Нефти не хватает: почему США заставляют европейцев распечатывать запасы топлива

По данным банка JPMorgan Chase & Co, поставки нефти из Персидского залива выросли к концу сентября до 17,5 млн баррелей в сутки (б/с) или до 98% довоенных объемов. Банк Goldman Sachs оценивает объем поставок, включая теневые, еще выше — в 23,3 млн б/с , что соответствует среднему показателю за прошлый год, пишет Bloomberg.

При этом эталонная нефть марки Brent по-прежнему стоит около $100 за баррель: рынки осторожно оценивают перспективы соглашения о прекращении войны между США и Ираном, отмечает портал Trading Economics.

Сколько нефти на самом деле

Опрошенные Forbes аналитики сомневаются, что оценка банков корректна. Поставки нефти из стран Персидского залива, судя по сообщениям западных агентств, то возвращаются к норме, то снова падают, говорит эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович. В конце августа, напоминает он, говорили, что экспорт восстановился на три четверти, в начале сентября он снизился, к концу месяца вырос вновь.

Старший аналитик Альфа-банка Никита Блохин обращает внимание на данные по экспорту независимых агентств Kpler и Vortexa, они гораздо ниже, чем у Goldman Sachs и JPMorgan Chase. По их данным, в августе поставки через Ормузский пролив составили от 5,9 млн б/с до 6,4 млн б/с, а портал спутникового отслеживания танкеров TankerTrackers.com приводил еще более скромную оценку — 5,5 млн б/с. 

По данным тех же ресурсов, в сентябре объем перевозок действительно серьезно вырос — до 7,4–7,9 млн б/с, но это все еще существенно ниже среднегодовых 16 млн б/с экспорта из региона до начала американо-иранского конфликта, говорит Блохин. Если ориентироваться на расчеты независимых агентств, то сентябрьские поставки составляют около 50% объема довоенного экспорта, но никак не 98%, которые приводит JPMorgan, говорит он.

Существенную роль в поставках играет теневой транзит, который практически не поддается отслеживанию, отмечает главный директор по энергетическому направлению исследовательского центра «Институт энергетики и финансов» (ИЭФ) Алексей Громов. Небольшие танкеры-челноки на свой страх и риск перебрасывают нефть через пролив ночами с выключенными транспондерами, потом сырье перегружается на большие танкеры, поясняет эксперт. Причина — выросшая с прошлого года в 20 раз, до $2 млн, стоимость фрахта супертанкера, способного перевозить 300 000–320 000 т нефти, говорит Громов.

Спутниковое отслеживание танкеров показывает, что из стран Ближнего Востока за сентябрь вывезено почти 11 млн б/с нефти, говорит Громов. Но, добавляет он, в этот объем включены 1,7–1,8 млн б/с экспорта из порта Фуджейра за пределами Ормузского пролива. Сейчас можно уверенно говорить лишь примерно о 9 млн б/с, идущих через Ормузский пролив, что меньше 60% довоенных объемов, говорит Громов. «Если бы поставки восстановились полностью, не было бы разговоров о необходимости высвобождать дополнительные объемы из резервов, да и цена нефти не держалась бы на уровне $100 за баррель», — говорит эксперт.

Хотя формально нефть через Ормузский пролив пошла, напряженность на рынках не исчезла, цепочки поставок все еще не восстановлены, говорит советник управляющего фонда «Индустриальный код» Максим Шапошников. Поэтому потребителям приходится бегать по рынку и брать спотовые партии по завышенной цене, что увеличивает нервозность и не дает стоимости нефти снизиться, отмечает он.

Европа ищет резервы

Цены на энергоносители в ЕС достигли рекордных отметок: 28 сентября средняя цена на бензин составила €2,09 за литр, поднявшись примерно на 26% с €1,67 за литр в начале марта. Дизель подорожал почти на 37%, с €1,63 до €2,23 за литр.

1 октября Reuters сообщил, что администрация президента США Дональда Трампа рекомендовала Франции и Германии выпустить на рынок в течение полугода 120 млн баррелей дизеля из резервов, чтобы снизить мировые цены. В случае отказа США пообещали остановить его поставки в Европу.

2 октября президент Франции Эмманюэль Макрон сообщил журналистам, что страны «Большой семерки» договорились высвободить до 100 млн баррелей в течение четырех месяцев, но речь шла не только о дизеле, но и о сырой нефти. 

Готово высвободить резервы и МЭА. 29 сентября его исполнительный директор Фатих Бироль, выступая на встрече министров энергетики ЕС в Дублине, заявил, что агентство рассмотрит возможность дополнительного высвобождения сырья, если перебои с поставками усилятся, хотя сейчас не считает это первоочередной задачей. Бироль напомнил, что в марте МЭА приступило к выпуску на рынок 400 млн баррелей нефти, треть из них до сих пор не использована. Он добавил, что в марте высвободили лишь 20% всех имеющихся запасов нефти.

МЭА много не даст

Блохин из Альфа-банка сомневается в способности МЭА дополнительно высвободить значительные объемы сырья в дополнение к мартовским.

Главный донор, США, должен был обеспечить 172 млн баррелей, или 43% из общего объема примерно в 400 млн баррелей, выпущенных МЭА в марте. Пока США высвободили из своих резервов около 130 млн баррелей, более 75% согласованной с МЭА квоты. Оставшиеся 40 млн баррелей Минэнерго США 29 сентября предложило одолжить нефтетрейдерам и переработчикам, но вернуть они должны будут на 24% больше, чем возьмут.

При этом с начала апреля стратегические резервы США снизились почти на треть: с 415 млн до 285 млн баррелей, на это указывают официальные данные Минэнерго США, говорит Блохин. Коммерческие запасы США сейчас немногим более 170 млн баррелей, что сопоставимо с мартовскими обязательствами страны по высвобождению резервов. Так что Вашингтон практически исчерпал свои возможности по дополнительному субсидированию глобального рынка нефти, отмечает Блохин.

Дешевле не будет

Объемы нефти и продуктов ее переработки продолжат сокращаться из-за продолжения ближневосточного конфликта и снижения запасов, поэтому цены в среднесрочной перспективе будут расти, говорит Блохин. Рынок понимает, что проблемы с бесперебойными поставками нефти с Ближнего Востока скоро не прекратятся, и будет готов платить высокую цену за нефть, согласен Шапошников из фонда «Индустриальный код».

Пока можно рассчитывать лишь на некоторое снижение цен или торможение темпов роста, говорит Митрахович из Финансового университета. То, что цены резко не падают, а двигаются на несколько долларов в день в ту или иную сторону — признак того, что рынок не очень верит в достижение надежных долгосрочных соглашений, считает он. Пока Ормузский пролив официально не открыт, но продолжается теневой вывоз нефти, высокие цены на нее сохранятся даже при росте объемов транзита, слишком высоки риски, говорит Громов из ИЭФ.