Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > «Хуже не будет». Почему иранская нефть не убьет российскую экономику

«Хуже не будет». Почему иранская нефть не убьет российскую экономику

После того как ЕС и США сняли санкции с Ирана, цена нефти Brent составила 28,31 доллара за баррель, бумаги российских компаний нефтегазового сектора упали более чем на 4-5 процентов. Представитель Ирана в ОПЕК заявил, что страна намерена повысить суточную добычу нефти на 1 миллион баррелей в течение этого года. Чем это грозит российскому нефтяному сектору и рублю, рассказали аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков, финансист Андрей Мовчан, политолог-исламовед Алексей Малашенко и другие

Игорь Юшков, ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, преподаватель Финансового университета при правительстве РФ:

Возможность европейских компаний покупать нефть в Иране не означает, что Иран сейчас зальет весь мир своей нефтью и усугубит и без того непростую ситуацию на рынке. После введения санкций Иран поменял рынок сбыта — перенаправил большую часть своей нефти из Европы в Китай и Индию. Поэтому вряд ли после снятия ограничений Иран начнет добывать больше нефти и поставлять ее в ЕС. Он хвастается тем, что на миллион баррелей в день повысит добычу, но как он это сделает, если страна не вкладывала в это деньги? С одной стороны, после снятия санкций разблокируются активы страны, составляющие порядка 50 миллиардов долларов, но с другой стороны, эти запасы денег нужны для покрытия дефицита бюджета, поэтому далеко не факт, что разблокированные деньги пойдут на увеличение нефтедобычи. Ирану нужен новый нефтесервис — компании, которые приедут, пробурят, научат местных технологов пользоваться новой техникой и технологиями.

Вложатся ли в месторождения Ирана европейские и американские компании — большой вопрос: нефть дешевеет, а значит, инвестиции будут отбиваться долго или не отобьются вовсе. Тем более Иран, как и до введения против него санкций, остался теократическим государством, во главе страны сидит аятолла, и неизвестно, что ему придет в голову. Иран — непредсказуемый игрок, никакие инвестиции не застрахованы от национализации, поэтому эта страна не такой уж лакомый кусочек, каким она старается себя показать.

Иран вдобавок хочет развивать газовую программу, а это значит, что ему необходимо строить сеть газопроводов через всю страну, чтобы поставить газ от месторождений на юге к северной границе. Несмотря на то что у Ирана одни из крупнейших запасов газа в мире, он не может сам себя обеспечить из-за слаборазвитой газотранспортной системы: объем газа, который Иран закупает в Туркмении, равен половине объема, экспортируемого им же в Турцию.

Для России снятие санкций с Ирана по вышеописанным причинам пока не значит ничего — для нас важно постоянное падение цен на нефть, которое мы наблюдаем с позапрошлого года. Частные компании сократили инвестиционные программы, связанные с добычей российской нефти, следовательно, через 5-7 лет мы не получим новой нефти. Меж тем месторождения, находящиеся в Западной Сибири, постепенно истощаются и объем производства уменьшается. Компенсировать это особо нечем.

Алексей Малашенко, исламовед, политолог, член научного совета Московского центра Карнеги:

 

За президентом Ирана Хасаном Рухани стоят серьезные политические элиты, особенно в Тегеране и в больших городах, так что у него достаточно сил. Его противники — аятоллы, основной из них рахбар Хаменеи, религиозный лидер Ирана. Однако Хаменеи обладает меньшей популярностью, чем президент Рухани. Корпус Стражей Исламской революции расколот, одна его часть поддерживает Рухани, другая нет. В Иране устали от радикалов типа Ахмадинежада, стране нужны реформы, которые Рухани и пообещал. В мусульманском мире у него есть авторитет, он безусловный лидер региональной державы. Однако не стоит забывать, что он шиит. Иран в коалиции с Россией и ливанским «Хезболлах» поддерживал режим в Сирии, что не может не раздражать арабов.

Теперь, когда Иран открывается после снятия санкций, он получает возможность не то чтобы выбирать, но балансировать между Россией и Западом. Было время, когда из всей еврохристианской коалиции Россия помогала Ирану в период его трений с Западом, особенно с американцами, однако сейчас необходимость такой помощи снята. Но у нас все равно неплохие экономические отношения с Ираном. Между Россией и Западом появится конкуренция за экономическое присутствие в этой стране. Сейчас с нашей стороны обсуждается возможность инвестиций в размере 5 миллиардов долларов. На каких условиях эти деньги могут быть переведены — пока непонятно. Нам поддерживать иранскую нефть совершенно ни к чему, тем более компании Total и Shell уже там, в Иране. Впрочем, наши технологические изыскания в области нефтедобычи Ирану неинтересны, поскольку 75% всех наших вышек были построены при советской власти.

Андрей Мовчан, финансист, сопредседатель наблюдательного совета ИК «Третий Рим»: 

Снятие санкций с Ирана — это давно уже публичная информация. На сегодняшний день из этой ситуации уже выжали все, что можно, и сегодня нефть уже даже немного растет в цене.

Иран в лучшем случае сможет поставлять на рынок полтора миллиона дополнительных баррелей в день; он поставляет почти в семь раз меньше, чем Саудовская Аравия, а спрос на рынке уже сейчас превышает предложение, которое составляет около трех миллионов баррелей в день. Да и потребление нефти растет, потому что чем она дешевле, тем выгоднее ее потреблять, и заменители нефти в такой ситуации становятся экономически невыгодны. Так что, если никаких неожиданностей не случится, то, скорее всего, ниже сегодняшних цены не опустятся. Может, они понизятся еще чуть-чуть, но в итоге должны будут двинуться в обратную сторону — до диапазона 40-50 долларов за баррель, а затем, может, и до диапазона 50-60 долларов. Произойдет ли это через три месяца или через полгода — пока непонятно, но долго нынешняя ситуация продолжаться не будет. Тем более что есть еще несколько неожиданных факторов, которые могут повлиять на цену нефти. Первый — война между Ираном и Саудовской Аравией, которая повышает цену. Второй такой фактор — это Китай, где все далеко не так плохо, как нам кажется.

Конечно, гарантии, что нефть не упадет до 20 долларов, никто дать не может, но, в конце концов, мы от этого не умрем. Даже если представить себе, что нефть вообще опустится до нуля, это не будет смертельно. Да, мы потеряем еще 250 миллиардов долларов на внешнем рынке, ВВП упадет еще на треть, а от бюджета останется примерно половина. Экономика сползет до уровня 1995 года — случится развал инфраструктуры и социального обеспечения, скорее всего, произойдет цветная революция. Но ведь мы все пережили как-то 95-й год, и ничего.

Марсель Салихов, директор по экономическому направлению Института энергетики и финансов:

 

Катастрофического сценария для России после того, как Иран начнет торговать своей нефтью, я не вижу. Наша нефть имеет достаточно сильные позиции в Европе, поэтому мы сможем вести конкурентную борьбу даже в ухудшении условий на рынке. Министерство энергетики Ирана выступает с бравурными заявлениями об увеличении поставок на рынок на полмиллиона-миллион баррелей в сутки, однако независимые эксперты отмечают, что в период санкций у страны были большие проблемы с поддержанием месторождений, поэтому, по более реальным прогнозам, увеличение добычи составит 400–600 тысяч баррелей в сутки в течение года.

Возможно, Иран попытается вступить в ценовую войну с саудитами и начнет демпинговать, однако экономики Саудовской Аравии и Ирана гораздо более зависимы от нефти, чем экономика России. Уменьшение цены барреля на каждый доллар сказывается на бюджетах этих стран.

Олег Буклемишев, доцент экономического факультета МГУ:

Худшего с нашей нефтью случиться уже не может: информация о снятии санкций с Ирана была известна давно, а рынки нынче мудрые, потому и отреагировали не вчера. Сегодня цена на нашу нефть продавлена максимально, ничего нового с ней не произойдет. Несмотря на религиозно-культурное своеобразие Ирана, странам Запада ничего не мешает инвестировать в производство этой страны — инвестируют же в Китай и в страны Африки, у которых тоже есть свои особенности. Это вопрос взвешивания рисков, а после отмены санкций риски Ирана заметно сократились. Несмотря на то что Иран начал тянуться к Западу после снятия санкций и подписания многочисленных экономических соглашений, он остается ближе к России по многим экономическим и политическим позициям.

Главной проблемой для России в этой ситуации стало то, что если раньше главной всемирной страшилкой был Иран, то теперь это наша страна. Есть история о том, что иранцы согласились на уступки ЕС ровно в тот момент, когда стало ясно, что санкции будут введены в отношении России. Если наша политика не изменится, негатив в отношении России будет накапливаться все больше, и последствия этого могут быть куда более важные, чем сегодняшнее падение цены на нефть.

Автор: Юлия Гусарова

Источник: Snob.Ru, 18.01.2016


Аналитическая серия «ТЭК России»:

Мировой рынок нефти: к каким ценам готовиться?
Санкции в отношении российского нефтегаза: кольцо сжимается
Американский сланец: жизнь в эпоху Трампа
Новый американский президент четко обозначил свои приоритеты в области энергетики, назвав ВИЭ пустой тратой денег и открыто сделав ставку на углеводороды. Это отличная новость для американских сланцевых компаний, как и существенный рост нефтяных цен на мировом рынке в 2017 и особенно в начале 2018 годов. Всем интересно, сколько нефти США на самом деле способны добывать. А ведь есть еще тема сланцевого газа. Соединенные Штаты слишком агрессивно рекламируют резкий рост производства СПГ, что невозможно без существенного увеличения добычи газа – опять же сланцевого.
Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2017 году и перспективы 2018 года
«Газпром» на внутреннем и внешнем рынках газа: как поделить газовый «пирог»
Положение «Газпрома» весьма противоречиво. С одной стороны, после нескольких лет сокращения добычи из-за обострения конкуренции на внутреннем рынке и негативных тенденций на рынках внешних «Газпром» вновь наращивает производство газа. И ставит рекорд за рекордом на европейском рынке, покрывая дополнительный спрос. Атаки независимых производителей, требующих реформирования отрасли или хотя бы их допуска к трубопроводному экспорту, были в очередной раз отбиты. Компания получила некоторую передышку. С другой стороны, политическое сопротивление «Газпрому» в Европе только усиливается. Разворачивается финальная схватка за позиции на европейском рынке в будущем. Оппоненты бросают все силы на то, чтобы остановить или затормозить строительство «Северного потока - 2». Да и внутренние производители газа сдаваться не намерены. Кроме того, серьезно ухудшилось финансовое положение «Газпрома».

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики