Главная > Актуальные комментарии > ТЭК > ЕС — Украина: Дружба дружбой, а газ врозь

ЕС — Украина: Дружба дружбой, а газ врозь

Еврокомиссия расширила «Газпрому» доступ к газопроводу OPAL, который соединяет «Северный поток» с газотранспортными системами стран Центральной Европы. Россия уже располагала половиной мощностей. Сейчас же компании «Газпром» позволили использовать до 90% мощности газопровода OPAL в Германии.

Польша заявила, что намерена блокировать передачу газопровода OPAL России — подать жалобу в Еврокомиссию и суд ЕС. Недовольство выразила Украина. Петр Порошенко сообщил, что вопрос энергетической безопасности и энергетической солидарности Украины с Европейским Союзом обсуждался на саммите.

Раньше Украина и Польша уже пытались помешать проекту «Северный поток-2». Несмотря на их протесты, в Европе ищут возможность профинансировать строительство газопровода. На 25 ноября намечена встреча вице-премьера РФ Аркадия Дворковича и вице-президента Еврокомиссии по энергосоюзу Мароша Шефчовича.

Почему газопроводы стали геополитическим оружием? Сколько потеряла Украина от транзита по OPAL? Когда Россия сможет полностью отказаться от использования украинского транзита? Об этом в прямом эфире видеостудии Pravda. ru рассказал ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности, преподаватель Финансового университета при Правительстве России Игорь Юшков.

— Президент Литвы Даля Грибаускайте сказала, что проекты «Северный поток» и «Северный поток-2» являются для Литвы геополитическими, а не чисто коммерческими. Такой же подход у поляков и украинцев, которые говорят, что Россия пытается их прижать, лишить доходов. С вашей точки зрения, насколько этот вопрос политизирован?

— Вопрос, конечно, в крайней степени политизирован. Ряд политических игроков вообще заявляет, что давайте введем санкции против России в виде запрета на строительство «Северного потока-2», пытаемся отказаться от российских углеводородов, от нефти и газа. Естественно, что это приводит к еще большей политизации энергетики.

Самый интересный момент, что Россию всю жизнь обвиняли именно в том, что она использует энергетическую дубинку, и говорят, про энергетическое оружие, газовое оружие и т. д. А получается, что сами европейцы это используют. Россия же предлагает построить газопроводы за свои деньги, и это улучшит энергетическую безопасность Европы, диверсифицирует маршруты доставки.

Потому что пока отказаться от Украины как транзитера мы не можем. Конечно, у тех, кто предлагает антироссийские меры в газопроводной сфере, есть свои интересы и расчеты. Но та же самая Литва построила СПГ-терминал, считала, что это принесет ей какие-то блага. Оказалось, что терминал и инфраструктура стоят дорого, и сам сжиженный природный газ к ним приходит по высокой цене.

Норвежскому «Татуэллу» они платят за аренду регазификационного плавучего терминала, плюс сам газ оказывается в полтора раза дороже, чем Газпром предлагает по газопроводу. Им пришлось даже обязать всех потребителей покупать часть газа именно с СПГ-терминала, потому что по собственной воле никто не собирался это делать. И в итоге, СПГ закупает одна только государственная компания «Литгаз».

И естественно, что теперь у них появляется новая проблема, чтобы менее затратный был СПГ-терминал, надо чтобы он был на сто процентов загружен, а для собственного рынка с только газа не нужно. Соответственно, нужно соседям его продавать. Поэтому нужно всех соседей поставить в условия дефицита газа. Для этого надо вставлять палки в колеса российским проектам.

Они давно проводят откровенно агрессивную антироссийскую политику во всех сферах. Естественно, мы их из транзитных цепочек исключаем. Раньше наши энергоносители шли в в прибалтийские порты, а теперь идут в Приморск, Усть-Лугу и так далее. То же самое происходит и в Польше.

Во-первых, они построили свой СПГ-терминал, и конкурируют с той же самой Литвой. Но там ситуация еще хуже оказалась. Они газ закупают у Катара, цена — ровно в два раза выше, чем у Газпрома. Тогда момент Газпром им продавал по 400 долларов за тысячу кубов, а Катар начал продавать по восемьсот долларов.

В еще большей степени поляки боятся сокращения транзита через собственную территорию российского газа по газопроводу Ямал-Европа. Заинтересованность поляков в нем, конечно, очень большая. Поэтому они тоже выступают против этого проекта, и Польша как раз-таки стала той страной, чей антимонопольный орган не согласовал совместное предприятие для строительства «Северного потока-2». В итоге, Газпром приходит к решению, что он будет строить морскую часть, а наземную часть — его европейские партнеры.

У Украины, естественно, будет самая большая потеря, если будет реализованы эти проекты. Я думаю, они действительно будут построены. Европейцы сами понимают, что им нужны альтернативные транзиты, поэтому они все-таки дали разрешение на загрузку «Северного» и"Опала«, теперь у них — более мягкий взгляд на «Северный поток-2». Проекты реализуются, несмотря на то что заявления антироссийские идут. Конечно, Украина потеряет примерно два миллиарда долларов в год за прокачку.

— С вводом «Опала» они сколько потеряли?

— Мощность «Опала» — 36 миллиардов кубов, половину мы уже загружали, сейчас — еще 40 процентов — примерно 15 миллиардов кубов с Украины еще уйдет. Причем, для Газпрома это очень выгодно экономически, потому что по соглашению об акционерах «Северного потока-1» Газпром все равно платит за прокачку определенную сумму без учета загрузки.

И получается, что на каждый кубометр прокаченного газа цена транзита снизится, как только он «Северный поток» будет загружать больше. Собственниками части газа, который прокачивается по «Северному потоку», становятся уже компании-потребители. Они покупают газ у Газпрома по другим соглашениям, и получается, что в «Опал» заходит уже не только газпромовский газ«, но и газ европейских компаний. Поэтому исключаются нарушения третьего энергетического пакета.

— Идет тяжба по взаимным претензиям Нафтагаза и Газпрома. Расскажите об этом.

— Ее рассмотрение только недавно начали, до июня арбитраж в общем-то может рассмотреть. Позиция Газпрома понятна — в контракте условия — бери или плати. Либо ты забираешь физически газ, который законтрактовал на год, либо ты платишь частично — 80 процентов. Это — стандартные условия во всех долгосрочных европейских контрактах. Потому что поставщик должен понимать, какие месторождения ему надо разрабатывать, чтобы удовлетворить спрос.

Украина в определенный момент перестала выбирать эти объемы и деньги не давала. И этот долг все накапливается. Нафтагаз не забирает весь газ у Газпрома, соответственно все равно он должен его частично оплачивать. Украинцам приходится придумывать что-нибудь, чтобы увеличить финансовые требования к Газпрому. Они — абсурдные. Просто говорят, что цена на газ была несправедливой. Это — совершенно не из финансово-экономической области.

— В результате этих проектов к 2019 году вот Россия построит совершенно другую газотранспортную систему для снабжения Европы?

— Ну да, Россия всегда и говорила, что надо диверсифицировать маршруты доставки. Надо иметь альтернативу. Пока мы не можем отказаться от украинского транзита, потому что недостаточно других мощностей. И мы всегда говорили, что это небезопасно, поэтому нужно диверсифицировать. И это началось еще до смены власти в Киеве, «Северный поток» уже до этого был построен.

Беседовала Любовь Степушова. Подготовил Юрий Кондратьев

Источник: Pravda.Ru, 02.12.2016

 


Специальный доклад:

Организация внутреннего рынка газа в России: тактика «малых дел»

Аналитическая серия «ТЭК России»:

Импортозамещение в нефтегазовой отрасли: мифы и реальность
Процесс импортозамещения был по-серьезному запущен после введения санкций 2014 года. Шесть лет – солидный срок, чтобы подвести предварительные итоги. С одной стороны, цифры не такие уж плохие – отрасль зависит от импорта уже меньше чем наполовину. С другой – это «средняя температура по больнице». И еще вопрос, что же считать именно российским оборудованием, с учетом активного использования иностранных комплектующих и особенно программного обеспечения. Видны примеры действительно успешного импортозамещения – но есть и не менее очевидные провалы.
Энергетический переход и «зеленая повестка» в России: мода или суровая реальность?
Авария на «Дружбе»: основные последствия
Авария на нефтепроводе «Дружба» стала главным «хитом» 2019 года в российской нефтянке. Прошел уже год, а внятного ответа на вопрос, что же произошло, так и не получено. А ведь под удар была поставлена репутация России как надежного поставщика нефти. Нефть с хлорорганикой попала в Белоруссию, в Венгрию, Польшу, Германию, Украину, другие страны. Авария привела к грандиозному международному скандалу. И это в тот момент, когда стало очевидным нарастание конкуренции на мировом рынке.
Новая сделка ОПЕК+ и будущее нефтяного бизнеса в РФ
Государственное регулирование нефтегазового комплекса в 2019 году и перспективы 2020 года
Традиционно мы завершаем год итоговым докладом, обобщающим основные события и тенденции прошедшего года. 2019 год четко обозначил новую роль нефтегазового комплекса в России. Теперь это не просто главный донор российского бюджета, но прежде всего основная надежда на разгон экономического роста. Государство окончательно сделало в экономической политике ставку на большие проекты в кейнсианском стиле. Идеи улучшения институтов оставлены до лучших времен - на это просто нет времени, нужен быстрый результат.

Все доклады за: 2016 , 15 , 14 , 13 , 12 , 11 , 10 , 09 , 08 , 07 гг.

PRO-GAS
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
О Фонде | Продукты | Услуги | Актуальные комментарии | Книги | Выступления | Клиенты | Цены | Карта cайта | Контакты
Консалтинговые услуги, оценка политических рисков в ТЭК, интересы политических и экономических элит в нефтегазовой отрасли.
Фонд национальной энергетической безопасности © 2007
  Новости ТЭК   Новости российской электроэнергетики