВ: …Да, инфраструктурных проектов – это как раз и некий стимул для этого внутреннего спроса.

Саша, что ты думаешь по этому поводу?

ПАСЕЧНИК: Ну, все верно. Доктрина смещения акцентов на внутренний спрос при ухудшении экспортного потенциала она проводится правительством Китая. И, как известно, у Китая все-таки философия не потребления, а философия накопительства. Это вот их такая ментальность.

ДМИТРИЕВ: Кардинальное отличие, да?

ПАСЕЧНИК: Кардинальное отличие от Штатов.

ДМИТРИЕВ: От Штатов, и, если можно так говорить, ну, такая есть традиционная точка зрения: есть западный мир, и есть восточный мир, да?

ПАСЕЧНИК: Абсолютно верно, да.

ДМИТРИЕВ: Вот если основная, фундаментальная идея, экономическая идея – это идея потребления, ну, в нынешнее время, то, видишь… Я с тобой согласен.

ПАСЕЧНИК: То есть накопительство, если мы дальше смотрим логическую цепочку… у граждан Китая, у населения Китая есть большие запасы, подушки так называемые.

ДМИТРИЕВ: Резервы.

ПАСЕЧНИК: То есть накопленные резервы, средства. И за счет вот стимулирования каких-то там внутренних программ эти средства можно вытащить на поверхность…

ДМИТРИЕВ: Да, в экономику, совершенно верно.

ПАСЕЧНИК: …Запустить в экономику, и она начнет работать. И вот новый импульс для развития.

ДМИТРИЕВ: И вот это и есть стимул для внутреннего спроса как раз, да?

ПАСЕЧНИК: Да, да, это вот такое конкурентное преимущество у Китая и есть. Ну, и не забываем о его населении.

ДМИТРИЕВ: Да.

ПАСЕЧНИК: О масштабе.

ДМИТРИЕВ: О масштабе, да. Но и о ментальности стоит сказать, наверное, да? Все-таки, опять-таки, с точки зрения даже логики обычной, взгляды человека западного отличаются от взглядов человека… На одни и те же вещи. Начиная, там, от каких-то вещей духовных и заканчивая материальными. Это тоже очевидно.

Хорошо, давайте продолжим. Значит, собственно, о Китае… Саша? Ты идею вот по поводу того, как…

ПАСЕЧНИК: Ну, я, да, сказал про то, что Штатам выгодно держать высокой планку цен на нефть, дабы как-то утихомирить, сбалансировать темпы экономического роста Китая. Но Китай, как сказала Катерина, на самом деле, продолжает внешнюю экспансию по скупке нефтегазовых активов. Там широкая география: начиная от Австралии и заканчивая всевозможными проектами в странах Африки.

ДМИТРИЕВ: В этом списке, начиная от Австралии и заканчивая Африкой, Россия присутствует?

ПАСЕЧНИК: Да, мы с ними сотрудничаем, как известно, по широкому контракту «Роснефти» и «Транснефти» на поставку нефти. По газу у нас переговоры в весьма глубокой яме находятся. То есть здесь есть принципиальное несогласование, которое уже длится… можно сказать, активные переговоры идут уже больше 5 лет, а вообще, изначально мы уже более 10 лет ведем переговоры с Китаем. Все согласовано, объемы, маршруты, все согласовано, за исключением цены. То есть Китай просит цену по своей расчетной формуле, без привязки к цене на нефть, чтобы стоимость газа была гораздо ниже, чем «Газпром» поставляет на европейский рынок. В связи с этим есть…

ДМИТРИЕВ: Недопонимание.

ПАСЕЧНИК: …Да, недопонимание, недоговоренность. Но, в принципе, нам не стоит спешить проседать в этих ценниках. С другой стороны, любые проявления газового диалога России и Китая напрягают Европу, да? То есть, учитывая, что мы еще не так хорошо освоили Восточную Сибирь, по сути, месторождения Западной Сибири, этот газ может пойти, сеноманский газ, именно в Китай. И в таком случае возникают панические настроения в Евросоюзе, что мы можем остаться, типа, без газа. Несмотря на то, что Евросоюз всегда препятствует «Газпрому»…

ДМИТРИЕВ: Ну, даже и сейчас, да?

ПАСЕЧНИК: …Говорит о гегемонии. Вот последний, скажем так, назревающий скандал по монопольным расследованиям, против «Газпрома» начатым. Правда, «Газпром» сейчас очень сдержанно реагирует, говорит, что, мол, пускай расследуют, мы находимся в российской юрисдикции, и что это все не так страшно. Ну, страшно, не страшно – здесь штрафные санкции могут быть. И, опять же, Евросоюз, еврокомиссары они не только в отношении «Газпрома» проводят расследования – там и внутренние энергетические гиганты страдали и платили штрафы. То есть в Европе сейчас очень сильны вот эти настроения антимонопольные, антикартельные, и «Газпром» попал под этот прессинг.

ДМИТРИЕВ: Да, под раздачу.

ПАСЕЧНИК: Причем началось это не вчера, а это год назад были инициированы эти расследования, и сейчас они всплыли на поверхность, мы видим результат этих расследований. То есть уже конкретные обвинения идут, сыплются в адрес нашей монополии, да? Как будет дальше развиваться ситуация, неизвестно, но, по всей видимости, сложности могут возникнуть. Вплоть до отчуждения газопроводных сетей. Ну, это в рамках третьего энергопакета проблематика, она тоже широко обсуждаема. Но, вот видите, Европа наступает. Надо будет делать симметричный ответ.

ДМИТРИЕВ: «Европа наступает». В сложившейся ситуации особенно это забавно, да?

ПАСЕЧНИК: Ну, я думаю, это еще связано с тем, что впереди осенне-зимний период.

ДМИТРИЕВ: Конечно.

ПАСЕЧНИК: Вспомним февраль, когда замерзала Европа, когда потребление газа кратно росло.

ДМИТРИЕВ: То есть это такой удар на опережение, да?

ПАСЕЧНИК: Да, это, может быть, опять попытка выбить дополнительные скидки на газ…

ДМИТРИЕВ: Да, льготы какие-то.

ПАСЕЧНИК: …Льготы и так далее и так далее. То есть это опять война, скажем так, не только корпоративная, но это политика корпоративная, противостояние.

Ну, по-моему, то, что там «Газпром» стратегически проигрывает… я не думаю, что это так. По-любому есть устойчивый расчет на то, что 25%-ная доля компании… даже при сланцевых рисках, я имею в виду риски сланцевой революции, которая случилась уже в США, с учетом выхода даже США в перспективе на рынок газа как экспортера, все равно доля «Газпрома» будет стабильной, порядка 23-25%, на европейском рынке. Потому что, по большому счету, никто из газопроизводителей не будет работать себе в убыток. То есть заваливание, затоваривание рынка газа приводит к сумасшедшему падению котировок, и его становится просто нерентабельным добывать. Или приходится продавать…

ДМИТРИЕВ: Это неинтересно никому.

ПАСЕЧНИК: Это никому неинтересно, да.

ДМИТРИЕВ: Саша, смотри, ты практически предугадал. Пришел вопрос, я уж не стал тебя перебивать. Тем не менее, вопрос абсолютно в тему. Вопрос от нашего слушателя Виталика. Ну, поскольку мы начали уже о «Газпроме», о российской составляющей, он спрашивает следующее: «Как повлияют: туркменский газ – то есть в качестве альтернативы, видимо, да? – планы строительства газопровода в Европу через Турцию для его продажи, плюс сланцевая революция в Штатах, плюс рецессия промышленности…» Ну, вот я не знаю, о чем здесь речь, на самом деле – рецессия нашей промышленности или в целом. «…Как все это повлияет на стоимость газа в Европе, ну и, соответственно, на конкурентоспособность наших компаний?» Как это может повлиять?

ПАСЕЧНИК: Ну, здесь перечислен весь ряд, грубо говоря, рисковых факторов, угроз для монополии.

ДМИТРИЕВ: То есть все они имеют место быть, да?

ПАСЕЧНИК: Да, безусловно, они имеют место быть в той или иной степени. И понятно, что эффективность нужно растить и каким-то образом стараться сохранить долю на рынке.

Ну, и есть у нас такое направление, как диверсификация газовых поставок. То есть европейским рынком мы не должны ограничиваться – все-таки Азиатско-Тихоокеанский регион, сейчас эта тема особенно актуальна в рамках проходящего саммита АТЭС. Все-таки стоит смотреть и на Восток шире. Это поставки в Японию, которая практически уже закрыла свою атомную программу. То есть сейчас там остро стоит вопрос о том, чтобы вообще… есть сценарий закрытия вообще всех АЭС Японии. И, опять же, здесь мы, Россия, выступаем главным…

ДМИТРИЕВ: Это после известных событий, да?

ПАСЕЧНИК: …Да, поставщиком газа.

И также «Газпрому» все-таки стоит сделать акцент на такой прогрессивный вид газа… то есть не трубный, а все-таки сжиженный природный газ. И вот эти проекты на Дальнем Востоке, на Сахалине, и развитие Штокмана все-таки нужно как-то поднимать. И вот эти объемы СПГ – за ними будущее.

ДМИТРИЕВ: Вот, кстати, о будущем мы продолжим разговор, послушаем новости.

ДМИТРИЕВ: Ну что ж, еще раз добрый вечер, уважаемые слушатели. На «Финам FM» программа «Сухой остаток», меня зовут Олег Дмитриев. Осталась последняя, заключительная часть, где мы попробуем определить этот самый сухой остаток. Разговариваем мы сегодня о нефтегазовом секторе, о рынке сырья, отечественном и не только. В гостях, напомню, Екатерина Стручкова, аналитик «Бинбанка», и Александр Пасечник, руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности.

Продолжим разговор о наших, ну, проблемах, наверное, да? О проблемах энергетического сектора, о том, как он дышит… Проблемы-то есть, Катя, очевидно?

СТРУЧКОВА: Ну, да. Во-первых, интерес к нашим акциям нефтегазового сектора как-то в последнее время, да и вообще, ослаб, скажем, со стороны западных инвесторов.

ДМИТРИЕВ: А в чем причина, как ты думаешь?

СТРУЧКОВА: Ну, во-первых, невысокая прозрачность компаний. Не буду приводить примеры, но, в частности, «Сургутнефтегаз» известный всем. Потом, высокие капексы.

ДМИТРИЕВ: Что такое капексы, пожалуйста?.. Слушатели не все знают.

СТРУЧКОВА: Капиталовложения.

ДМИТРИЕВ: Камперс… Или как?

СТРУЧКОВА: Каперсы.

ДМИТРИЕВ: Каперсы я знаю, что такое. А вот капексы…

СТРУЧКОВА: Вот. Потом, невнятные налоги. Все это в совокупности не вызывает должного интереса. Хотя, если посмотреть с точки зрения мультипликаторов, то наши именно нефтяные компании – они серьезно недооценены по сравнению с аналогами на международных рынках.

ДМИТРИЕВ: То есть они сейчас очень выгодны для покупки, да?

СТРУЧКОВА: По идее, да, но если мы посмотрим на цены, по которым они сейчас торгуются, – это уровень 2006 года. Либо ниже даже. То есть не особо выгодная это инвестиция, скажем так.

ДМИТРИЕВ: Понятно... Так, говорим о проблемах. Ну, проблемы, я так понимаю, связаны с зарубежными инвестициями. Это проблема номер один. Не идут сюда деньги, и связано это с некой внутренней…

СТРУЧКОВА: Да, я считаю, что сейчас наши компании, если по рынку смотреть… в отсутствие каких-то внутренних новостей все больше привязано к общемировым проблемам. Поэтому говорить о каких-то конкретных идеях в эмитентах сейчас, в принципе, не приходится. Там есть отдельные какие-то, но они настолько редки, наверное, что представлять их в качестве какой-то серьезной инвестиционной идеи не приходится. Мы уже давно не видели никаких идей, там, от глобальных инвестбанков. Раньше все время была какая-то определенная идея…

ДМИТРИЕВ: Да-да-да.

СТРУЧКОВА: …А сейчас такого нет. Сейчас все больше ориентируются на мировые рынки сырья, все больше внимания опять к той же Brent пресловутой, поэтому…

ДМИТРИЕВ: Но, с другой стороны, если с точки зрения, так сказать, практикующего трейдера рассуждать, может, это и лучше, может, это и проще. Никаких идей, не надо копаться в эмитентах, не надо отчетности анализировать. Вот есть цена на Brent, она растет – значит, нефтянка наша вперед, значит, покупаем. Цена Brent падает – значит, нефтянка наша вниз, значит, шортим или, там, закрываем все. Может, так проще?

СТРУЧКОВА: Но не все время наш рынок коррелирует с ценами на нефть. Бывает, что и вразрез идет. Все-таки надо тоже учитывать, что, допустим, если американский рынок пробивал максимумы, рос, невзирая, там…

ДМИТРИЕВ: Ни на что, да.

СТРУЧКОВА: …На экономику, да, то наш рынок уже очень давно стоял в боковике. И только сегодня он выше за 1470 по ММВБ. И еще не факт, что дальше продолжится восходящая динамика.

ДМИТРИЕВ: Что он там останется, да?

СТРУЧКОВА: Вся эта эйфория может быть однодневной, и потом он обратно может вернуться в этот боковик.

ДМИТРИЕВ: Ну, да, учитывая динамику просто, которую вот я сейчас периодически обновляю и смотрю, тут происходят какие-то сумасшествия… Евро/доллар уже 1,28! Правда, американцы, S&P так и стоит в районе…

СТРУЧКОВА: Сдержанно, я бы сказала, реагируют сегодня.

ДМИТРИЕВ: Да-да-да. А здесь… Золото уже 1740 за унцию!

СТРУЧКОВА: Но я считаю, что волатильность все равно сохранится в ближайшее время. Потому что, ну, что получилось? Что одни ожидания сменились другими.

ДМИТРИЕВ: Да.

СТРУЧКОВА: То есть по факту…

ДМИТРИЕВ: Да, ничего не произошло, никаких событий.

СТРУЧКОВА: Сейчас мы ждем 12 сентября, это ФРС, и решения по фонду ESM, утвердит его Конституционный суд Германии или нет. От этого дальше все будет плясать. Потом, в конце октября, саммит.

Все время ожидания. Поэтому будет высокая волатильность в любом случае.

ДМИТРИЕВ: Ну да… Так что, уважаемые коллеги, если вы нас слышите – готовьтесь, готовьтесь, готовьтесь, запасайтесь…

СТРУЧКОВА: Терпением.

ДМИТРИЕВ: …Терпением, не знаю, чем. При высокой волатильности… Волатильность, и есть слово еще такое авиационное – турбулентность, да?

СТРУЧКОВА: Да.

ДМИТРИЕВ: Когда в самолете трясет, запасайтесь… Чем там? Таблетками? Пакетами?

СТРУЧКОВА: Кто чем.

ДМИТРИЕВ: Да, чтобы сильно не пострадать… Хорошо, спасибо, Катя.

Саша, значит, по поводу отечественного рынка какие-то идеи конкретные может быть есть у тебя?

ПАСЕЧНИК: Ну, можно не конкретные идеи привести, а просто обрисовать картину – нефтегазовый сектор, как он живет, да?

ДМИТРИЕВ: Угу.

ПАСЕЧНИК: Почему он так сильно отличается у нас, грубо говоря, от тех же западных эмитентов? То есть почему он так сильно подвержен этой пресловутой волатильности?

Дело в том, что объемы настолько мизерны, что фактор внешнего влияния играет очень большую роль. То есть любой мало-мальски крупный, там…

ДМИТРИЕВ: Фонд.

ПАСЕЧНИК: …Да, фонд или какая-либо сделка могут двигать рынок. Вопреки каким-то позитивным либо негативным новостям. То есть зачастую мы слышим что?

Допустим, берем «Роснефть». Екатерина правильно сказала. В 2006 году цена размещения «Роснефти» составляла, там, 7,65 доллара за акцию, IPO, да? Сейчас «Роснефть» при прочих равных стоит ниже 7 долларов. Это катастрофа!

ДМИТРИЕВ: Спустя 6 лет тем более, да?

ПАСЕЧНИК: Да. Но заметим, что был период, когда она превышала и 10 долларов, а был период, 2008-2009 годы, когда был локальный минимум, и многие думали о поглощении «Роснефти», их акции стоили ниже 3 долларов.

То есть вот этот разброс – он, конечно, колоссальный и говорит о том, что все-таки риски нашего фондового рынка весьма значительны…

ДМИТРИЕВ: Ну, конечно.   

ПАСЕЧНИК: …И он очень сырой и несформировавшийся, если мы сравниваем его с западными компаниями.

Но, в том числе, здесь ведь есть и позитивная мотивация: то есть для спекулянта чем больше шатает, тем больше шансов…

ДМИТРИЕВ: Да, движение – это жизнь, да?

ПАСЕЧНИК: …Да, прирастить свои объемы.

ДМИТРИЕВ: С точки зрения спекулянта, движение рыночной цены…     

ПАСЕЧНИК: Но вопрос в том, что алогизмы присутствуют, на алогизмах выиграть практически невозможно. Выигрывает только глобальный, крупный инвестор, а вся мелочевка, грубо говоря, зачехляет свои депозиты, вот и все.

ДМИТРИЕВ: Ну да.

ПАСЕЧНИК: И я не думаю, что на российском рынке надо быть каким-то гуру, чтобы что-то зарабатывать. Мне кажется, что это очень сложно. Для частного инвестора. Как мне видится, да?

Я вообще в фондовые рынки не особо, грубо говоря, верю. То есть это все-таки не наш профиль, по большому счету.

ДМИТРИЕВ: Ну, ваш профиль – это сырьевые площадки, сырьевые активы, да?

ПАСЕЧНИК: И не сырьевые, нет. Я имею в виду, что фондовый рынок как таковой, сырьевой или эмитенты определенные – это все-таки своего рода эфемерные такие моменты. То есть их мы не столь изучаем. Нас все-таки больше интересует влияние политических факторов, геополитики на отрасль в целом и расчет именно политических рисков для тех же самых нерезидентов, которые приходят в наш ТЭК.

Кстати, замечу, что не все так плохо, у российского энергетического комплекса, несмотря на негативные примеры, есть и факты успешности. То есть «Роснефть» заключает стратегический альянсы, продолжает, со «Statoil», с «ExxonMobil». Просто здесь контрастирует недавний провал «Газпрома» в проекте «Штокман». То есть отказ «Statoil» от доли, возврат акционерного пакета компании и отсрочка инвестиционного решения по проекту. Это, конечно, добавляет общего негатива. Но здесь есть два фактора, почему это произошло.

В принципе, это все-таки обосновано политическим решением…

ДМИТРИЕВ: Прежде всего политическим решением, да?

ПАСЕЧНИК: Объясню почему. То есть «Штокман» не получил льгот для нерезидентов, которые не раз декларировались, что вроде как скоро-скоро, но финальная резолюция так и не была дана. А конкурирующий проект «Новатэка», «Ямал СПГ», получил льготы. То есть, по сути, ставка сделана на развитие независимого производителя «Новатэк». Вот в данном конкретном случае. Получается, что здесь нужен был стратегический выбор, и этот стратегический выбор был сделан в пользу «Новатэка».

И заметим, что французская «Total» участвует как в «Штокмане», так и в проекте «Новатэка». И         «Total» свою долю не вернула, в отличие от «Statoil», по «Штокману». И, опять же, у «Total» теперь во временном пространстве больше шансов. То есть одновременно развивать два проекта было не под силу в связи с финансовыми ограничениями и в связи с физическими ограничениями. А теперь «Total» может спокойно делать ставку на «Ямал СПГ», плюс есть у «Новатэка» существенный потенциал вплоть до выхода на статус экспортера. То есть следующий шаг это, по сути. Заявка ведь уже была, с немцами уже есть контракт по газу. Ну, и дальше больше, наверное, все-таки о статусе экспортера можно будет говорить в будущем. Ну, возвращаясь, как вы говорите, к эмитентам, да? То есть вот «Новатэк», если в стратегическом разрезе смотреть, должна быть ультрапривлекательной для инвесторов. Вопрос в том, перекуплен ли «Новатэк» сейчас, да? То есть вопрос в том, какова его нынешняя стоимость, адекватна или неадекватна. Вот в чем дело.

Ну и, если мы смотрим, опять же, на «Роснефть» и сравним ее с «ExxonMobil», то по запасам при прочих равных условиях у «ExxonMobil» запасы кратно ниже, чем у «Роснефти». А стоимость при этом кратно выше. Ну, запасы сопоставимы, но стоимость «ExxonMobil», капитализации ее в 4-5 раз превышает капитализацию «Роснефти». И получается, Катерина правильно сказала, «Роснефть» очень серьезно недооценена, очень серьезно. И руководство «Роснефти» в лице Игоря Ивановича Сечина неоднократно заявляло, что в ближайшее время будет кратный рост дивидендов, и это стимулирует и рост капитализации компании, ее гармоничное развитие. Особенно вот эти арктические проекты в Карском море они могут на самом деле дать какой-то импульс. Ну и не знаю, как тут повлияет вопрос приватизации, понимаете? То есть если приватизировать, опять же, в угоду каким-то политическим кланам, то тут, может быть, цена и не должна быть высокой, да? А с другой точки зрения, с позиции государства, цена, наоборот, должна быть высокой, чтобы выручить как можно большие деньги. То есть здесь куча противоречий.

ДМИТРИЕВ: Ну, понятно… Я прошу прощения, мы будем потихоньку заканчивать, время уже подходит к финалу. Соответственно, буквально две фразы по поводу того, что в краткосрочной перспективе ожидает наш нефтегазовый сектор. Ну, или цены на сырье, как мы об этом говорили… Катя?

СТРУЧКОВА: Что касается цен на сырье, если мы отбросим ожидания действий центробанков, и, соответственно, если геополитическая премия потихонечку сойдет на нет, то в районе 100 долларов за баррель Brent должно быть.

ДМИТРИЕВ: Все, спасибо огромное, дорогие друзья, не успеваю попрощаться – успехов на рынке, увидимся!

Источник: Финам ФМ, 07.09.2012 


Специальный доклад:

Организация внутреннего рынка газа в России: тактика «малых дел»

Аналитическая серия «ТЭК России»:

Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2020 году и перспективы 2021 года
«Газпром»: жизнь после эпохи «больших строек»
«Газпром» близок к завершению главных газопроводных строек прошлого десятилетия. Запущены в эксплуатацию «Сила Сибири» и «Турецкий поток». «Северный поток-2» построен более чем на 90 % и должен быть завершен в ближайшие месяцы. Поступательно идет процесс разработки ресурсной базы на Ямале и в Восточной Сибири. В то же время конъюнктура на рынках газа – из-за второй теплой зимы в Европе подряд, опасений транзитного кризиса на Украине, пандемии COVID-19 и притока СПГ – вышла из-под контроля и достигла глубин, невиданных в последние 20 лет.
Налоговое регулирование нефтегазового комплекса: выбор приоритетов
Арктика: новый государственный приоритет
Арктика постепенно становится одной из основных экономических ставок. Арктика должна обеспечить загрузку Северного морского пути, создать спрос на продукцию российского машиностроения и новые рабочие места. При этом углеводороды, по сути, единственный реальный арктический сюжет. На первый план выходят не рентабельность и реальная окупаемость проектов, а их вклад в поддержание экономического роста государства. Поэтому и развивается «арктическая гигантомания».
Импортозамещение в нефтегазовой отрасли: мифы и реальность
Процесс импортозамещения был по-серьезному запущен после введения санкций 2014 года. Шесть лет – солидный срок, чтобы подвести предварительные итоги. С одной стороны, цифры не такие уж плохие – отрасль зависит от импорта уже меньше чем наполовину. С другой – это «средняя температура по больнице». И еще вопрос, что же считать именно российским оборудованием, с учетом активного использования иностранных комплектующих и особенно программного обеспечения. Видны примеры действительно успешного импортозамещения – но есть и не менее очевидные провалы.

Все доклады за: 2021, 20, 19, 18, 17, 16, 15, 14, 13, 12, 11, 10, 09, 08, 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики