Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > Дальний Восток — дело тонкое

Дальний Восток — дело тонкое

Россия прилагает усилия, чтобы стать заметным игроком на энергетическом рынке Азиатско-Тихоокеанского региона. Однако добиться этого будет очень нелегко

Запуск второй нитки нефтепровода Восточная Сибирь — Тихий океан (ВСТО-2), намеченный на вторую половину декабря, преподносится российским руководством как важное событие, которое должно укрепить позиции России на нефтяном рынке стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР).

Надо признать, что на сегодня позиции эти довольно скромные. В 2011 году российские поставки нефти в регион не превысили 30 млн тонн, из которых 4—5 млн тонн пришлось на танкерные поставки в США. Для сравнения: Китай импортировал в прошлом году 328 млн тонн, Япония — 222 млн тонн (по данным отчета BP Statistical Review of World Energy). В целом Россия занимает не более 4% импортных рынков нефти стран АТР.

Если взять более свежие данные за 2012 год, то можно увидеть, что из прокачиваемых «Транснефтью» в восточном направлении примерно 210 млн тонн будет экспортировано чуть менее 31 млн тонн (то есть менее 15% экспортных поставок по трубопроводам компании и около 13% от общих экспортных поставок России). Примерно половина всех поставок идет по трубопроводу в КНР, остальное отгружается через порт Козьмино (конечная точка ВСТО). В следующем году через Козьмино планируется отгрузить лишь 21 млн тонн нефти, из которых 3 млн тонн привезут в этот порт по железной дороге, то есть в 2013 году новая труба мощностью 30 млн тонн в год будет заполнена на 60%, а общий же объем поставок в Козьмино по сравнению с уровнем текущего года вырастет незначительно. Затем, с началом полноценной работы трубопровода ВСТО-2, экспорт на Восток может возрасти в полтора раза и составить до 20% от всего экспорта страны. «Но даже эти объемы составят очень малую долю необходимых АТР импортных поставок нефти. Только три крупнейшие страны Азии — Китай, Индия и Япония — импортируют в совокупности 728 млн тонн», — сообщил «Профилю» начальник аналитического отдела инвестиционной компании «Церих Кэпитал Менеджмент» Николай Подлевских.

Основные причины, по которым экспорт российских энергоносителей в восточном направлении затруднен, заключаются не только в больших расстояниях, которые приходится преодолевать, но и в высокой стоимости разработки восточносибирских месторождений, питающих восточную трубу.

«На обустройство Ванкорского месторождения, которое является основным источником нефти для поставок на Восток, «Роснефть» к началу 2012 года потратила более 350 млрд рублей, а весь проект оценивается в сумму около 800 млрд рублей», — отмечает нефтегазовый аналитик УК «Альфа-Капитал» Дмитрий Чернядьев. Строительство двух очередей ВСТО с ответвлением в Китай стоило «Транснефти» более 600 млрд рублей.

Очевидно, что компании рассчитывают вернуть инвестиции за счет расширения экспорта, но тут тоже есть определенные проблемы. Дело в том, что для получения финансирования российским компаниям пришлось обратиться за помощью к покупателю российской нефти — Китаю, — что привело к попаданию от него в зависимость. Сейчас это одна из главных проблем, на которую указывают эксперты, говоря о восточных энергетических проектах России. «Мы поставляем нефть по долгосрочным контрактам в Китай по заниженным ценам, — заявил «Профилю» экономист, член научного совета и президиума Российского совета по международным делам Владислав Иноземцев. — Это объясняют политикой и не комментируют; причина в том, что «Роснефти» всякий раз нужны были деньги накануне начала поставок, и китайцы давали ей кредиты, настаивая на скидках и фиксации цены». По словам эксперта, был другой путь решения проблемы: у китайцев существует практика, когда они сами строят трубопроводы в странах, откуда получают ресурсы, — можно было бы этим воспользоваться. «Так было и в Туркмении, и в Бирме, и в Узбекистане, но России все эти примеры не указ, — говорит Владислав Иноземцев. — Мы блюдем свой суверенитет и не хотим, чтобы у нас строили быстрее и дешевле, чем это делаем мы сами, поэтому мы сначала занимаем, а потом отдаем».

Напомним, что соглашение между Россией и Китаем на предоставление китайской стороной «Роснефти» и «Транснефти» $25 млрд было подписано в 2009 году. Гарантиями кредита стали поставки нефти в размере 15 млн тонн ежегодно в течение 20 лет начиная с 1 января 2011 года. Кредит был назван наблюдателями беспрецедентным по масштабам — эксперты отметили, в частности, что он превышает объем заимствований России у МВФ в 1990-е годы. Но еще более острую критику вызвала непрозрачность документа. Формула цены и объем дисконта, предоставляемого Китаю, не озвучивались. Однако первые поставки позволили аналитикам сделать некоторые оценки: средняя цена барреля составила чуть более $60, в то время как мировая цена нефти находилась на тот момент на уровне $95. Таким образом, недополученные российскими компаниями доходы были оценены в $3,7 млрд в год, а за 20 лет с учетом текущей динамики цен эта цифра может вырасти до $100 млрд. Естественно, что крупные суммы недополучит и федеральный бюджет.

В чем-то похожая ситуация складывается и с поставками в страны АТР российского газа. Согласно уже упоминавшемуся отчету BP Statistical Review of World Energy, все страны Тихоокеанской части Азии импортировали в 2011 году 250,5 млрд кубометров газа. Россия экспортировала в этом направлении только сахалинский газ — объемом 14,4 млрд кубометров. Таким образом, доля страны на рынке газа в регионе составила 5,75%. Однако в «Газпроме» полны оптимизма. Как заявил недавно заместитель председателя правления «Газпрома» Александр Медведев, «азиатские страны способны стать потребителями российского газа, сопоставимыми по объемам с европейскими. Уже сегодня АТР представляет собой премиальный рынок — там готовы платить за газ больше, чем на торговых площадках в США и Европе». Руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник отмечает, что восточная программа — «это рычаг давления на устойчивый рынок в ЕС, где у нас есть определенные проблемы».

Однако далеко не все эксперты верят, что Запад можно напугать такими заявлениями. «В Европе в последнее время появляются намного более дешевые предложения, чем российские, в основном наш рынок забирают Катар и Ливия, и «Газпром» мало что может им противопоставить, — считает Владислав Иноземцев. — Однако же в Европе прекрасно понимают: газопровода в Китай у России нет, и никто газ по таким ценам на Востоке покупать не собирается. Да и сама Россия столкнется с большими трудностями, чем Европа, в случае если перекроет туда поставки. Деньги-то нужнее нам…»

«Газпром» реализует свою восточную газовую программу по специальному правительственному поручению. В Дальневосточном округе создаются центры добычи, построена труба Сахалин — Хабаровск — Владивосток, рассматривается возможность строительства газопровода в Китай и Южную Корею. Программа также предполагает разработку Чаяндинского месторождения в Якутии, возведение завода по производству сжиженного природного газа (СПГ) на Дальнем Востоке и строительство трубопровода, связывающего месторождение с заводом. Совокупные расходы на реализацию этих проектов оцениваются компанией в $45 млрд. «Восточная программа может обойтись монополисту в сумму более 1,2 трлн рублей. На обустройство Чаяндинского месторождения газовый гигант собирается потратить около 430 млрд рублей, а на строительство газопровода из Якутии до Хабаровска и Владивостока — еще 770 млрд рублей», — уточняет Дмитрий Чернядьев.

В то же время эксперты считают существующие оценки затрат заниженными, и говорят, что расходы могут составить $60 млрд. При этом, как подчеркивает Дмитрий Чернядьев, в отличие от «Роснефти» и «Транснефти», хотя бы имевших на руках готовый, пусть и не сильно выгодный контракт с Китаем, «Газпром» «решил строить трубопровод и разрабатывать Чаяндинское месторождение, не имея никаких договоренностей насчет того, кто будет покупать у него газ».

Впрочем, официальный представитель «Газпрома» Сергей Куприянов заверил «Профиль», что у компании есть представление о потенциальных партнерах и переговоры идут полным ходом.

Пока эксперты позитивно оценивают только проект «Сахалин-2», в рамках которого ведется добыча газа на шельфе, осуществляется его сжижение и поставка в страны АТР. Напомним, что несколько лет назад российские власти фактически вынудили акционеров проекта — Shell и его японских партнеров — продать контрольный пакет «Газпрому». «Только благодаря Сахалину мы поддерживаем уровень добычи газа в стране и выходим на рынок сжиженного газа — самый перспективный в современном мире», — полагает Владислав Иноземцев. Необходимость развивать не только трубопроводное направление, но и более активно работать на рынке СПГ отмечает и Александр Пасечник, но пока в реальном продвижении на восток у «Газпрома» есть пробуксовки, признает эксперт. «Дальше все будет зависеть от того, удастся ли менеджменту четко следовать недавно принятой инвестпрограмме. Есть риск, что конъюнктура газового рынка будет сложной, экспортная выручка снизится, и тогда придется корректировать планы или просить у государства фискальных преференций», — заключает он.

Объясняя мотивы государства, чиновники часто ссылаются на необходимость не столько получить быстрые деньги от продажи нефти и газа в Китай и другие страны АТР, сколько застолбить себе место на этом рынке на далекую перспективу. Перспектива эта действительно неплохая. «По итогам прошлого года доля потребления нефти Китаем составила 11% от мирового потребления, его доля в мировой нефтепереработке — около 11,7%, и эти цифры будут расти», — говорит нефтегазовый эксперт аналитического агентства «Инвесткафе» Юлия Войтович. Еще более внушительно выглядит газовый аппетит Китая: по прогнозам Международного энергетического агентства, спрос на газ в Китае к 2035 году увеличится в 1,5 раза — до 634 млрд кубометров, причем импорт природного газа, что особенно значимо для России, к 2030—2035 годам вырастет до 200—300 млрд кубов. В свою очередь, российская энергетическая стратегия предусматривает, что доля стран Азии в общем экспорте газа РФ к 2030 году увеличится с 5% до 25%, а в российском экспорте нефти к тому же сроку — с 5% до 30%.

Многие эксперты сомневаются в реальности этих задач. Проблема не только в отсутствии развитой инфраструктуры поставок, но и в возможности наполнения трубы. Одна из основных причин пробуксовки восточной стратегии в том, что ее реализуют, по сути, две госкомпании — «Роснефть» и «Газпром», — нагруженные зачастую политическими задачами, при этом сил и средств на развитие собственно бизнеса не хватает. Как заявил «Профилю» эксперт по нефтедобыче, пожелавший сохранить анонимность, способы разработки и методы, которые применяются на старых месторождениях, оставляют желать лучшего и ведут к быстрому истощению разрабатываемых участков. В таких условиях делать прогноз до 2030 года — дело неблагодарное. Новые же месторождения, равно как и применение новых технологий, требуют серьезных финансовых вливаний и помощи опытных международных компаний. «У нас же к иностранным инвесторам отношение, выражаясь дипломатическим языком, более чем настороженное», — говорит собеседник «Профиля». На первых порах, пока на проектную мощность не выйдет Ванкор, неплохим подспорьем для ВСТО-2 могли бы служить ханты-мансийские и томские месторождения, однако работа в этих регионах не дает права на получение экспортных льгот, а потому выгода компаний-операторов от спасения восточного канала «Транснефти» сомнительна.

Ситуация в чем-то напоминает газпромовский «Северный поток»: вторая нитка построена, а заполнять ее нечем. И, как и в случае с этим газопроводом, логику восточных проектов России по большей части объясняет не экономическая целесообразность, а имиджево-политическая составляющая. Восточное направление позволяет российским переговорщикам время от времени напоминать европейским партнерам, что они далеко не единственные импортеры нашей продукции.

При этом никто в принципе не спорит с тем, что промедление с экспансией в АТР опасно — рынок весьма конкурентен, и все новые и новые страны выходят на него со своими объемами углеводородов. Так, среднеазиатские страны уже не один год продают газ в Китай, а «Газпром» все еще ведет переговоры. В результате, несмотря на все усилия, Россия может остаться локальным игроком, так и не достигнув заявленных целей и впустую потратив десятки миллиардов долларов: доля нашей страны в экспорте углеводородов в ведущие государства региона останется невысокой и будет исчисляться несколькими процентами.

Откидное место

Экономические позиции России в Азиатско-Тихоокеанском регионе в целом выглядят пока не слишком убедительно.

В прошлом году валовой региональный продукт выходящих к Тихому океану областей и краев составил 1,1 трлн рублей, это соответствует ВВП Брунея и Папуа — Новой Гвинеи. В Дальневосточном федеральном округе живут всего 6,2 млн человек и производится 4,1% российского ВВП. Подушевой региональный продукт составляет здесь $7,7 тыс., тогда как в Южной Корее — $23,7 тыс., в Австралии — $40,2 тыс., в Японии — $44,9 тыс. Россия продала в минувшем году в страны — члены АТЭС товаров на $92,9 млрд, а купила у них на $103 млрд. Суммарно эти цифры обеспечили всего 2,4% взаимного товарооборота 21 государства — члена ассоциации. Российские тихоокеанские порты в 2011 году перевалили 1,4% грузов, обработанных на берегах Тихого океана.

Автор: Евлалия Самедова

Источник: Профиль, 18.12.2012


Аналитическая серия «ТЭК России»:

Американский сланец: жизнь в эпоху Трампа
Новый американский президент четко обозначил свои приоритеты в области энергетики, назвав ВИЭ пустой тратой денег и открыто сделав ставку на углеводороды. Это отличная новость для американских сланцевых компаний, как и существенный рост нефтяных цен на мировом рынке в 2017 и особенно в начале 2018 годов. Всем интересно, сколько нефти США на самом деле способны добывать. А ведь есть еще тема сланцевого газа. Соединенные Штаты слишком агрессивно рекламируют резкий рост производства СПГ, что невозможно без существенного увеличения добычи газа – опять же сланцевого.
Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2017 году и перспективы 2018 года
«Газпром» на внутреннем и внешнем рынках газа: как поделить газовый «пирог»
Положение «Газпрома» весьма противоречиво. С одной стороны, после нескольких лет сокращения добычи из-за обострения конкуренции на внутреннем рынке и негативных тенденций на рынках внешних «Газпром» вновь наращивает производство газа. И ставит рекорд за рекордом на европейском рынке, покрывая дополнительный спрос. Атаки независимых производителей, требующих реформирования отрасли или хотя бы их допуска к трубопроводному экспорту, были в очередной раз отбиты. Компания получила некоторую передышку. С другой стороны, политическое сопротивление «Газпрому» в Европе только усиливается. Разворачивается финальная схватка за позиции на европейском рынке в будущем. Оппоненты бросают все силы на то, чтобы остановить или затормозить строительство «Северного потока - 2». Да и внутренние производители газа сдаваться не намерены. Кроме того, серьезно ухудшилось финансовое положение «Газпрома».
Российский нефтегаз в 2025 году: картина будущего
Все мы хотим знать, что ждет нефтегазовую промышленность в ближайшие годы. Известны два основных подхода к будущему, в том числе и будущему нефтегазовой промышленности. Первый – попытаться понять, что же ждет отрасль впереди исходя из текущих трендов. Второй - заняться конструированием этого самого будущего. Начертать план, которому нужно следовать, чтобы избежать проблем и минимизировать риски. Новый доклад ФНЭБ позволит понять, у каких развилок стоит отрасль и по какому пути нефтегазовую промышленность пытаются провести.
Фискальные новации: от налогового маневра к новым экспериментам

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики