Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > Война за климат: как «налог на углерод» повлияет на коммунальные платежи

Война за климат: как «налог на углерод» повлияет на коммунальные платежи

За сокращение выбросов углекислого газа заплатят производители и обычные потребители. Борьба за экологию неминуемо обернется ростом коммунальных платежей и крахом угольной промышленности

Забота или лоббизм?
 
На прошлой неделе 22 апреля Россия подписала Парижское соглашение по климату, которое должно прийти на смену Киотскому протоколу после 2020 года. Новый документ не содержит в себе страновых обязательств по сокращению выбросов, но знаменует собой начало нового этапа в мировой климатической политике. Парижское соглашение — удобный повод ограничить использование ископаемого топлива, в частности, через широкое внедрение в мире платы за выбросы углекислого газа. «Национальным вкладом России в Парижское соглашение станет ограничение выбросов парниковых газов к 2030 году до 70% от показателей 1990 года», — отметил вице-премьер Александр Хлопонин.
 
Безусловно, борьба за климат и экологию — дело важное. Однако у этой медали есть и обратная сторона. Во-первых, научный базис теории антропогенного изменения климата вызывает сомнения у ряда ученых, о чем, к примеру, заявляла РАН. Во-вторых, борьба за климат превратилась в прекрасный инструмент лоббизма тех или иных экономических интересов. Именно это, а не «озабоченность прогрессивного человечества вопросами потепления климата» является драйвером мировой климатической политики.
 
Например, в 2015 году в период подготовки к парижскому саммиту ООН призвала ввести «налог на углерод» европейские нефтегазовые компании. Под давлением «сланцевой революции» в Европу хлынул дешевый уголь из США, потеснив нефтегазовые компании. В ответ те решили ударить конкурентов по самому больному месту — по углероду. Уголь при сжигании дает намного больше выбросов парниковых газов, нежели нефть и особенно газ.
 
Борьба с углем
 
Желание помочь планете охватывает и представителей российского бизнеса, которые специально для этого объединились в Российское партнерство за сохранение климата. Наиболее заметной инициативой этого партнерства стала озвученная главой РУСАЛа Олегом Дерипаской идея установления глобальной «платы за углерод». Ее размер должен составить 15% к 2020 году за выброс тонны CO2-эквивалента с дальнейшим постепенным увеличением размера платы до 35$ за тонну к 2030 году.
 
Причиной озабоченности руководством РУСАЛа вопросами климата опять же является уголь, на этот раз китайский. Дело в том, что у производителей алюминия из Китая, сильно потеснивших на мировом рынке конкурентов, основным источником электроэнергии служит угольная генерация. Напротив, РУСАЛ для своего производства использует «чистую» электроэнергию от гидроэлектростанций. Губернатор Кемеровской области Аман Тулеев так охарактеризовал экологические инициативы главы РУСАЛа: «Просто нужно задушить китайскую алюминиевую промышленность и вывести свою. Но в это же время ты полностью гробишь угольную генерацию».
 
«Плата за углерод» имеет своих сторонников и в российском Министерстве природы. По крайней мере глава ведомства Сергей Донской в преддверии саммита в Париже заявлял о готовности России рассмотреть данный вопрос. Поддержку в Минприроде получила также инициатива полпреда президента в Дальневосточном федеральном округе Юрия Трутнева по превращению Восточной Сибири в безуглеродную зону. Как оптимистично заявляли в Минприроды, создание безуглеродной зоны возможно путем перехода на ВИЭ, а также посредством введения механизмов финансового стимулирования, в том числе углеродного налога.
 
Понятно, что становление «низкоуглеродной экономики» — это красиво и прогрессивно. Однако во сколько это удовольствие обойдется?
 
Кто будет платить?
 
Основным источником эмиссии парниковых газов в России выступает энергетический сектор. На него приходится около 84% российских выбросов, что составляет в абсолютном выражении более 2,3 млрд т CO2-эквивалента. При сохранении нынешних объемов эмиссии в результате введения «платы на углерод» дополнительная ежегодная финансовая нагрузка на энергетику составит около $35 млрд в 2020 году (это порядка 2,5% российского ВВП за 2015 год) и более $80 млрд к 2030 году.
 
Далее данная сумма распределится через повышение энергетических тарифов на компании и домохозяйства. В результате получится, что именно население станет основной жертвой «борьбы за климат». Во-первых, россияне почувствуют рост инфляции из-за общего повышения цен на энергоресурсы по стране в целом. Во-вторых, произойдет резкое увеличение тарифов на коммунальные услуги, прежде всего электроснабжение и теплоснабжение. По данным, которые приводил губернатор Кемеровской области Аман Тулеев, после введения «сбора на углерод» цена на электроэнергию и тепло в России может вырасти в 2,7 раза.
 
Даже если предположить, что глава Кузбасса преувеличивает масштабы роста коммунальных платежей, все равно последствия для граждан будут очень серьезные. В своем докладе «Борьба за климат: кто окажется проигравшим» мы подсчитали, что к 2020 году, когда предлагается ввести «плату за углерод», ее удельный размер при производстве одного кВт электроэнергии, получаемой за счет газовой генерации (т.е. с наименьшими выбросами углерода), должен превысить 50 коп. Для угольной генерации данный показатель составит около 90 коп.
 
Еще хуже будут обстоять дела в теплоснабжении, учитывая, мягко говоря, не совсем благополучное состояние данного сектора. На производство тепловой энергии для систем теплоснабжения расходуется около 33% потребления первичной энергии в России. То есть треть всех объемов «платы за выброс» будут собираться через тарифы на тепло.
 
Сторонники введения «налога на углерод» утверждают, что повышение цен на традиционное топливо будет стимулировать процессы модернизации и энергосбережения. В результате рано или поздно негативные последствия будут минимизированы. Однако даже в случае применения наиболее современных технологий и оборудования рост тарифа на тепло составит порядка 15–25% в зависимости от региона. (За основу расчета бралась модель «альтернативной котельной», которую Минэнерго планирует внедрить для расчета долгосрочных цен на тепло для потребителей.)
 
Помимо роста цен в коммуналке тяжелый удар будет нанесен по занятым в наиболее углеродоемких отраслях российской экономики, прежде всего в угольной отрасли. Произойдет резкое обострение социально-экономической ситуации в моногородах, где градообразующими являются угледобывающие предприятия. Всего таких моногородов в России насчитывается 31 с общей численностью населения около 1,5 млн человек. Но это же мелочи, когда речь идет о будущем всего человечества.
 
Автор: Александр Перов, руководитель спецпроектов ФНЭБ
 
Опубликовано: РБК, 26.04.2016

Специальный доклад:

Организация внутреннего рынка газа в России: тактика «малых дел»

Аналитическая серия «ТЭК России»:

Энергетический переход и «зеленая повестка» в России: мода или суровая реальность?
Авария на «Дружбе»: основные последствия
Авария на нефтепроводе «Дружба» стала главным «хитом» 2019 года в российской нефтянке. Прошел уже год, а внятного ответа на вопрос, что же произошло, так и не получено. А ведь под удар была поставлена репутация России как надежного поставщика нефти. Нефть с хлорорганикой попала в Белоруссию, в Венгрию, Польшу, Германию, Украину, другие страны. Авария привела к грандиозному международному скандалу. И это в тот момент, когда стало очевидным нарастание конкуренции на мировом рынке.
Новая сделка ОПЕК+ и будущее нефтяного бизнеса в РФ
Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2019 году и перспективы 2020 года
Традиционно мы завершаем год итоговым докладом, обобщающим основные события и тенденции прошедшего года. 2019 год четко обозначил новую роль нефтегазового комплекса в России. Теперь это не просто главный донор российского бюджета, но прежде всего основная надежда на разгон экономического роста. Государство окончательно сделало в экономической политике ставку на большие проекты в кейнсианском стиле. Идеи улучшения институтов оставлены до лучших времен - на это просто нет времени, нужен быстрый результат.
«Газпром» на фоне внешних и внутренних вызовов
2019 год оказался для «Газпрома» весьма нервным. Внутри компании впервые с 2011 года прошли масштабные кадровые перестановки, затронувшие основные направления деятельности и ставшие продолжением внутренней реструктуризации блока, ответственного за ключевые стройки и систему закупок. На внешнем контуре весь год продолжался «сериал» под названием «будущее транзита через Украину» и закончившийся подписанием контрактов буквально 31 декабря. Его сопровождали яростные битвы вокруг «Турецкого потока» и «Северного потока-2». В итоге первый будет открыт 8 января 2020 года, а второй в самом конце 2019 года попал под американские санкции – пока в нем «дырка» в 160 км по двум ниткам. Зато на восточном векторе совершен серьезный прорыв – заработал газопровод «Сила Сибири».

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики