«У США достаточно инструментов для стабилизации ситуации на внутреннем топливном рынке. Например, американские власти могут объявить о переговорах с Ираном по разблокировке Ормузского пролива или скором заключении сделки. Такой шаг способен снизить стоимость нефти. Вслед за этим упадут и цены на дизель как на глобальном рынке, так и в самих Штатах», – считает Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности.
По его мнению, несмотря на обсуждения в Вашингтоне запрета на экспорт дизтоплива, вероятность принятия такого решения минимальна по трем причинам. «Во-первых, эта мера существенно сократит доходы нефтяных компаний, а Дональд Трамп в этом не заинтересован, потому что нефтяники выступали основными спонсорами его избирательной кампании», – пояснил собеседник.
Во-вторых, последствия запрета выйдут далеко за пределы США. «На внутреннем рынке топливо может стать дешевле, но остальной мир столкнется с еще более высокими ценами. Дело в том, что США поставляют много дизеля, причем занимают те рынки, где ранее присутствовала Россия. Например, в Бразилии», – уточнил Юшков.
Москве было бы выгодно, если бы Вашингтон запретил экспорт дизеля. «Это стало бы очередным подтверждением, что в условиях проблем американцы в первую очередь думают о собственных интересах, – подчеркнул Юшков. – Но, повторю, ситуация на американском топливном рынке пока не настолько критичная, чтобы власти предпринимали жесткие меры в виде запретов».
Ранее Дональд Трамп поддержал идею остановить экспорт дизельного топлива на фоне роста цен в США. Он сообщил, что поручил администрации рассмотреть вопрос о запрете или ограничении экспорта. «Я говорил: давайте не будем отправлять дизель за рубеж. Мы производим много дизеля», – сказал американский лидер. По его словам, окончательное решение будет принято в ближайшее время.
В свою очередь министр финансов США Скотт Бессент заявил, что пока оценивается целесообразность такого шага с точки зрения возможностей национальной нефтепереработки. «Мы изучаем, насколько это реализуемо с точки зрения общих нефтеперерабатывающих мощностей и сработает ли полный или частичный запрет», – сказал он.
Подобное заявление означает изменение курса американской администрации, которая ранее отказывалась ограничивать экспорт горючего. Инициативу об остановке поставок активно продвигают представители Республиканской партии на фоне недовольства фермеров и дальнобойщиков рекордными ценами на дизель накануне промежуточных выборов в Конгресс.
По данным Американской автомобильной ассоциации (ААА), средняя цена дизеля в США взлетела до 6,53 доллара за галлон, что почти на три доллара выше уровня прошлого года. Цены выросли на фоне сокращения мировых нефтеперерабатывающих мощностей. Телеканал CNBC связал его с ударами по предприятиям в России и на Ближнем Востоке, а также ограничениями судоходства через Ормузский пролив.
Аналитики энергетического рынка предупреждают о серьезных рисках введения Штатами запрета на экспорт дизеля. По мнению экспертов, ограничения способны привести к краткосрочному снижению стоимости топлива внутри страны, однако в перспективе вызовут рост мировых цен, что в итоге негативно отразится и на американской экономике, передает Axios.
Как отмечает портал, для реализации инициативы Трамп может воспользоваться президентскими полномочиями по введению чрезвычайного положения. Альтернативным вариантом является принятие соответствующего закона, однако в Сенате мнения республиканцев по поводу целесообразности запрета разделились.
Автор: Олег Исайченко
Источник: Взгляд, 23.09.2026











28 февраля 2026г. началась военная операция США и Израиля против Ирана, перевернувшая ситуацию на мировом рынке нефти. Длительное перекрытие Ормузского пролива обвалило поставки нефти с Ближнего Востока, а также резко повысило стоимость нефти. Это имело прямое влияние на российский экспорт. Тактически Ормузский кризис стал важной передышкой для российской нефтянки, находившейся в начале 2026 года в депрессивном состоянии из-за низких цен и новых американских санкции. Но стратегически он только подчеркнул те угрозы, с которыми сталкивается российская нефтяная индустрия.
В новом докладе ФНЭБа мы сделали акцент на двух ключевых моментах «войны санкций»: борьбе западных стран с морскими перевозками российской нефти, а также на попытках убрать российскую нефть с рынка Индии. Это главные направления санкционного удара конца 2025 – начала 2026 годов.
2025 год оказался крайне непростым для нефтяной индустрии. Начался он с последних санкций предыдущей администрации США, а закончился еще более неприятными санкциями нового президента Трампа. Теперь четыре крупнейших российских ВИНК оказались в самом жестком SDN-листе. Это привело к резкому росту дисконтов на российскую нефть, а также к проседанию поставок в Индию. События начала 2026 года вроде бы развернули ситуацию. Однако дело не только в ценах. Важно понять, как были переструктурированы экспортные потоки российской нефти и нефтепродуктов. Какие новые рынки сумели занять российские поставщики в условиях усиливающихся санкций. И какова позиция российских регуляторов относительно нефтяной индустрии и ее проблем.
2025 год стал особенно непростым для «Газпрома». С 1 января 2025 года был прекращен транзит через Украину, что привело к еще более заметному падению поставок газа в Европу. Кроме того, цены на углеводороды оказались заметно ниже 2024 года.
Все это привело к заметному проседанию финансовых показателей «Газпрома». Но, что еще тревожнее, остается открытым самый главный вопрос: какова будет среднесрочная стратегия развития монополии?
Первая сделка в формате ОПЕК+ была заключена в 2016 году. Так что в 2026 году мы отметим 10-летний юбилей соглашения. Оно переживало разные моменты. Так, в начале 2020 года сделка даже развалилась, однако обвал цен вернул Россию к кооперации с Саудовской Аравией. В новом докладе ФНЭБ дается акцент на трех ключевых сюжетах, которые во многом и определят будущее не только сделки ОПЕК+, но и в целом мирового рынка нефти. Это нефтяная стратегия Саудовской Аравии, ситуация в добычном комплексе США и перспективы роста спроса со стороны крупнейшего импортера нефти - Китая.