Дизеля не хватает: почему ситуация с топливом в России ударила по Европе

Стоимость Brent 23 июля впервые за два месяца превысила 100 долларов за баррель. Цены выросли из-за резкого сокращения движения через Ормузский пролив, атак хуситов на танкеры и нехватки топлива. Тем временем хранилища газа в Европе заполнены лишь примерно наполовину, а поставок катарского сжиженного природного газа (СПГ) нет. «НИ» разобрались, насколько вероятна новая дорогая зима и сможет ли Россия заработать на энергетическом кризисе.

Рынок перестал верить в скорую развязку

К 16.15 мск 23 июля сентябрьские фьючерсы на Brent подорожали на 6,38%, до 100,07 доллара за баррель. По итогам торгов цена достигла 100,69 доллара — максимума с 22 мая. WTI завершила день на отметке 92,19 доллара.

Раньше нефть дешевела, потому что рынок ждал скорого соглашения между США и Ираном и восстановления движения через Ормузский пролив, объяснил «НИ» заместитель генерального директора Института национальной энергетики Александр Фролов. Теперь надежд на быстрое завершение конфликта стало меньше, а сроки возвращения прежних объемов поставок остаются неизвестными.

«Спекуляции на пустом месте невозможны. Сейчас в цене сошлись ожидаемая нехватка нефти к началу осени и активность биржевых игроков», — рассказал «НИ» Фролов.

В обычное время через Ормузский пролив перевозят около 20 млн баррелей нефти в сутки — это примерно четверть всей мировой морской торговли нефтью. Сейчас движение там почти остановилось. Баб-эль-Мандебский пролив остается открытым, но атаки хуситов сделали опаснее и этот важный маршрут.

Сдержать дефицит помогли поставки из стратегических резервов: к 21 июля страны Международного энергетического агентства направили на рынок 290 млн из запланированных 400 млн баррелей.

Проблема Европы — не холод, а цена

К середине июля европейские хранилища газа были заполнены примерно на 54% — это второй самый низкий показатель за 15 лет. Чтобы пополнить запасы к отопительному сезону, Европе придется закупать больше СПГ и конкурировать за него с другими странами.

Привлечь дополнительные объемы ЕС сможет прежде всего более высокой ценой, рассказал «НИ» ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при Правительстве России Игорь Юшков.

«Им нужно будет очень сильно поднять цену на внутреннем рынке, чтобы СПГ со всего мира шел к ним. Не то чтобы они замерзли, но цены могут уйти и за тысячу долларов за тысячу кубометров, — отметил Юшков.

Положение осложнила остановка производства и экспорта СПГ в Катаре. После иранских ударов страна потеряла 17% экспортных мощностей как минимум на три-пять лет.

Одновременно Евросоюз постепенно запрещает поставки российского СПГ. Так, импорт по краткосрочным контрактам запрещен с 25 апреля 2026 года. С 1 января 2027 года запрет коснется и долгосрочных договоров, заключенных до 17 июня 2025 года.

Ситуация с топливом в России «вышла боком» Европе

Одновременно на мировой рынок стало поступать меньше российского топлива. Из-за повреждений НПЗ и высокого спроса внутри страны правительство России с 8 июля запретило экспорт дизеля, судового топлива и газойля (продукт переработки нефти, представляющий собой смесь жидких углеводородов — прим. «НИ») до конца месяца. 

Дизель особенно важен для аграрного сектора и грузоперевозок, отметил Фролов. Спрос на него растет во время сельхозработ, а также с мая по сентябрь, когда увеличиваются деловая активность и объем перевозок. Поэтому сокращение поставок быстро усиливает дефицит и толкает цены вверх. Для Европы это означает рост расходов бизнеса на производство и логистику, а вслед за этим — цен на продукты и другие товары.

Россия занимает второе место в мире по поставкам дизеля на мировой рынок. В июне российский экспорт сократился на 39%, до 1,8 млн тонн. Нехватку топлива почувствовали даже страны, которые давно не закупают его у России напрямую. Разница между стоимостью европейского дизеля и Brent превысила рекордные 60 долларов за баррель.

«Если прекращаются поставки из России, то заместить их физически невозможно: никто не производит столько дизельного топлива, которое можно бросить на рынок», — пояснил Александр Фролов.

Так сработал «энергетический бумеранг»: удары по российским НПЗ и запрет на экспорт топлива привели к росту цен в Европе. Причина в том, что все страны покупают топливо на общем мировом рынке.

«Конфликт США с Ираном помогает российским нефтяникам и бюджету. Вместе с нефтью дорожает газ, поэтому растут и экспортные платежи», — отметил Юшков.

В 2025 году Россия поставила в Европу по трубопроводам около 18 млрд кубометров газа. Экспортная пошлина составляет 30% его таможенной стоимости.

Пока опасения, что российскую нефть скоро перестанут покупать, не подтверждаются. В июне экспорт вырос на 14% за месяц, а Индия приобрела рекордный объем. Но Россия сильно зависит от двух крупнейших покупателей — Китая и Индии. Санкции, скидки и дорогая доставка забирают часть доходов. Поэтому Brent по 100 долларов еще не означает, что каждый российский баррель продается по такой же цене. 

Главная угроза для Европы — не отключение отопления, а новый рост цен для промышленности. Россия же сможет зарабатывать на кризисе до тех пор, пока есть доступные маршруты для экспорта нефти и топлива.

Автор: Максим Кирюшин

Источник: Новые Известия, 24.07.2026