Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > Тегеранский ребус для Путина

Тегеранский ребус для Путина

Российско-иранские отношения сложно спрогнозировать на долгосрочную перспективу

Помощник президента России Юрий Ушаков сообщил, что Владимир Путин посетит 23 ноября Иран, где примет участие в форуме стран-экспортеров газа. Предусмотрены двусторонние контакты с лидерами стран-участниц, а также контакты с принимающей стороной. Конечно, России с Ираном есть о чем серьезно говорить. Москва внесла немалый вклад в переговорный процесс «шестерка-Иран» по ядерному досье, который завершился успешно. Тегеран выводится из международной изоляции и режима санкций. Это, по мнению президента ИРИ Хасана Рухани, может состояться до конца года, когда наступит «день исполнения» (implementation day). Сенат США уже отказался голосовать по резолюции, блокирующей ядерное соглашение с Ираном. А президент Барака Обама квалифицировал это событие как «историческое».

«Шестерка» отлично понимала, что соглашение изменит расклад сил на Большом Ближнем Востоке, включая Закавказье. Но как? Эксперты Stratfor вводили первым пунктом в ближневосточную повестку дня американо-иранские отношения, полагая, что переговоры будут касаться не только ядерной программы ИРИ, но и всего спектра региональных вопросов, включая Сирию, Ирак, Ливан и Афганистан. При этом они, рассматривая разные сценарии развития событий, были уверены в том, что Иран не откажется от своей региональной стратегии по поддержке шиитов в Сирии и Ираке. Не добившись каких-то компромиссных решений на этих направлениях, Вашингтон мог бы заблокировать соглашение. Однако на венских переговорах Россия и США действовали в тандеме. Потом Барак Обама заявил в интервью New York Times: «Мы бы не достигли этого соглашения, если бы не готовность России работать вместе с нами и другими членами «шестерки» над заключением сильных договоренностей».

Стороны переговорного процесса учитывали, что достижение конкретных договоренностей ведет не только к отмене действующих против Ирана санкций, но и к смене геополитической декорации на Ближнем Востоке. Так, левое турецкое издание Milliyet было уверено в том, что после Венского соглашения «Иран станет двигаться в сторону США, вступая в период пост-договорной дипломатии, решать сложные проблемы в регионе с позиции единой коалиции в условиях, когда партнеры США в регионе — Израиль и Саудовская Аравия и не очень громко Турция — были против вывода Ирана из изоляции». Если с этой позиции проанализировать публикации прогнозов американских разведывательных ведомств (Национального совета по разведке, НСР) и аналитических агентств (Stratfor, «Евразийская группа»), констатировавших два фактора — конкуренция с Россией в борьбе за сферы влияния на Ближнем Востоке — в целом, и в Иране — в частности, а также заинтересованность администрации Обамы в переговорах с Тегераном — то Венское соглашение производит странное впечатление. Хотя бы потому, что не выглядит очевидной целью, во имя которой Вашингтон решил пожертвовать интересами своих союзников.

По большому счету, не все ясно и с выгодами России, если вывести за скобки военно-политический альянс с Ираном в Сирии. Тем более что доминирующую роль в борьбе с «Исламским государством» (ИГ — структура, запрещенная в России) отводится все же России и возглавляемой США международной коалиции. В принципе России, как и другим нефте-газодобывающим странам, было выгодно сохранение статус-кво — санкции консервировали возможности потенциального энергетического конкурента на мировом рынке. В частности, на Каспии лучше было бы иметь дело со слабым (по сравнению с Ираном) Азербайджаном, хотя он натягивает на себя тогу конкурента «Газпрома», выступая с проектом Транскаспийского газопровода. «Одно дело — использовать иранский фактор для срыва строительства транскаспийского трубопровода, — считает директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов. — А другое — столкнуться с растущей мощью Ирана на Каспии. Тем более что в Иране проживает больше азербайджанцев, чем в самом Азербайджане — стране сложной, где уже стагнирует добыча нефти и, как следствие, доходы бакинского бюджета оказываются под угрозой. Так что Баку может столкнуться с Тегераном». Тем не менее Россия и США, решив через Венское соглашение (при разной мотивации) свои тактические задачи, переносят уже на иранское поле стратегию соперничества и возможного сотрудничества.

Существует версия о том, что США, которые негласно сотрудничали с Ираном в Ираке и Афганистане, пытаются пока косвенно втянуть его в большую войну на Ближнем Востоке: хотя интересы Тегерана представлены в военном и в других отношениях в Ираке, Сирии, Йемене и Афганистане. Иран уже воюет. Другое дело, что санкции против него определялись Западом в большей степени через разыгрывание «карты» его ядерной программы. Причем с неизменной составной частью, которая включает вопросы прав человека, демократизации режима и с «привязкой» к проблемам терроризма. Поэтому для правящих элит Ирана «Венский пакт» означает куда больше, чем просто итоговое соглашение по ядерной программе.

Судя по некоторым косвенным признакам, если сегодня весомым основанием для сближения Москвы и Тегерана является общность их взглядов на ситуацию в Сирии, обострение противоречий России с Западом, прежде всего с США, то завтра все может выглядеть иначе. Маятник может качнуться в другую сторону, если станет девальвироваться стратегическая ценность Сирии, а Иран откажется от прямой конфронтации с Западом. Вот почему сложно спрогнозировать в долгосрочной перспективе российско-иранские отношения.

Визит президента России Владимира Путина в Иран обещает стать «знаковым». Что же касается Азербайджана, то туда с визитом прибыл директор Управления по делам Ирана в Госдепартаменте США Стив Феджин. По его словам, после снятия ограничений с Тегерана, «санкции, введенные Вашингтоном в связи с поддержкой ИРИ терроризма, дестабилизацией обстановки на Ближнем Востоке, нарушением прав человека, останутся в силе». Это — уже двойной сигнал Баку и Тегерану. Так создается тегеранский ребус, который скоро придется вновь решать мировым политикам.

Автор: Станислав Тарасов

Источник: ИА REGNUM, 14.11.2015


Специальный доклад:

Организация внутреннего рынка газа в России: тактика «малых дел»

Аналитическая серия «ТЭК России»:

Новая сделка ОПЕК+ и будущее нефтяного бизнеса в РФ
Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2019 году и перспективы 2020 года
Традиционно мы завершаем год итоговым докладом, обобщающим основные события и тенденции прошедшего года. 2019 год четко обозначил новую роль нефтегазового комплекса в России. Теперь это не просто главный донор российского бюджета, но прежде всего основная надежда на разгон экономического роста. Государство окончательно сделало в экономической политике ставку на большие проекты в кейнсианском стиле. Идеи улучшения институтов оставлены до лучших времен - на это просто нет времени, нужен быстрый результат.
«Газпром» на фоне внешних и внутренних вызовов
2019 год оказался для «Газпрома» весьма нервным. Внутри компании впервые с 2011 года прошли масштабные кадровые перестановки, затронувшие основные направления деятельности и ставшие продолжением внутренней реструктуризации блока, ответственного за ключевые стройки и систему закупок. На внешнем контуре весь год продолжался «сериал» под названием «будущее транзита через Украину» и закончившийся подписанием контрактов буквально 31 декабря. Его сопровождали яростные битвы вокруг «Турецкого потока» и «Северного потока-2». В итоге первый будет открыт 8 января 2020 года, а второй в самом конце 2019 года попал под американские санкции – пока в нем «дырка» в 160 км по двум ниткам. Зато на восточном векторе совершен серьезный прорыв – заработал газопровод «Сила Сибири».
Фискальная политика в нефтегазовом секторе: жизнь в режиме Википедии
Налоговая система в нефтегазовом комплексе продолжает испытывать радикальные изменения. 2019 год начинался с введения нового налогового режима – налога на дополнительный доход. Этот эксперимент должен был начать перевод нефтяной индустрии на новаторский принцип налогообложения: с прибыли, а не с выручки. Казалось бы, найдена новая магистральная дорога. Однако уже в 2019 году Минфин начал откровенное наступление на НДД. Страх выпадения доходов из бюджета здесь и сейчас гораздо сильнее угрозы обвалить нефтедобычу в среднесрочной перспективе из-за нестимулирюущей инвестиции налоговой системы. Минфину гораздо симпатичнее ускорение налогового маневра, которое приносит в бюджет дополнительные деньги. Нефтегазовые компании отвечают на это частным лоббизмом – попыткой пробить для своих проектов особые условия.
Украинский газовый узел – развязка близка
Меньше месяца остается до «часа X»: в 10 утра 1 января завершают свои действия договоры на транзит газа через Украину, а также на поставку российского газа в эту страну. Российско-украинские переговоры держат в напряжении весь европейский газовый бизнес. Все ждут новой «газовой войны». Есть ли еще шанс договориться? А если нет – справится ли «Газпром» со своими обязательствами по доставке газа в Европу? Блефует ли Россия, уверяя, что новая инфраструктура и газ в подземных хранилищах позволят ей обходиться без украинского транзита уже в ближайшую зиму? И что произойдет в начале 2020 года с самой Украиной? На эти вопросы мы пытаемся ответить в нашем новом докладе.

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики