Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > Подсчитаны убытки России от санкций и дешевой нефти

Подсчитаны убытки России от санкций и дешевой нефти

За четыре года, начиная с 2014 года, потери России от низких нефтяных цен и финансовых санкций достигнут около $600 млрд. К таким выводам пришли аналитики Экономической экспертной группы Евсей Гурвич и Илья Прилепский.

Убытки от финансовых санкций будут находиться на уровне около $170 млрд, недополученные доходы от экспорта углеводородов составят около $400 млрд. Потери капитала от санкций оценены исходя из стоимости нефти $50 за баррель, экспортных доходов — с учетом санкций при такой же цене по сравнению со $100 за баррель, которые правительство рассматривало как среднесрочный уровень еще полтора года тому назад, пишут «Ведомости».

По мнению экспертов, падение валового притока капитала составит примерно $280 млрд за три с половиной года, включая около $85 млрд прямых инвестиций, причем три четверти этих потерь объясняются косвенным влиянием санкций. Снижение прямых заграничных инвестиций, уменьшение возможностей для займов, сокращение притока капитала на рынок госдолга умножают прямое влияние санкций примерно втрое.

Евсей Гурвич и Илья Прилепский указывают, что влияние санкций на приток капитала не зависит от цены нефти, но при сокращении нефтяных котировок их эффект увеличивается. При дорогой нефти нетто-потери капитала от санкций за рассматриваемый период составили бы примерно $160 млрд, или 1,9% ВВП, при низкой нефтяной цене несколько большие потери — около $170 млрд — относительно ВВП вырастают наполовину до 2,8% ВВП.

Профессор кафедры «Финансы, денежное обращение и кредит» РАНХиГС Юрий Юденков в беседе с корреспондентом «Вестника Кавказа» отметил, что антироссийские санкции сильнее всего ударили по двум направлениям. «Во-первых, они по политикам ударили, поскольку ограничили их деятельность и как политических деятелей, и как физических лиц. С одной стороны, конечно, это честь для них, так как показывает, что эти люди играют существенную роль в политике России. С другой стороны, поступая так, западные страны попытались в какой-то степени ограничить и деятельность нашего государства в целом», — назвал в первую очередь он политическое направление.

«В экономике в первую очередь удар санкций пришелся на высокотехнологические отрасли, которые использовали импортные технологии и материалы, то есть современное машиностроение: станкостроение, полупроводники, вычислительная техника. Еще я бы отметил, как минимум, чисто психологически оказалась ограничена наука: контакты с американской наукой, которые раньше были более-менее свободные, пошли на убыль, совместных исследований стало меньше», — обратил внимание эксперт.

При этом, по оценке Юрия Юденкова, от войны санкций к настоящему времени выиграли отечественное сельское хозяйство и переработка сельхозпродукции.

Низкие цены на нефть, в свою очередь, «ударили по всем нам, начиная от бюджета и кончая каждым гражданином». «Пострадало, по-моему, все государство. Я не могу назвать никого, для кого падение нефтяных цен не играло бы существенной роли. У нас все цены на сырье пересчитываются в цены на нефть: и газ так пересчитывается, и минеральные удобрения. Поэтому падение цен на нефть вызвало снижение цен на целую группу наших экспортных товаров, а дальше последствия пошли уже по цепочке», — подчеркнул профессор кафедры «Финансы, денежное обращение и кредит» РАНХиГС.

Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков обратил внимание на долгосрочность влияния антироссийских санкций. «В краткосрочной перспективе проблем в добывающей отрасли, к примеру, не возникло, ведь до 2017 года у нас никаких проектов до конца реализовывать и не планировалось. Напомню, что была закрыта после введения санкций разработка „Роснефтью“ и ExxonMobil месторождения „Победа“ в Карском море, однако в рамках этого проекта в 2015-2016 годы предполагалось пробурить только одну скважину, и „Роснефть“ только больше потратила бы денег на исследования, если бы проект продолжался. Тем более при такой цене на нефть и без всяких санкций этот проект был бы закрыт», — привел пример он.

То же самое касается и «Газпрома». «У „Газпрома“ новых арктических проектов тоже не запущено, опять же из-за падения цен на нефть. Например, запуск Долгинского месторождения в Баренцевом море, которое находится неподалеку от запущенного уже Приразломного, перенесен, но этот проект компания разрабатывает сама, без иностранного участия. Именно от санкций против российской нефтегазовой отрасли пострадал „Газпром“ в одном единственном проекте — это Южно-Киринское месторождение на Сахалине в рамках „Сахалин-3“, где компания должна была добывать газ и нефть в море после закупки подводных добычных комплексов. Это оборудование закупалось в США, теперь его невозможно ввезти, между тем газ с Южно-Киринского нужен, чтобы построить третью очередь завода по сжижению газа на Сахалине», — поведал Игорь Юшков.

Эксперт согласился с Юденковым в том, что цены на нефть нанесли более тяжелый удар по российской экономике. «Все российские компании пересмотрели свои инвестиционные программы из-за этого. По абсолютным величинам крупные компании пострадали больше, „Роснефть“ пострадала больше всего, потому что они очень много взяли кредитов на покупку ТНК-BP до кризиса, планируя проводить рефинансирование кредитов. Из-за санкций „Роснефти“ пришлось брать деньги в Азии значительно дороже, чем можно было взять в Европе, из-за этого была сокращена инвестиционная программа, лишь бы деньги отдать. Все остальные компании тоже порезали инвестиционные программы, все теперь на голодном пайке и в будущие проекты мало что вкладывают, стараются хотя бы действующие проекты поддержать», — заключил ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности.

Источник: Вестник Кавказа, 05.02.2016


Специальный доклад:

Организация внутреннего рынка газа в России: тактика «малых дел»

Аналитическая серия «ТЭК России»:

Новая сделка ОПЕК+ и будущее нефтяного бизнеса в РФ
Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2019 году и перспективы 2020 года
Традиционно мы завершаем год итоговым докладом, обобщающим основные события и тенденции прошедшего года. 2019 год четко обозначил новую роль нефтегазового комплекса в России. Теперь это не просто главный донор российского бюджета, но прежде всего основная надежда на разгон экономического роста. Государство окончательно сделало в экономической политике ставку на большие проекты в кейнсианском стиле. Идеи улучшения институтов оставлены до лучших времен - на это просто нет времени, нужен быстрый результат.
«Газпром» на фоне внешних и внутренних вызовов
2019 год оказался для «Газпрома» весьма нервным. Внутри компании впервые с 2011 года прошли масштабные кадровые перестановки, затронувшие основные направления деятельности и ставшие продолжением внутренней реструктуризации блока, ответственного за ключевые стройки и систему закупок. На внешнем контуре весь год продолжался «сериал» под названием «будущее транзита через Украину» и закончившийся подписанием контрактов буквально 31 декабря. Его сопровождали яростные битвы вокруг «Турецкого потока» и «Северного потока-2». В итоге первый будет открыт 8 января 2020 года, а второй в самом конце 2019 года попал под американские санкции – пока в нем «дырка» в 160 км по двум ниткам. Зато на восточном векторе совершен серьезный прорыв – заработал газопровод «Сила Сибири».
Фискальная политика в нефтегазовом секторе: жизнь в режиме Википедии
Налоговая система в нефтегазовом комплексе продолжает испытывать радикальные изменения. 2019 год начинался с введения нового налогового режима – налога на дополнительный доход. Этот эксперимент должен был начать перевод нефтяной индустрии на новаторский принцип налогообложения: с прибыли, а не с выручки. Казалось бы, найдена новая магистральная дорога. Однако уже в 2019 году Минфин начал откровенное наступление на НДД. Страх выпадения доходов из бюджета здесь и сейчас гораздо сильнее угрозы обвалить нефтедобычу в среднесрочной перспективе из-за нестимулирюущей инвестиции налоговой системы. Минфину гораздо симпатичнее ускорение налогового маневра, которое приносит в бюджет дополнительные деньги. Нефтегазовые компании отвечают на это частным лоббизмом – попыткой пробить для своих проектов особые условия.
Украинский газовый узел – развязка близка
Меньше месяца остается до «часа X»: в 10 утра 1 января завершают свои действия договоры на транзит газа через Украину, а также на поставку российского газа в эту страну. Российско-украинские переговоры держат в напряжении весь европейский газовый бизнес. Все ждут новой «газовой войны». Есть ли еще шанс договориться? А если нет – справится ли «Газпром» со своими обязательствами по доставке газа в Европу? Блефует ли Россия, уверяя, что новая инфраструктура и газ в подземных хранилищах позволят ей обходиться без украинского транзита уже в ближайшую зиму? И что произойдет в начале 2020 года с самой Украиной? На эти вопросы мы пытаемся ответить в нашем новом докладе.

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики